Том Стволер - Дарен Кинг

Девочка, которая не из Дании, говорит:

— Мне его отпустить?

— Нет. Держи. — Громкая девочка говорит: — Пусть он сам вырывается. Если он вырвется, значит, мальчишки сильнее.

Девочка, которая не из Дании, кивает. Держит меня крепко-крепко. Крутит мне руки. Я пытаюсь вырваться. Делаю такое лицо, ну, как будто я самый сильный. Но у меня ничего не выходит. Не могу вырваться. Не получается.

Громкая девочка говорит:

— Давай рассказывай про мальчишек. Чем они отличаются от девчонок?

Я думаю, думаю, думаю. Что бы такого сказать.

— Быстрее. — Громкая девочка задирает платье. Она сидит надо мной, и снизу мне видно, какие у нее трусики.

— Не надо, — говорю я со слезами. — Не писай на меня. Пожалуйста.

— Сейчас буду писать. — Громкая девочка говорит. — Мне уже хочется. Я выпила целый стакан апельсинной газировки. И еще съела мороженое. Так что давай говори быстрее. А то я уже не могу терпеть.

Я думаю, думаю, думаю. Чем мальчики отличаются от девочек? Что они умеют такого, чего не умеют девчонки? Мальчишки играют в футбол. И в войнушку. У них есть игрушечные пистолеты. Они вечно пачкаются в грязи. И еще любят драться. Но это не то. Совершенно не то. Это что они делают. А надо — что у них есть. Что у них есть такого, чего нет у девчонок?

Я думаю, думаю, думаю.

— Быстрее.

Я поднимаю глаза. Смотрю на трусики этой девочки, которая громкая. Смотрю на них, думаю, думаю, думаю. Все, я придумал. Я знаю, знаю. Я говорю быстро-быстро:

— У меня есть пиписка.

Все молчат. А потом громкая девочка сдвигает ноги и говорит:

— Покажи.

— Нет.

Громкая девочка опять раздвигает ноги.

— Все, не могу больше терпеть. Буду писать.

— Хорошо, — кричу я со слезами. — Я покажу, покажу. Только не говорите маме. Она будет ругаться. Она говорит, что пиписку нельзя показывать. Никому.

Я показал ей пиписку. Этой девочке, которая громкая. Мы с ней пошли в деревянный домик, который в саду. А девочка, которая не из Дании, и еще третья, которая из Испалии, они ждали снаружи. Громкая девочка закрыла дверь и сказала мне: «Ну, давай. Доставай». А мне было страшно. Я испугался, что она будет смеяться. Но она не смеялась. Она просто смотрела и думала, очень задумчиво думала. Наверное, пыталась понять, что это такое, когда у тебя есть пиписка. У нее такой нет. Я точно знаю, что нет. Я сам ни разу не видел, но я точно знаю, что у девочек нет пиписки. У них только дырочка.

Мы посмотрели мою пиписку, и теперь началось заседание девчоночьего клуба. Девчоночий клуб — он только для девочек. Мальчишек туда не берут. Только девчонок. Даже если бы я захотел вступить в клуб, меня все равно бы не приняли.

— А можно мне тоже в ваш клуб? — говорю. — В ваш девчоночий клуб.

— Нет. — Громкая девочка говорит: — Это клуб только для девочек.

— Ага.

Громкая девочка закрывает дверь. Они все там, в деревянном домике. А я снаружи. Меня не взяли. Я стучусь в дверь, говорю:

— Пустите меня. Если вы меня пустите, я покажу вам свою пиписку.

— Нет. — Громкая девочка кричит через дверь: — Я уже видела твою пиписку. Она дурацкая.

— Тогда пустите меня просто так, — говорю. — Я не буду показывать вам пиписку.

Все молчат, ничего не говорят. Не происходит вообще ничего. Только птицы поют на деревьях. Птицам весело, они поют. А потом дверь открывается. Громкая девочка высовывается наружу и спрашивает:

— Где твоя пиписка?

— У меня в брюках.

— Ну, тогда заходи.

Я захожу в домик.

Громкая девочка закрывает дверь.

Я говорю:

— Мне не нравится быть мальчишкой. Мальчишки — такие противные.

И тут дверь опять открывается, и в домик заходит еще одна девочка. Она совсем маленькая, даже меньше меня. А я очень маленький. Она заходит и говорит:

— От мальчишек воняет какашками.

Громкая девочка смотрит на мелкую. Она, кажется, сердится.

Она говорит:

— Стейси, уйди. Мы сейчас заняты. Мы потом с тобой поиграем.

Стейси хмурится. Она тоже сердится. А потом разворачивается и уходит.

— Так на чем мы там остановились?

— Мы принимали меня в ваш клуб, — говорю. — Можно мне тоже в ваш клуб?

Громкая девочка смотрит на других девочек. Другие девочки смотрят на громкую. Только она уже больше на них не смотрит, она смотрит на меня.

Она говорит:

— Да. Но только если наденешь платье.

Девочка, которая не из Дании, говорит:

— Марго. — Она говорит это девочке, которая из Испалии. — Принеси Тому платье. Какое-нибудь из своих.

Девочка, которая из Испалии, Марго Меккано, сестра Марко Меккано, с которым мы учимся в одном классе, идет мне за платьем.

— Ура! — говорю я. — Меня приняли! В ваш девчоночий клуб!

— Еще не приняли. — Громкая девочка говорит: — Мы еще не провели церемонию вступления. Сейчас мы тебя отведем в заколдованный сад. Тут, в саду, есть одно место, оно заколдованное. Мы споем тебе песню и станцуем специальный волшебный танец и превратим тебя в девочку.

— А как же моя пиписка?

— Мы от нее избавимся, не волнуйся.

— Ага.

Я буду носить платье, я буду девочкой в девчоночьем клубе. Буду играть в саду. А потом, когда вырасту, выйду замуж. Буду любить милых домашних зверюшек. И пить апельсиновую газировку, и есть мороженое. Они перемешаются у меня в животе, и получится мороженовый лимонад.

Мы идем в заколдованный сад. Девочки встают в кружок, как феи из сказки, которые водят хоровод. Они держатся за руки и поют:

— Маленькая лилия, как тебя зовут? Лилия Малявочка, так меня зовут.

Я стою в центре круга. На мне — девчоночье платье. Оно все в цветочках и в каких-то дурацких оборочках. Я себя чувствую странно. Как будто… как будто…

Как будто это не платье, а торт. Как будто на мне надет торт, с розочками из крема.

Вообще-то я мальчик, но теперь я как девочка. Другие девочки танцуют вокруг меня и поют:

— Маленькая лилия, как тебя зовут? Лилия Малявочка, так меня зовут.

— Я никакая не Лилия Малявочка, — говорю. — Я Том Стволер.

Но девчонки меня не слушают. Они танцуют вокруг меня и поют:

— Маленькая лилия, как тебя зовут? Лилия Малявочка, так меня зовут.

— Нет, — говорю. — Я не Лилия Малявочка.