Барса. Как создавалась лучшая команда в мире - Грэм Хантер

Я надеюсь, что лига, которую мы выиграли, станет началом серии успехов. Чтобы достичь этого, мы уже создали хорошую командную базу за последние два года. Я просто надеюсь на то, что те, кто остается у власти, не испортят то, что они унаследовали. Я закончу кличем, который объединяет всех барселонистов.

Да здравствует «Барса»!

На пресс-конференции, посвященной его уходу, Росель осветил одно из разногласий, которое разделило его и Лапорту. Когда его спросили о влиянии Йохана Кройфа на клуб, Росель ответил: «Ради всеобщего блага, Йохан, отойди и дай Жоану [Лапорте] работать расслабленно, без давления. Без этого влияния он, возможно, передумает и вернется к изначальному проекту. Ради его блага, дайте Жоану работать».

Долгое время после своего ухода с поста директора он оставлял за собой должность советника, но когда Лапорта получил вотум недоверия в 2008 году, Росель объявил, что при первой возможности выдвинет свою кандидатуру на пост президента.

Тогда он сказал: «Кризис, который мы видим, не спортивный, а организационный. Есть абсолютная нехватка истинной власти, и это говорю не я, а 9 500 членов клуба, которые подписали вотум недоверия».

Лапорта с трудом пережил вотум недоверия, хотя восемь директоров, включая Инглу и Сориано, ушли в отставку перед лицом такой крепкой оппозиции. Но этот президентский срок собирал дискуссии так же часто, как часто клуб выигрывал трофеи.

Сводный брат франкиста

Ни один президент «Барселоны» не получает зарплату или какие-либо прямые вознаграждения от клуба, кроме издержек, и, более того, каждый из них должен дать финансовую гарантию (на момент вступления на пост Лапорты она составляла €1,5 млн) перед тем, как его избрание станет законным. Изначальная дата инаугурации Лапорты была перенесена, пока он и некоторые члены его правления собирали эти деньги, а он получал финансовую помощь от своих родственников.

Алехандро Эчеваррия, его сводный брат, тоже принял участие в работе руководства клуба в должности одного из директоров. Этот человек стал другом футболистов и украшал как мог их жизнь в ФК «Барселона». Он был популярен и полезен в клубе. Но один журналист обнаружил, что Эчеваррия был франкистом. Изначально и он, и Лапорта отрицали это, но обман был раскрыт. Уже то обстоятельство, что он – франкист, не сочеталось с новой «суперкаталонской» «Барселоной». А тут еще и факт, что Лапорта соврал. Так что Эчеваррия ушел в отставку в октябре 2005 года.

Пойман без штанов

В субботу 9 июля 2005 года в четверть четвертого Жоан Лапорта проходил проверку в терминале C аэропорта Барселоны. Сканер постоянно пищал, когда сквозь него проходил президент «Барселоны», несмотря на то что он извлек телефон, пояс, деньги и ключи. Другие пассажиры с удивлением наблюдали за тем, как Лапорта потерял терпение и крикнул: «Ладно, если вы хотите увидеть меня голым, то вот, пожалуйста». С этими словам он снял брюки и бросил их на ленту для простора сканером, но в этот момент вмешалась полиция. Лапорту забрали, провели разъяснение и, к счастью для него, не арестовали.

Шлюз Лапорты

В конце 2008 Лапорта нанял человека по имени Жоан Оливер на позицию генерального директора клуба. Через год он предложил ему повышение зарплаты до €600 000 плюс бонусы, которые доходили до €300 000, в зависимости от успехов. Услышав вопросы от подозрительных представителей медиа, президент ответил: «Я думаю, что он заслуживает еще больше».

Оливер без ведома президента нанял частных детективов, чтобы следить за четырьмя вице-президентами Лапорты: Жоаном Бошем, Жоаном Франкесой, Рафаэлем Юсте и Жауме Феррером. Мандат Лапорты истекал летом, уже шла кампания оппозиции, которую возглавил Росель: заключались союзы и тайные сговоры. Искал ли Лапорта тех, кто помогал его преемнику?

Когда об этом стало известно, Лапорта пожаловался: «Информация по управлению рисками была легальна, это делалось с целью защитить клуб и этих ребят. Все сильно преувеличено. Генеральный директор [Оливер] и начальник охраны предприняли это, не проинформировав меня, потому что это было в их полномочиях. Когда они получили результаты, Оливер поделился ими со мной и я решил, что важно сказать об этом вице-президентам. Они поняли и приняли эту ситуацию».

Аудит

Когда Лапорта и его правление занимались разбором убыточных счетов на последнем этапе своей работы летом 2010 года, по их проверкам выходило, что в последний год они получили доход в €11 млн. Через несколько месяцев новое правительство провело свой аудит, согласно которому существовал убыток в €79 млн за последний год. Большая разница в цифрах сводится к огромным затратам за границей: частные самолеты, семизначные траты на билеты на концерт U2, поездки на финал Лиги чемпионов в Риме и финал баскетбольного турнира.

Спонсоры футболок

Эта история касается сразу двух президентов. Принцип, которого так долго придерживались до появления Лапорты, затем был отменен. Но поиск правильного спонсора (а затем его смена, когда началось правление Роселя), это уже другое дело.

После «конкурса красоты» прибыльных спонсоров, включая Олимпиаду в Пекине, руководство Лапорты удивило всех. Главным спонсором, чье имя разместили на футболках «Барса», стал ЮНИСЕФ, кроме того, сама «Барса» должна была платить не меньше €1,5 млн в год за пять лет подобной привилегии, а деньги должны были пойти на лечение СПИДа в Свазиленде.

Главным автором этой идеи был Сориано. Он говорил мне: «Концепт «больше чем клуб» имел политическое значение в Каталонии и во всем остальном мире. Мы столкнулись с трудностью, и до сих пор есть голоса, которые говорят: «Это всего лишь клуб. Футбольный клуб. Давайте продавать футболки в Китае».

Это, конечно, тоже неплохая идея: мы презентовали себя, продавая множество футболок в Китае. Однако мы хотели найти что-нибудь, что помогло бы дать всем в мире понять, что значит наше утверждение «больше чем клуб».

Мы хотели заключить универсальную и глобальную сделку, которая была бы очевидной. ЮНИСЕФ идеально подходил для этой цели. Поэтому, когда мы поместили на футболки «Барселоны» Фонд Катара [при Роселе], это возбудило столько дискуссий. Ведь Фонд не занимался тем же, что и ЮНИСЕФ».

Человека, который предложил перейти от ЮНИСЕФ к Фонду Катара и который руководил «Барселоной», звали Сандро Росель. Его путь от мальчика, подающего мячи, до президента напоминает судьбу Пепа Гвардиолы.

Вскоре после его возращения на «Камп Ноу» в преддверии самой большой победы на выборах в истории клуба в 2010 году было нелегко сравнить его работу с работой Лапорты, которого он так старался посадить на трон в 2003 году.

Но горечь в отношениях между бывшими союзниками дала абсолютное право новому руководству пересмотреть почетную должность, которую бывший президент предложил Йохану Кройфу буквально перед своим уходом, осознав, что он проиграет.

Еще больший смысл имеет решение администрации Роселя вложить инвестиции в новые здания для тренировок и то, как это было реализовано. То, что ключевых тренеров каждого молодежного уровня сделали полноценными работниками, стало большим прорывом вперед и, с административной точки зрения, помогло реализовать амбиции Пепа Гвардиолы по подготовке выпускников молодежной академии для основного состава.