Побег куманики - Лена Элтанг

А тогда, на острове, зайдя в открывшуюся нам монастырскую кладовку, которую, вопреки моему прогнозу, так легко оказалось найти, я почувствовала, как восторженные мурашки побежали по ногам — еще бы! рукопись оказалась правдой! мы сделали это! ну… ты меня понимаешь, дружочек, не правда ли?

Особенно странным показалось мне то обстоятельство, что каждое слово, даже произнесенное шепотом, отдавалось с грохотом на весь подземный зал, как будто мячиком прыгая от стены к стене. Хотя я читала об этом сто тысяч раз. Да чего там, у меня даже билет на экзамене был с вопросом про Хал Сафлиени. Не смей улыбаться, это было не так давно, как тебе кажется!

Через час я встречаюсь с доктором С. X. Руисом из университета, чтобы обсудить возможность работы. Если меня устроят их условия, то на следующий учебный год я останусь в Мадриде, а ты приедешь ко мне из Барселоны — правда же? — и мы напьемся в моем любимом La Terraza на проспекте Alcalб, почище, чем папские прелаты. Каталонец Ферран Адриа открыл этот ресторан, чтобы приучить ленивых мадриленьо к дынной икре и пюре из зеленой фасоли с молочной пенкой.

Но тебя-то ведь этим не удивишь, верно?

Буду писать тебе завтра,

твоя Фиона

MОPAC

без даты

belotta

в материи заключена возможность, если верить перипатетикам

а им верить — так же, как исправленному, — приятно и уютно

выходит, растоптав желудь, мы уничтожаем возможность дуба

то есть ту, которую мы в силах себе представить

все утро думаю — сколько других возможностей уходит вместе с этим желудем? вы, доктор, скажете: в аристотелевской поэтике об этом есть — или то лишь было возможным, что состоялось? и будете правы

и в физике есть похожий вопрос, и в насмешливой ta meta ta physika, а что толку? этак я и сам могу спросить, но я вот что спрашиваю: если движение — красная, горячая стрелка, идущая от возможности к ее воплощению, то куда идет обратная стрелка — холодная, синяя?

энергия развоплощенной возможности, возможности с ледяным штыком минуса наперевес, или как это у Кэрролла? доплата за посылку с отрицательным весом… бррр

и еще — куда деваются другие возможности желудя, когда уничтожена эта… как ее… материнская плата?

я уже молчу про уток в центральном парке, на это и надеяться нечего

без даты

сегодня жарко, 25 градусов, но местные морщатся и кутаются в шарфы, на пляже ни души, берега желтеют нетронутым кадмием, море чернеет марсом и празеленью

на мальте все не как у людей: собаки здесь живут на крышах и лают оттуда, как оглашенные, на острове нет ни рек, ни ручьев, в автобусах нет дверей, дверные ручки чистят зубным порошком, у лодок глаза озириса, а улицы горбаты на манер сан-франциско — зато отовсюду видна вода и очевидно, что сицилия рядом

жаль, однако, что я здесь долго не задержусь

без даты

contrefaction

в Вильнюсе у меня был кудрявый и толстый лауринас, а здесь — всего только лысый esqueleto лоренцо

похоже, я неумолимо падаю в цене

попади я в больницу на горе гуннольва, доктора звали бы лейдольв-из-лощины, или нет — лоудмунд сварливый! или нет — льорунн сутулый! лоренцо отличается от лауринаса, как рыночный мурильо от нитяного коврика с маргаритками, у лоренцо кварцевый загар и хрустальные зрачки, наполненные водой, будто линзы в старинных телевизорах, он восседает за гипсовой стеной, подпирая висок гипсовым кулаком, лиловым и розовым от витражного солнца — вылитая был бы мария аннунциа-та палермская за пюпитром, если бы не лукавый отсвет иоаннитской подделки

лауринас держал на столе фляжку в пупырчатой коже, от фляжки пахло вильнюсским предместьем: длинным надкушенным батоном, сапогами и прошлогодней травой

в кабинете лоренцо пахнет арабской лавочкой, это оттого, что в ящике стола он держит кофейные зерна и кардамон, в шкафу — камфорное масло, а на окне — полумертвый куст ладанника

однажды я написал лауринасу письмо, но ответ от него пока не пришел

мне вообще не приходят никакие письма, разве что на ум