Stories, или Истории, которые мы можем рассказать - Тони Парсонс

Когда Рэй поднял глаза, он увидел Терри. Тот с разворота лягнул одного из парней прямо в диафрагму, оставив грязный отпечаток на бело-голубой льняной рубашке от Бена Шермана. На Терри набросилось трое, но он заехал одному по морде правой и, продолжая вращаться, вмазал другому по почкам. А затем скины побежали, на бегу выкрикивая угрозы и ругательства, предупреждая Терри, что их братцы убьют его, и Рэй увидел, что это просто ничтожества, трусливые и озлобленные шестнадцатилетние мальки, вшивые забияки, которые делали ноги, стоило только кому-то дать им достойный отпор.

Рэй был просто потрясен. Он все еще удивленно качал головой, когда Терри помог ему подняться на ноги.

— Кто тебя, черт побери, научил?..

Слова застряли у него в горле, когда Терри принял позу своего героя, позу боксера на ринге. Его ноги были широко расставлены, левая впереди, но руки — расслаблены, а не сжаты в кулаки. Уголком глаза Терри наблюдал за удирающими скинхедами, медленно покачивая головой из стороны в сторону — словно змея, или так, будто у него был нервный тик средней степени тяжести. И, не успев договорить фразы. Рэй уже знал ответ на свой вопрос.

Брюс Ли.

Брюс Ли научил Терри.

Терри пришел не один. С ним был «форд капри».

Он плохо водил. Вцепившись в руль, как в спасательный круг, Терри ехал либо по центру дороги, и другие водители разъяренно сигналили, либо настолько близко к обочине, что временами колеса «капри» задевали бордюр, скрежеща резиной о камень.

Но Рэй был так измучен, что задремал на пассажирском сиденье. В утреннем эфире по радио крутили новую песню. «Танцующая королева» от «Аббы», как объявил ведущий по кличке Волосатый Корн-флейк. Песня была полна тоски и ностальгии по юности. Словно в ней пелось об этом вот подростке, который упустил неведомую золотую эпоху. «Лучшее время во всей твоей жизни — оу, оу». Терри наехал на ухаб, и от толчка Рэй проснулся. Он ожидал увидеть черные башни Южного берега. Но они были где-то на задворках Уэст-Энда, к северу от Марбл-Арч, где километрами тянулись арабские кафешки и ресторанчики.

— Мы почти приехали? — спросил Рэй.

Терри нажал на тормоза.

— Мне нужно сначала кое-что сделать.

Они припарковались у гостиницы. Рэй протер глаза и понял, что это гостиница «Бланш», мимо которой он проезжал вчерашним вечером. Ему казалось, что с тех пор прошла целая вечность.

Он проводил взглядом Терри, который медленно вошел в парадные двери и исчез в холле. Затем Рэй, должно быть, на мгновение уснул, потому что следующее, что он помнил, — это то, как сработала пожарная сигнализация и Терри вышел из дверей гостиницы.

На полпути к машине Терри остановился, сжимая правую кисть, — она, казалось, была поранена. Вскоре из гостиницы начали выбегать гости, ошеломленно щурясь на солнечный свет, как мертвецы, пробужденные от вечного сна. Не понимая, куда идти, они толпились на улице, полуодетые, в ночнушках и пижамах или белых махровых халатах, подобных тем, которые валялись у Терри в комнатке.

Затем в дверях появились Мисти с Дэгом Вудом, они направились к Терри, а он просто стоял, схватившись за кисть, пытаясь остановить кровь.

Мисти была в том же белом платьице, что и накануне, но на ее плечи был накинут халат, а ботинки она несла в руках. Дэг вышел босым, раздетым до пояса, с расстегнутой ширинкой. Многие годы дебошей сказались на его лице, но мускулистое тело оставалось в тонусе.

Больше чем когда-либо, подумал Рэй, Дэг походил на сморщенный труп Чарльза Атласа.

А затем Рэй забыл о Терри и проблемах его девушки, потому что из дверей гостиницы поспешно вы шла невысокая женщина в коротких штанишках с копной иссиня-черных волос, а за ней — мужчина с ястребиными чертами лица, в круглых очках. Этого человека Рэй не мог спутать ни с кем другим. Это лицо Рэй знал лучше, чем свое собственное. Лицо Джона Леннона.

Школьный портфель почему-то еще висел на его плече. Почему-то в нем все еще лежал громыхающий диктофон, который Рэй одолжил у Терри прошлым вечером. Почему-то он дышал тем же воздухом, что и Джон Леннон.

И каким-то чудным образом, несмотря на то что Рэй был почти парализован усталостью, паникой и любовью, он вышел из машины.

— Это для тебя, Дэг. — Слова застревали у Терри в горле, а во рту пересохло на нервной почве. Он был объят горем и ужасной злобой. Терри даже взглянуть на нее не мог. — От Скипа.

Терри протянул кулак, ладонью вниз, и морщинистое лицо Дэга расплылось в коварной улыбке. Он сжал его кулак так, словно они были всего лишь старыми добрыми друзьями, пожимающими друг другу руки. И Терри передал ему таблетки.

Затем отдернул руку. Даже малейшее прикосновение к этому слизняку вызывало у него нестерпимое отвращение. — Я приберегу это для «Рэйнбоу», — ухмыльнулся Дэг, имея в виду концерт в Финсбери-парк, который ему предстояло давать сегодня вечером. Этот концерт должен был стать апогеем его турне. — Поблагодари Скиппера за меня.

Терри кивнул. Его лицо было непроницаемым, он изо всех сил пытался сохранять нейтралитет. Так ни разу и не взглянул на Мисти. А Дэг заговорил с ней непосредственным тоном, интересуясь, сможет ли она достать билеты на его концерт. Прямо перед носом у Терри!

— Терри будет в списке, — уверила Мисти Дэга. — Плюс один.

Дэг зевнул и потянулся, как старый котяра, всем своим видом говоря, что за плечами — долгая ночь и пора на боковую. Людей начали впускать обратно в гостиницу, и Дэг на прощание улыбнулся им обоим с тошнотворной задушевностью.

Словно он, мать его, считает нас своей собственностью, подумал Терри.

Они проводили его взглядом.

— Я взяла это для тебя, — сказала Мисти, снимая с плеч халат.

— Я больше не собираю эти вещи.

Терри наконец позволил себе взглянуть на девушку. Заставил себя посмотреть на нее.

— А что в них такого особенного? Ими же пользовались все кому не лень.

— Не заводись, ладно? — У нее был утомленный голос.

— Кто заводится? Я завожусь?!

Мисти закатила глаза. — Ничего не было, о’кей?

Терри лишился дара речи. На две секунды. А потом процедил:

— Отвали, шлюха!

Она вздрогнула.

— Терри — я не спала с ним, о’кей?

— Я тебе не верю!

Толпа рассасывалась. Мисти наконец заметила «форд капри».

— Это машина моего отца?

Терри взглянул на машину, ожидая увидеть Рэя. Но друга в ней уже не было.

— Ты чертова лгунья, — бросил он и отвернулся.

Она схватила его за руку.

— Послушай — ему не хотелось ничем заниматься, о’кей? И мне тоже! Слышишь, Терри? Мы всю ночь разговаривали! — У Мисти в глазах появился мечтательный взгляд. — Ну, пока он не вырубился.