Сорняк - Джузеппе Грассонелли

Сначала я подозревал ловушку. Но сыновья босса поручились за мою безопасность, согласившись на время моей встречи с их отцом остаться у меня дома, то есть, в сущности, стали добровольными заложниками. Мои союзники могли похитить их, если бы я не вернулся. На таких условиях я доверился и пришел на встречу.

Со стариком Рино у нас состоялся долгий и обстоятельный разговор, интересный с разных точек зрения.

Рино рассказал мне последние новости, которые касались всех участников борьбы, но в этот раз я слышал их с позиций “Коза Ностры”. Так, я узнал, что сверху поступил приказ заключить мир со всеми группировками, принять все наши условия, даже самые унизительные. Неторе должен был сдаться карабинерам, что он и сделал. Именно это доказывало правдивость слов Рино Риццо. Я, конечно, не особенно нуждался во всех этих подробностях, чтобы понять намерения мафии, – они были ясны и так. Однако некоторые сведения оказались полезны, поскольку пролили свет на цели, преследуемые моими новыми союзниками. Например, я не знал, что Пизани – один из кланов, вставших на нашу сторону, – примкнул к нам, чтобы решить свои личные проблемы с “Коза Нострой”, а потом собирался избавиться от нас самих.

– В конце концов, – сказал мне Рино, – когда мафия сообразит, с кем имеет дело и кто совершает убийства, она соберет всю свою военную, экономическую и политическую силу и раздавит вас, как клопов. Не питайте иллюзий, будто сможете нанести ей поражение. Уже случалось, что целые провинции благоденствовали в результате истребления нескольких семей, таких как твоя, Паторе и Марконе. Ты достал всех, Антонио, и тебе это даром не пройдет. Это только вопрос времени.

– Но зачем вы мне это все рассказываете? – спросил я.

– Затем, чтобы ты знал: пока идет война, тебе проще спастись. Запомни, твой злейший враг – мирная жизнь. Люди из “Коза Ностры” никогда не спешат. У каждого из них есть работа, семья, по воскресеньям они исправно ходят на мессу, и их почтение к религии настолько глубоко, что по пятницам они никогда не совершают убийств, ведь пятница – день, посвященный Богу.

– Приятно узнать, что они такие религиозные, – не удержался я от сарказма.

– Мы с тобой оба – ходячие мертвецы для них, – продолжил Рино. – Они посеяли слух, что я твой союзник, а ведь еще час назад я им не был. Но нельзя идти на попятную, запомни это хорошенько. Мне они даже не дали возможность защищаться, хотя мой прадед, дед и отец верно служили “Коза Ностре”. А теперь я сказал: хватит! Я хочу спасти своих сыновей. Я предоставлю тебе все необходимые сведения, а ты попытайся спасти от смерти моих детей, учитывая, что “Коза Ностра” пустила слух, будто один из моих сыновей стал главой клана. Это в их духе. На каждых переговорах о мире они плетут интриги. К тому же возьми на заметку: сейчас мафия не ладит с некоторыми политическими лидерами, и это может быть тебе на руку, ведь мафия предпочитает решать свои проблемы последовательно, а не все разом. Пользуйся моментом, Антонио, ударь по ним посильнее.

Прежде чем попрощаться со мной, Рино добавил:

– И никогда не доверяй полностью своим союзникам. Они предают не из подлости, а потому, что слишком наивны и невежественны.

Я попрощался с ним – скорее, охваченный растерянностью, чем убежденный его доводами. Нужно было обдумать его слова. Я подозревал, что Риццо не просто хочет спасти своих сыновей, как он уверял меня, но им движут и другие мотивы, которые он скрыл. Я хотел не только разгадать истинные интересы старого босса, но и выяснить, соответствовали ли правде его слова.

Вернувшись к себе в убежище, я рухнул на койку с головной болью и заснул, даже не раздеваясь. Как только проснулся, сварил крепкого кофе, закурил и снова стал размышлять над словами старика Рино Риццо. Я взял лист бумаги и набросал сложную схему с именами, кланами, их сложными связями, явками. Благодаря этой схеме я понял, в чем заключалась двойная игра Пизани. С ними я желал потолковать в первую очередь.

Я решил навестить одного из братьев Пизани и пошел прямо к нему домой, без предупреждения. Это было против установленных правил, но меня это не заботило, так как речь шла о моей безопасности. Я задал Пизани несколько вопросов относительно моих личных врагов, которых я собирался атаковать. Пизани отвечал уклончиво, особенно после того, как я назвал ему кое-какие имена, однако он подтвердил многие факты, упомянутые Рино Риццо. Я не стал намекать Пизани, что догадался о его лжи, прикрываемой бесконечными возгласами: “Я не знаю!” Ясно, что он защищал некоторых из моих врагов, которые впоследствии, согласно планам этой семейки, должны были стать их друзьями.

Я действовал быстро. Воспользовавшись ценной информацией, полученной из разных источников, и не дожидаясь, пока будет запущен тяжелый маховик “мира”, я разделался с несколькими главарями “Коза Ностры”, которые спокойно властвовали в своих “тихих” городках, откуда заказывали убийства и организовывали массовые бойни лишь для того, чтобы сохранить равновесие сил в преступном мире. Именно эти подонки затеяли убийство моих родных. Многих из них я отправил на тот свет.