Вербное воскресенье - Курт Воннегут

И вот:

Вечер перед Вербным воскресеньем. Иисус чувствует усталость и грусть. Он знает, что один из ближайших соратников скоро предаст его из-за денег, что скоро его подвергнут унижениям и пыткам, а потом казнят. Умирая в конвульсиях на кресте, он будет чувствовать такую же боль, как любой смертный. Его пришествие на Землю почти окончено — но осталось прожить еще это «почти».

Пора ужинать.

Сколько ужинов осталось у Иисуса? Пять, если не ошибаюсь.

Его сотрапезники сами по себе — форменное издевательство. Один из них Иуда, будущий предатель. Другой — Лазарь, который еще недавно был трупом. Библия сообщает нам, что Лазарь был мертв четыре дня, его труп уже смердел. Лазарь растерян, он не расположен к разговорам — и, кстати, не факт, что он испытывает благодарность за свое оживление. Возвращение с того света рождает неоднозначные чувства.

Если бы я продолжил чтение, мы бы узнали, что снаружи их ждет толпа, и толпа жаждет видеть Лазаря, а не Иисуса. Для толпы настоящая звезда — Лазарь.

Толпа всегда ставит чудо с ног на голову.

В доме, кроме троих мужчин, находятся Марта и Мария, сестры Лазаря. Они по крайней мере благодарны Иисусу и стараются помочь ему в меру сил. Мария начинает массировать и умащать ноги Иисуса Христа мазью, сделанной из корня нарда. У Иисуса кости обычного человека, одетые в плоть обычного человека, и ему, должно быть, приятно, что Мария массирует его ноги. Если мы предположим, что Иисус при этом закрыл глаза, — сделает ли это нас еретиками?

Для ревнивого лицемера Иуды, который пытается быть святее Папы Римского, это перебор:

— Эй, это не по-христиански! Вместо того чтобы почем зря тратить масло на косметические процедуры, нам стоило продать его и раздать деньги бедным.

На что Иисус отвечает по-арамейски:

— Иуда, об этом не волнуйся. И после моей смерти в бедняках не будет недостатка.

То же самое сказали бы Марк Твен и Авраам Линкольн в сходных обстоятельствах.

Если Иисус на самом деле произнес такие слова, их нужно понимать как черный юмор, очень уместную шутку. Она высмеивает двуличие, а не бедность. Это христианская шутка, благодаря ей Иисус, оставаясь вежливым, уличает Иуду в лицемерии.

— Иуда, об этом не волнуйся. И после моей смерти в бедняках не будет недостатка.

Я могу перевести: «Ибо нищих всегда имеете с собою, а Меня не всегда».

Мой перевод не посягает на истинность слов Библии. Я немного изменил их порядок, не только с целью превратить их в шутку, соответствующую ситуации, но и чтобы приблизить их к словам Нагорной проповеди. Нагорная проповедь рассказывает нам о милосердии без усталости и раздражения.

Это была глупая проповедь. Но я уверен, что вы не были против. Люди приходят в церковь не за наставлениями, но чтобы помечтать о Боге.

Спасибо, что были так добры, изобразив внимание.