Закон О.М.а - Юрий Любаров

В Николаевском аэропорту вылет чартера задержали на двадцать минут. Ждали ещё одного пассажира. Мамут начал раздражаться. Какой ещё пассажир, чартер был для одного заказан! Однако вышел командир экипажа и сказал, что опаздывающего будут ждать в любом случае. Часть денег Мамуту вернут за некоторые неудобства. Это личное распоряжение владельцев авиакомпании.

Нужны мне ваши бабки! Мамут обиделся и попросил рюмку коньяку. Стюардесса принесла рюмку вместе с полной бутылкой.

Нечего волноваться. Раз Оскар вызывает на встречу, значит, есть дело. Последний раз его в Лондон дёрнули так же срочно по вопросу зерновой компании «Колос», владелец которой не внял добрым советам и полез на чужую территорию. Недалекий был человек… совсем недалекий. С ним разобрались, как с ребёнком, загнали в долги и отобрали активы. Довели до картонной коробки. Э-эх, время фронтовое – девяностые. Кто поумнел, тот выжил… Что они там сейчас придумали?

Важным пассажиром оказался высокий блондин лет шестнадцати с компьютерным рюкзаком за плечами. Парень по-хозяйски протопал в конец салона, попросил колу и вытащил ноутбук. С каникул, наверное, возвращается от бабушки, - подумал подобревший Мамут. – Самостоятельный. По возрасту – как моя Лиза. Это чей же такой? Надо будет узнать, когда вернусь.

Станстед – маленький аэропорт на северо-востоке от Лондона – построен специально для чартерных рейсов. Один терминал, большая парковка и дорожная развязка в два уровня. Транзитный отель, пара ресторанчиков, круглосуточный книжный магазин.

Николаевский поболе будет… Мамут стал искать в толпе встречающих свою фамилию. Нашел. Упитанная барышня в униформе стояла в стороне, подняв руку с табличкой MAMUNT. Везде бардак, они даже не знают, как пишется моя фамилия. Он подошёл и долго объяснялся. Барышня успокоилась только тогда, когда посмотрела паспорт.

Поездка на юго-запад, в Ричмонд, заняла полтора часа. После перелёта нужно было собрать в кучу мозги. Банкир попросил таксиста ехать медленней. За окном мелькали парки Кенсингтона, Хаммерсмита и древняя улица Чизика – шесть миль по набережной Темзы.

И вот он, Ричмонд – деревенская резиденция английских королей и современная тихая обитель банкиров. Дворец Хэмптон Корт соседствует с Кью Гарденс – ботаническими инкубаторами колониальных растений. Старые дубовые аллеи скрывают особняки в викторианском стиле, до горизонта тянутся ухоженные парки и площадки для крикета.

Он вспомнил свой николаевский особняк на Большой Морской, который считается одним из красивейших в городе. Строение ХIХ века, бывший дом нувориша-караима. Мамут несколько лет скрупулезно реставрировал это заброшенное здание, но… в сравнении с лондонскими особняками его жилье – бразильские фавелы.

Нужно перетекать в Лондон. Потолкаться ещё пару лет в Николаеве, доделать начатое и собираться… Хватит жить среди дебилизма и узких бандитских лбов. Надоело быть на фронте, надоело кормить дармоедов, что кусают руку дающую... Банкир опять вспомнил, как его обманули с орденом.

* * *

Кованые решётки беззвучно открылись, машина поехала по гаревой дороге, через старый парк, к большому светлому дому в георгианском стиле. Ещё одниворота – и появилась зелёная лужайка рядом с фонтаном. Мамут вышел из такси, огляделся.

Двое мужчин с клюшками для крикета бросили игру и направились прямо к нему.

- Здравствуй, Сергей. – Оскар обнял его и отстранил. – Для совершеннолетнего ты выглядишь достаточно молодо. Фитнесс? Бассейн? Или русская баня?

- Пиво, водка и сигареты, Оскар, – секрет русской молодости.

Все засмеялись.

- Позволь тебе представить Джордана Ферта – моего дядю и партнёра. Пойдёмте, друзья, продлевать молодость. Мне сегодня прислали два галлона чудесного новозеландского пива.

Новозеландское пиво оказалось пивным коктейлем – смесью советского общепитовского компота и солоноватого минерального «Нарзана». Мамут двадцать минут давился этой жидкостью, но свой литр одолеть так и не смог. Он с облегчением воспринял предложение Джордана перейти в столовую к традиционным напиткам.