Охотник на лис - Марк Шульц

* * *

У Джона и Чэйда, который приехал в Вилланова в 1987 году, начались проблемы в отношениях друг с другом, которые завершились той историей, о которой мне рассказал Дэн. В октябре 1995 года Дэн занимался поднятием тяжестей в тренажерном зале «Фокскэтчер», когда появился Джон с автоматической винтовкой со стволом в перфорированном кожухе. Джон принял атакующую позу, направил винтовку на Дэна и сказал:

– Не связывайся со мной! Я тут же выгоню тебя отсюда!

– Джон, я всегда старался быть твоим другом, – ответил Дэн. – Но я уеду отсюда.

Дюпон вышел из зала, а Дэн рассказал другим борцам о том, что произошло, что Дюпон сошел с ума и не в себе. Они ответили Дэну, что Дюпон просто был сердит на него.

Всем всегда казалось, что Дюпон ни для кого не представляет опасности, потому что никто не думал, что он когда-нибудь на самом деле осуществит свои угрозы. Джон совершал какую-нибудь выходку, и все говорили: «Джон не причинит никому вреда».

Инцидент с винтовкой просочился в прессу уже после того, как Дюпон убил Дэйва, и Дэн заявил, что он сообщил о случившемся в полицию, но там не восприняли это всерьез, сказав, что Дюпон всегда был «слегка эксцентричным». Полицейское управление в ответ заявило, что Чэйд искажает то, что на самом деле было зафиксировано в протоколе и что они ничего не могли предпринять, имея на руках лишь голословные обвинения.

Дэн упаковал большинство своих вещей в фургон, который он оставил рядом с домом Дэйва, и вернулся домой в Калифорнию. Он вновь прилетел в Филадельфию через несколько недель, чтобы окончательно собрать свои вещи и уехать навсегда. Джона не обрадовала новость о возвращении Дэна. Поздно вечером он направился к нему домой, совершенно пьяным. Он пытался найти Дэна у Дэйва и Нэнси, но того там не было.

Джон был настолько пьян, что он постоянно спотыкался. Оступившись, он ударился головой о подоконник и здорово поранился.

Дэйв с женой помогли Джону дойти до своей машины, и Дэйв отвез его в отделение неотложной помощи. Еще до этого Нэнси, увидев в машине винтовку, отнесла ее в дом. Джон при этом непрестанно повторял, что он хочет забрать свою винтовку назад, и Дэйв в конце концов вернул ее, предварительно разрядив.

Проезжая везде на красный свет, Дэйв доставил Джона в медицинский центр «Крозер-Честер», травмопункт которого был назван в его честь. По дороге Джон сказал Дэйву, что он собирается подать заявление в полицию о том, что Чэйд ударил его по голове битой и что он хотел бы, чтобы Дэйв подтвердил это.

В отделении неотложной помощи Джон отказался заполнять анкеты, крича: «Я – Джон Дюпон! Мне не нужно ждать в очереди! Немедленно дайте мне врача!» Медсестры метались, пытаясь успокоить его и получить анкеты, которые было необходимо заполнить. Джон продолжал рявкать на всех, раздавать приказы и спрашивать: «Вы разве не знаете, кто я такой?» В конце концов оказалось, что ему было нужно наложить швы на рану.

Джон упорствовал в своей истории о Дэне и бите. Дэйв с женой рассказали полиции, как обстояло дело в действительности. Когда Джон потом узнал, что Дэйв и Нэнси не поддержали его версии, он потребовал копию полицейского отчета.

У меня нет официального подтверждения этого факта, но, как мне рассказали, когда полиция, арестовав Дюпона после убийства Дэйва, осматривала его особняк, она обнаружила копию этого отчета на столе у Джона. Только после убийства, когда началось журналистское расследование и в ходе судебного процесса всплыла какая-то информация, разрозненные кусочки мозаики стали складываться в цельную картину.

Судя по всему, Дюпон начал испытывал растущую неприязнь к Дэйву, который ранее, переехав в поместье, относился к числу любимчиков Джона. Со временем место Дэйва в этой роли занял Валентин Йорданов, который так же, как и Дэйв, был женат и имел детей.

Как мне представляется, Валентин был единственным борцом в поместье, кто был способен выдержать Джона, и то только потому, что он в то время плохо знал английский. Когда я впервые встретил Валентина после его переезда к Джону, я сказал ему:

– Если хочешь остаться в «Фокскэтчер», не изучай английский. Он будет говорить тебе вещи, от которых можно спятить, и тогда ты возненавидишь свою жизнь здесь.

Удивительным было то, что Дэйв и Валентин стали очень близкими друзьями. Их дружба началась после той самой встречи команды «Фокскэтчер» с болгарами, которая была организована Джоном.

Джон уволил Дэйва после вечеринки, устроенной на Новый, 1994 год, потому что Дэйв, чтобы насмешить своего болгарского друга, нарядился в форму русского солдата. Джон был увлечен Болгарией и рассказывал разные невероятные истории о том, как его мать занималась сексом с болгарским солдатом, намекая на то, что он, как и Валентин, являлся болгарином. Поэтому Джон, должно быть, стал рассматривать Дэйва как угрозу своей дружбе с Валентином.

На следующий день Джон вызвал Дэйва в особняк и уволил его. После этого Йорданов и Калабрезе оба заявили Дюпону, что, если Дэйв уедет, они также уйдут из команды. Джон пошел на попятную и извинился перед Дэйвом.

В 1995 году истек контракт главного тренера команды борцов «Фокскэтчер» Грега Стробела, и он перешел работать главным тренером университета Лихай. Грег рекомендовал Дюпону назначить на свое место Дэйва. Дюпон, однако, предпочел Дэйву Йорданова, хотя у Дэйва было явно больше опыта. Когда Валентин выразил разочарование в связи с размером своей новой зарплаты, именно Дэйв пошел к Дюпону и беседовал с ним по поводу увеличения зарплаты Валентина.

Дэйв был тем человеком в команде «Фокскэтчер», к кому обращались, когда у кого-то возникали проблемы с Дюпоном. Дэйв был единственным среди борцов, кто мог перечить Джону, а также успокоить его и в большинстве случаев убедить поступать разумно. Дэйв не проводил соглашательскую политику, он не боялся высказывать свою точку зрения и указывать Дюпону на его «косяки». Он считал, что сможет помочь Джону.

Джон больше, чем к кому бы то ни было в команде «Фокскэтчер», прислушивался к Дэйву, однако именно Валентин стал тем, на кого Джону больше всех хотелось произвести впечатление.

* * *

Тем ноябрем консультативный спортивный совет Федерации спортивной борьбы США провел селекторное совещание для рассмотрения вопроса о возможном прекращении в официальном порядке сотрудничества с Дюпоном. В ходе совещания были рассмотрены две жалобы.

Первая поступила от борца, который сообщил, что Дюпон направлял огнестрельное оружие на некоторых борцов команды «Фокскэтчер».

Вторая жалоба касалась инцидента, когда в начале года Дюпон выгнал из своего поместья по расистским мотивам трех чернокожих борцов, заявив, что в «Фокскэтчер» правит Ку-клукс-клан. Дюпон изгнал из поместья не только чернокожих борцов. У него появился страх перед черным цветом, и он велел все черное на территории своих владений либо ликвидировать, либо перекрасить.

Дэйв на этом совещании защищал Джона больше всех, и консультативный совет решил не обращаться к руководству Федерации с требованием каких-либо шагов. Члены совета не были уверены в том, что Дюпон являлся расистом или что он представлял угрозу чьей-либо безопасности. Кроме того, интерес Дюпона к борьбе, похоже, начал падать. Он уже проинформировал Федерацию спортивной борьбы США о том, что после 1996 года перестанет делать взносы, которые обычно составляли четыреста или пятьсот тысяч долларов ежегодно. Он заводил также речь о том, что может и вообще бросить заниматься спортом.