Когда вернется папа… История одного предательства - Тони Магуайр

Вместо этого я ощущала пустоту, меня охватывало гнетущее чувство, что я не успела сделать что-то важное.

Я взяла ключи от машины, в надежде что за рулем смогу расслабиться.

Я ехала куда глаза глядят, но неосознанно все время направляла машину в сторону фермы, последнего дома моих родителей, где они жили вместе. Моей матери всю ее жизнь доставляло удовольствие заниматься садом. Когда ей исполнилось семьдесят, она переехала в свой последний дом. Это была старая ферма, где все поросло сорняками. Она в течение нескольких лет, вплоть до своей смерти, создавала прекрасный сад. Я всегда вспоминала мать в последние годы ее жизни за работой в саду, с выражением безмятежности на лице. Создавая красоту в саду, моя мать находила душевное спокойствие, которого была лишена в семейной жизни. После смерти мать всегда вспоминалась мне на фоне сада.

Я вновь почувствовала желание, возникшее у меня еще с самого приезда в Ларне. Мне хотелось в последний раз прогуляться по саду, созданному руками моей матери. Я хотела постучать в дверь дома, где родители жили вместе последние годы, и спросить на это разрешения у новых жильцов.

На кладбище я не почувствовала невидимого присутствия матери и надеялась ощутить его в этом саду. Я не понимала, почему мне так этого хочется. Я знала лишь то, что мне необходимо снова вспомнить мать такой, какой я видела ее за год до ее смерти, и нарисовать в воображении ее образ. Болезнь иссушила ее, но на лице матери порхала счастливая улыбка, когда она показывала мне растения, выращенные собственными руками из саженцев, за которыми она так заботливо ухаживала.

Я прошла к дому, предвкушая увидеть знакомую картину, но обнаружила лишь пустое, свежевскопанное поле. Я увидела строительное ограждение и поняла, что хозяева решили вместо чудесного сада, который моя мать создавала годами, устроить теннисный корт.

«Не надо, Тони, отпусти их, — шептал голос из моего прошлого. — Их больше нет. Они покинули этот мир».

Потом я вспомнила о тюремном заключении своего отца, но не о том, к которому приговорил его суд, а о другом, к которому присудила его моя мать. Больше тридцати лет она мстила ему. Она держала своего мужа в клетке с прутьями, сделанными из чувства вины, безжалостно наказывая его за свои страдания.

Каждый раз, когда по телевизору шла передача о насилии, мать настаивала, чтобы они посмотрели ее, хотя видела, как он съеживался от унижения. В эти годы она взяла реванш, и он наконец стал плясать под ее дудку. Под конец жизни ей удалось взять все под свой контроль: недвижимость, банковские счета и своего мужа.

Тридцать лет он жил с чувством вины. До последнего дня он верил, что его жена ни о чем не знала.

И я никогда не пыталась выпустить его из невидимой тюрьмы, созданной матерью, открыв ему правду. Он так никогда и не узнал, что еще в шестилетнем возрасте я все рассказала матери.

Нет, я так и не открыла ему правду и не выпустила его на свободу.

Спустя много лет после того, как я подростком уехала из Ирландии, я поняла, что за работу в офисе платят совсем немного. Я работала официанткой, а потом была торговым агентом: ходила по домам и продавала энциклопедии и другие книги. Со временем у меня появился свой собственный бизнес.

За месяцы, проведенные в госпитале, я поняла, что доверие к людям и настоящая дружба всегда помогают идти верной дорогой.

В течение всей моей жизни люди продолжали задавать мне одни и те же вопросы.

Простила ли я своих родителей? Я не простила их, но и не осуждала.

Ненавидела ли я родителей? Долгое время, проведенное в госпитале, и бесполезно прожитая жизнь моей матери многому научили меня. Я поняла, что ненависть прежде всего поражает человека, который испытывает ее. Она сжигает изнутри, как разъедающая кислота, и разрушает жизнь, но никак не влияет на того человека, на которого направлена.

Это чувство вылилось в злость моего отца и слабость матери. Я никогда не позволю этой эмоции проникнуть в мою жизнь.

И последний вопрос: удалось ли мне обрести счастье?

Да, я нашла свое счастье.

Я выражаю особую признательность своему агенту Барбаре Леви, а также Мэриэн Суит за понимание и чувство юмора.

Огромное спасибо Кэрол Тонкинсон и Кристи Кроуфорд, а также всей команде HarperCollins за помощь в работе над обеими моими книгами.