Третья жена - Лайза Джуэлл

На следующее утро Эдриан услышал стук в свою входную дверь. Он решил, что это посылка или местный политик, но увидел на пороге красивую блондинку.

– Кэрри? – Он оценил ее точеную фигуру, теплый взгляд, обшарпанный красный автомобиль, мигавший «аварийкой» во втором ряду. – Хочешь войти?

– Нет. – Она указала на свою машину. – Ужасно тороплюсь. Я просто… Дети… Они написали тебе письма. Вот, держи. – Она полезла в сумку. – Получай. От Кэт, от Перл, от Люка, от Бью. Отис еще писал, когда я уходила. – Она пожала плечами.

Эдриан взял у нее письма и улыбнулся.

– Спасибо.

Кэролайн оглянулась на машину, потом опять взглянула на Эдриана.

– Слушай, нам надо поговорить. Вдвоем. Что ты делаешь сегодня вечером?

– Ничего, – сознался он.

– Выпьем где-нибудь? Может быть, в «Альбионе»? В семь тридцать.

Эдриан неуверенно улыбнулся. Он терялся в догадках, что Кэролайн собралась ему сообщить. При этом он знал, что от этого зависит все его будущее.

– Конечно. Я приду.

На улице раздались гудки, и Кэролайн испуганно оглянулась.

– Я побежала, – сказала она. – До встречи.

Он смотрел, как она бежит к машине, виновато машет рукой водителю сзади, быстро пристегивается и трогается с места. Потом Эдриан отнес письма в квартиру и вскрыл их.

Дорогой отец,

во-первых, хочу сказать, что я тоже не без греха. Слишком долго я обвинял в своих недостатках тебя, и не зря, потому что у меня было чувство, что тебе все сходит с рук. Получалось, что правда была видна мне одному. Но нет, ты не виноват, что я никак ничем толком не займусь. Не твоя вина, что в моей жизни нет ничего важного, нет цели. Ты сделал все, что мог, оплатил мое образование, за что я очень тебе благодарен, тем более что ты больше ни за кого не платил. Знаю, вы с мамой прочили меня в премьер-министры. Ничего, я еще молодой. Надеюсь, времени у меня еще много и вы оба еще будете мной гордиться.

Что ты можешь сделать для меня теперь? Во-первых, я надеюсь на твое прощение. Ты, конечно, тоже хорош: оставил меня, Кэт и маму в Хоу, когда был всем нам так нужен. Но раз мама может тебя простить, то я буду вести себя по-взрослому и тоже попробую тебя простить. Я четырнадцать лет ждал, пока ты попросишь прощения, и вот ты это сделал. Теперь, надеюсь, только вперед и ввысь!

Еще я думаю, что тебе пора съехать с этой квартиры. Тебе всего 48 лет, но после смерти Майи ты постарел лет на десять. Тебе нужно все начать сначала. Ты же архитектор, тебе ли жить в такой конуре, без света, в тесноте? Это место тянет тебя вниз.

Мне также нужно, чтобы ты больше не заводил детей. Серьезно. Ты всегда говорил, что это будет «еще один человек, которого мы будем любить». Я не согласен. По-моему, это был бы еще один человек, который крал бы тебя у нас, особенно у младших. Не делай этого. У тебя пятеро совершенно замечательных детей. Хватит с тебя, уймись. Проехали.

А главное, я хочу, чтобы мы попробовали стать друзьями, а не толкались в доме, как два избалованных пацана.

Я очень тебя люблю, пап. Рад, что появился шанс начать все с чистого листа.

Всегда твой

Люк.

Дорогой отец,

знаю, ты не велел говорить о письмах. Но я должна. Если я о них не заговорю, то угожу в психушку. Наверное, ты уже и так все знаешь. Наверное, та женщина в пабе все тебе рассказала, потому что Майя все ей выложила. Я посмотрела нашу в Отисом беседу в скайпе. Гордиться нечем. Ей оставалось только сложить два и два.