Корсиканская авантюра - Питер Мейл

Тишину раннего вечера во дворце Фаро – час l’apéritif – нарушил шум мотоциклетного мотора. Мотоциклист, дюжий полицейский в начищенных до блеска ботинках, аккуратно припарковался, снял шлем, положил его на седло, позвонил в дверь и замер в ожидании. Сам шеф сказал ему, что дело чрезвычайной важности и необходимо проявить такт и обходительность.

Дверь открыла Клодин. Полицейский отдал честь.

– Для месье Ребуля, – сообщил он, передавая коричневый конверт.

– Merci, monsieur.

– De rien, madame. Bonne soirée[23]. – Завершив миссию, полицейский снова взял под козырек, после чего с ревом умчался.

Ребуль вскрыл конверт и вынул три листа бумаги. Первый оказался письмом, написанным рукой Эрве.

Cher ami![24]

Я решил проявить осторожность и прибегнуть к старомодному средству связи посредством бумаги. Как ты знаешь, в наши дни никакая электроника не гарантирует полной приватности, а мне не хотелось бы, чтобы эта информация в итоге оказалась в Интернете.

Как ты сам вскоре узнаешь, месье Вронский сделал прелюбопытную карьеру. Что меня больше всего поразило, так это высокая смертность в рядах его деловых партнеров. Хотя ничего не было доказано, я не верю в совпадения и считаю эти смерти серьезным предостережением. И настоятельно рекомендую тебе не иметь никаких дел с этим человеком. Он представляется мне чрезвычайно опасным.

Ребуль налил себе скотча, чтобы подкрепиться, и сосредоточился на следующих двух листах, покрытых машинописным текстом.

ВРОНСКИЙ, Олег. Родился в Ленинграде 4 января 1970 года. Записи об образовании отсутствуют.

С 1989-го по 1992-й служил в армии, сначала рядовым, затем сержантом, был командиром танка. Демобилизовавшись, он со своим другом Владимиром Пугачевым использовал армейские связи, чтобы заняться торговлей оружием, сначала на Балканах, позже, когда бизнес пошел в гору, в Восточной Африке. Бизнес продолжал развиваться, а Владимир Пугачев скончался при невыясненных обстоятельствах во время деловой поездки в Уагадугу[25], и его часть компании перешла к Вронскому. Слухи о нечестной игре тот с негодованием отрицал.

Вронский продолжал процветать. Продав свой бизнес многообещающему диктатору Марлону Батумбе, он вернулся в Россию и основал компанию с неограниченной ответственностью «Природные ресурсы», которая занималась исследованиями запасов полезных ископаемых на Южном Урале. Еще несколько прибыльных лет, и Вронский смог объединиться с компанией покрупнее, хозяином которой был Сергей Попов. Слияние не продлилось и двух лет, когда Попов скончался при невыясненных обстоятельствах во время семинара по бокситам в Магнитогорске, и его доля компании перешла к Вронскому. Слухи о нечестной игре тот с негодованием отрицал.

Вронский продолжал богатеть, влиятельный, с большими связями, он расширил свою империю, разнообразил деятельность, занимаясь исследованиями и в Арктике, и в бассейне Амазонки. Был еще и многоквартирный дом на Парк-авеню в Нью-Йорке, купленный вскладчину с Джеком Леви, агентом по недвижимости с Манхэттена. Все без исключения признавали, что гибель Леви – тот спрыгнул с балкона тридцать восьмого этажа – громадная потеря для общества. Зато это происшествие обернулось значительным приобретением для Вронского, которому досталась половина здания, принадлежавшая Леви.

Похоже, постоянного места жительства у Вронского нет, он предпочитает жить на яхте под названием «Королева Каспия», в своей штаб-квартире. Во время путешествий останавливается в гостиницах. Подробности его личной жизни почти неизвестны, буквально пара фактов. Хотя его постоянно видят в обществе красивых женщин, его единственный брак завершился разводом, и детей у него нет. Среди его хобби охота на медведей, шахматы и бальные танцы.

– У тебя такой задумчивый вид, Франсис, – заговорил Сэм, остановившись в дверях гостиной. – Надеюсь, ничего не случилось?

– Нет-нет. Я только что узнал о русском. Налей себе что-нибудь и почитай вот это. – Ребуль передал бумаги Сэму, а тот налил себе вина и поудобнее устроился на диване.

– Вот это биография, – произнес Сэм несколько минут спустя. – Уж точно не тот парень, с которым стоит иметь дело. Если кого увольняет, то увольняет навсегда. – Сэм покачал головой. – Потерять трех партнеров? Удивительно, как его не вывели на чистую воду. Или хотя бы не обвинили в преступной халатности.

– Не забывай, что он потерял их в разное время и в разных странах. Можешь себе представить, чтобы полиция Африки, России и Америки работала вместе? – Ребуль собрал бумаги и положил в ящик стола. – Хватит о нем. Где прекрасная Элена?

– Старается усовершенствовать совершенное. – Сэм пожал плечами. – Я заметил, что во Франции она красится и одевается в два раза дольше обычного. А в Париже – в три раза; говорит, там конкуренция на порядок выше.

– Женщины, – улыбнулся Ребуль. – Какой скучной была бы без них жизнь. Уже знаешь, куда пойдете сегодня вечером?

– К Оливеру, другу Филиппа и Мими, он отлично готовит. У них с женой Дельфин ресторан, которому недавно присвоили звезду Мишлен. И мы идем туда отметить это событие. А ты чем займешься?

Ребуль поморщился и покачал головой:

– Романтический вечер с моим бухгалтером, займемся цифрами. В следующем месяце возврат налога на роскошь – вы, американцы, весьма благоразумно этого избегаете. Кажется, с каждым годом делать это все сложнее. – Он просиял, повернувшись к двери. – Ага, вот и она, La Bomba. Восхитительно, моя дорогая, просто восхитительно.

Элена изобразила урезанный реверанс:

– Благодарю вас, добрый господин.

Она в самом деле была восхитительна в шелковом платье цвета ванили, которое выгодно оттеняло темные волосы и светящийся корсиканский загар. Сэм вынужден был признать, что зрелище стоило долгого ожидания.

В такси по дороге в ресторан он рассказал Элене о том, что только что узнал о Вронском. Она не могла поверить.