Дети солнца - Светлана Шишкова-Шипунова

Проблемы своих сестёр я решаю чаще всего так. Выбираю подходящий момент, чтобы муж был, во–первых, сыт, во–вторых, в хорошем расположении духа, и… жалобным голосом начинаю рассказывать ему про «бедную» Нелличку, или про ещё более «несчастную» Аллочку, или про совсем уж «разнесчастную» Женечку…

— Жениться, конечно, лучше на сироте, — говорит Алёша ритуальную в нашем доме фразу, но при этом снимает трубку и включается в решение «вопроса».

Не знаю, на ком лучше жениться, но он женат на мне. По той простой причине, что любит меня, а я люблю его. А раз уж так случилось, что мы любим друг друга (кстати, случилось это довольно поздно, когда ему было уже 40, а мне 37), значит… Вообще‑то, это ещё ничего не значит, он ведь на мне женат, а не на моих сёстрах.

— Просто человек такой попался, отзывчивый, — говорит Нелля. – Повезло нашей Светке. И нам заодно.

Алёша–маленький, слыша краем уха об очередной проблеме в стане своих тёток, говорит:

— Мама! Когда ты перестанешь грузить его этими делами? У человека своих дел выше крыши!

За глаза Алёша–маленький называет его «отец».

— А ты сам разве не грузишь его своими проблемами?

— Гружу. Но я же сын.

— Гружу, но я же дочь, — могла бы сказать и Маша.

Маша у нас врач–гинеколог. У неё тоже случаются проблемы, а у кого их нет. Материально–технические она решает с отцом, морально–психологические – со мной. Наши отношения с Машей развивались не просто. Поначалу она меня не воспринимала никак, потом был длительный период очень сложных и противоречивых контактов, а теперь, как бы шутя, она называет меня «мамо» и звонит из Москвы, чтобы я погадала ей на картах на жениха.

— Семейка у вас, конечно, интересная, — говорят мои сестры. – Все на разных фамилиях, все в разных городах, но все вращаются вокруг одной оси.

«Ось» нашей семьи – это, конечно, он, Алёша.

— Передай ему, что мы его очень любим!

— Передай ему большое спасибо за все и скажи, что ваш «домик у моря» нам очень понравился.

— И ещё передай: жаль, что в этот Старый новый год его не было с нами.

— Ничего, у нас ещё все впереди! – обещаю я.

— Да и жизнь вроде налаживается! – в тон мне говорит Женя.

Взрыв беспричинного смеха оглашает тишину подворья. Отсмеявшись, мы, наконец, встаём с уютных кресел и идём готовить праздничный стол. Одна чистит, другая моет, третья режет, и все вместе варим, парим и жарим. Вместе возиться на кухне хорошо, получается в четыре раза быстрее, и совсем не устаёшь.

— Ну, что, ты пишешь про нас? – спрашивают сестры.

— Пишу.

— Все–все пишешь?

— Все–все написать невозможно. Так, кое‑что.

Новый 2000–й год по–старому календарю мы встречаем, как я и мечтала, при свечах, при горящем камине и ёлке, сверкающей посреди холла, за большим овальным столом, накрытым так, как обычно накрывала новогодний стол наша мама. Специально приготовили все её блюда – салат оливье, винегрет, холодец, судака под маринадом, буженину по–домашнему, гуся с яблоками…

— Ну что, девчонки, первый тост за маму и папу. Царство им небесное!

— Да… Не дожили, бедные, такую красоту увидеть.

— А может, они оттуда все видят. Смотрят сейчас на нас и радуются.

— Чему?

— Тому, что мы все живы и вместе.

— А что? Это тост. Давайте тогда сразу по второй. Как ты сказала?

— За то, что мы живы и вместе!