127 часов. Между молотом и наковальней - Арон Ральстон

— Давай оставим на лобовом стекле записку с нашими электронными адресами, а то вдруг не встретим его в ущелье.

— Но если это не его пикап?

Меган всегда обменивалась с людьми электронными адресами, чтобы можно было пригласить их в гости в Моаб или договориться о совместной поездке. Она недоумевала, почему не оставила мне свой мейл вчера.

— Ладно, если это его машина, у него будут наши адреса, а если не его, то владелец просто их выбросит.

— Этот каньон подковообразный; если мы будем стоять здесь, то увидим, как Арон выходит.

— Ну, хорошо, может, съездим тогда пообедаем, а потом вернемся и посмотрим, не вышел ли он?

— Знаешь, я еще совсем не проголодалась. — Кристи была готова к походу и новым впечатлениям.

Пока они гуляли, Меган все рассуждала, встретят ли они меня в Литтл-Уайлд-Хорс:

— Может, он уже пришел и ушел из каньона?

Кристи несколько секунд обдумывала ответ.

— Я думаю, что он либо встал очень рано и уже прошел каньон, либо у него офигенное похмелье и он решил никуда сегодня не ходить.

— И почему мы не взяли у него номер телефона?

— Так мы же собирались опять встретиться сегодня.

— Да, но все равно — почему? Обычно я всегда сразу обмениваюсь телефонами или электронными адресами, а тут нет. Он такой клевый, здорово, что мы вчера встретили его в каньоне, и он гулял с нами, а не просто просвистел мимо.

Девушки с удовольствием все утро исследовали узкое ущелье Литтл-Уайлд-Хорс, а потом вернулись на тропинку и вышли из ущелья на стоянку. Они упаковали все свое хозяйство в белую машину Кристи и покатили через Грин-Ривер обратно в Моаб. Меган гадала, что же случилось со мной, но никто не думал ни о чем таком, выходящем за рамки обычного. Моему отсутствию можно было придумать много рациональных объяснений, поэтому девушки не беспокоились о том, увидят ли меня снова. Болтали они в основном о том, как здорово провели выходные, как это было классно сменить обстановку и как жаль, что на следующий день им опять на работу. После путешествия по пустыне в четырех стенах офиса будет особенно тоскливо, но они решили, что скоро поедут куда-нибудь опять. Эта мысль притупила неприятное ощущение оттого, что им надо возвращаться в цивилизацию.

В четверг днем Брэд и Лия Юл помогли мне вытащить застрявший пикап из ледяной грязи. После этого от горы Соприс, что около города Карбондейл в Колорадо, они двинулись по ландшафтному шоссе через заросший лесом перевал Макклюр в юго-западную часть штата. Было уже довольно поздно, когда они свернули с 550-го хайвея в живописный шахтерский поселок Сильвертон. Там они и переночевали на заднем сиденье Брэдова пикапа прямо на Главной улице. Лия была уже на четвертом месяце беременности, поэтому на следующий день она пересеклась со своей мамой и вдвоем они поехали в Дюранго — пройтись по магазинам. А Брэд в это время катался на лыжах с горы Сильвертон вместе с коллегами из аспенского магазина «Инклайн-ски». Они целый сезон копили чаевые, чтобы заплатить за поездку на недавно открытый горнолыжный курорт для экспертов. Билеты на подъемник здесь стоили больше ста долларов с человека. Но эта цена включала в себя гида и уникальный опыт катания по пересеченной местности, по нетронутому снегу, которого мы жаждем не меньше, чем наркоманы своего белого порошка. Тем вечером Брэд и его друзья остановились в сильвертонском отеле, чтобы выспаться и слегка прийти в себя после фестиваля местных пивоваров, включавшем в себя катание топлес на санях у подножия горнолыжки. Следующим утром стартовали поздно. Брэд заехал в Дюранго за Лией, и они двинули по «трассе дьявола» (шоссе 666) в пустыню Юты. Во второй половине дня в субботу, когда они ехали на север по 95-му шоссе через залив озера Пауэлл, Лия то и дело смотрела на мобильный телефон. Она ждала моего звонка, мы должны были еще договориться, где и во сколько встретимся в Гоблин-Вэлли.

К семи вечера они свернули с 24-го шоссе на запад, к возвышенности Сан-Рафаэль. На ровных участках трассы связь терялась, и телефон оживал, только когда машина въезжала на холм.

— Давай позвоним ему, — сказала Лия.

— У него нет мобильного. Он сказал, что позвонит сам, узнать дорогу.

— Знаешь что, давай-ка, пока мы не заехали так далеко, что связь совсем пропадет, проверим сообщения. Вернемся на тот прошлый холм, там было четыре палочки.

Брэд развернул машину кругом на узком двухполосном шоссе, и самодельный деревянный фургон, прикрывающий кузов, негодующе заскрипел.

— О'кей, притормози прямо тут, на этом холмике. — Лия просмотрела входящие сообщения: новых было три, и ни одного от меня. — Странно, что он не звонил. Он точно сказал, что собирается пойти?

— Ну, он никогда не говорит точно, — ответил Брэд. — Я говорил ему и про вечеринку, и что мы там будем, и что там собирается быть всякий знакомый народ из Аспена. Он заинтересовался и сказал, что еще позвонит — спросить, как туда добираться.

— Может, он передумал ехать. Подождем немного тут — вдруг он позвонит?

— Когда он уезжал, у него не было четких планов, просто хотел немного полазать и побродить — в общем, вся эта ерунда по мелочи, как обычно в межсезонье. Вообще-то, я не заставлял его клясться на крови, что он поедет. А вот мы давай-ка двинемся, нам еще эту доску объявлений искать.

Один из друзей Брэда обещал оставить более подробные и свежие указания на доске объявлений у въезда в национальный парк.

Через пять минут левая задняя шина пикапа спустила, а запаска, как обнаружил Брэд, тоже едва держала воздух. Со скоростью восемь километров в час они поползли к национальному парку Гоблин-Вэлли. На въезде Брэд отыскал указания: главным было не пропустить поворот налево, отмеченный чучелом Скуби-ду, торчащим из можжевельника. Вечернее солнце било Брэду в глаза, пыльное лобовое стекло отсвечивало, и поворот на вечеринку они таки пропустили. Пришлось колесить еще целый час, тем временем солнце село, и пустыня погрузилась в кромешную тьму.

После целого дня на дороге им не улыбалось и дальше блуждать черт знает где в потемках на скорости восемь километров в час. Брэд свернул с подъездной трассы в узкий каньон, где нашлось ровное место для парковки, и ночь они провели в фургоне. То, что они пропустили вечеринку, не стало для них большой потерей — они были легки на подъем и путешествовали только ради удовольствия, которое находили в самой дороге. К тому же в межсезонье будет еще много подобных вечеринок. Воскресным утром, уже на свету, Брэд и Лия наконец отыскали то место, где вчера была гульба, — народ валялся вповалку по пустыне, как будто в соседнем овраге разбился самолет. Один из друзей уже достаточно пришел в себя, чтобы свозить Брэда с Лией в Грин-Ривер, отремонтировать колеса. Вернулись они во второй половине дня.

Ни Брэд, ни Лия не волновались оттого, что не встретили меня в Юте. Они решили, что либо я добрался до вечеринки и разминулся с ними, либо нашел себе какое-нибудь более интересное занятие. У них оставалось два дня в Аспене до отъезда на медовый месяц на Багамы, и головы их были забиты неотложными приготовлениями. К тому же они были уверены, что увидят меня в понедельник на вечеринке на Спрюс-стрит.