Удивительная жизнь Эрнесто Че - Жан-Мишель Генассия

Йозеф спустился на первый этаж и постучал к мадам Маршовой. «Иду, иду, уже иду, подождите!» – прокричала старушка, но открыла не сразу. Когда дверь наконец распахнулась, она с трудом разогнулась и радостно воскликнула:

– Как вы вовремя, Эдуард! Спина у меня просто разламывается, даже подняться к вам не было сил.

– Не трудитесь, мадам Маршова, у меня теперь кабинет в другом месте. Есть одно лекарство, которое вам точно поможет, найти его сейчас не так просто, но я это сделаю. Вот деньги за квартиру. – Йозеф положил на стол пачку крон. – Вернусь, как только раздобуду лекарство.

Выходя из дома с ящиком под мышкой, Йозеф внезапно осознал, что его отец ни разу не возвращался в квартиру после обыска. Оказавшись на вечерней улице, он долго стоял неподвижно. Ему было жарко и душно. Йозеф хотел хоть немного приблизиться к отцу и вернуться к себе, но у него все отняли. Все.

Убийцы оказались еще и ворами.

Больше Йозеф в семейное гнездо не возвращался.

Йозефа приняли в Коммунистическую партию Чехословакии 26 июня 1945 года: вопросов он не задавал, его тоже никто ни о чем не спросил. Достойный кандидат, рекомендован Павлом, партийцем со стажем, хорошо знаком с учением Маркса – Энгельса – Ленина. Йозеф считал, что все люди, живущие на этой измученной войной земле, должны стремиться покончить с позорной эксплуатацией человека человеком.

Выступление Йозефа перед голосованием на собрании партийной ячейки вызвало улыбки – уж очень «медицинским» выглядело его понимание коммунизма. Йозеф считал капитализм латентной болезнью – чем-то вроде кори или гриппа, передающейся через эгоизм, алчность и корыстолюбие, а лекарством от нее – солидарность трудящихся и их бескорыстие. Партия должна исповедовать и внедрять в жизнь фундаментальный принцип общественной профилактики и гигиены: от каждого по способностям, каждому по потребностям. Справедливость и социальный прогресс станут вакциной.

– Неглупо, – дал свою оценку парторг. – Оригинально, но в целом справедливо.

Йозеф стал одним из миллиона чехов, добровольно и с радостью в сердце присоединившихся к партии, боровшейся с нацистами. Нужно покончить с эксплуататорами и неравенством, рабочим пора взять свою судьбу в собственные руки и начать строить новый мир на обломках старого.

Тереза тоже вступила в партию, а вот Кристина колебалась. Во Франции она наверняка присоединилась бы к коммунистам, но чешский язык все еще оставался для нее чужим, а люди на собраниях говорили ужасно быстро, так что Терезе приходилось переводить. Кристина решила, что сначала в совершенстве овладеет языком, а уж потом вступит в борьбу за светлое будущее.

* * *

Йозеф мгновенно нашел работу в клинической больнице Мотол. Специалистов-биологов не хватало, и руководство поручило ему создать службу по борьбе с инфекционными заболеваниями. Учась в институте, Йозеф проходил практику в этой больнице, здесь работали многие его бывшие соученики, и уже через несколько недель он почувствовал себя в Мотоле как дома.

Сразу после возвращения в Прагу его услуги понадобились ветеринарному департаменту Министерства сельского хозяйства. Неизвестная болезнь вызывала у свиней конвульсии и паралич задних ног, начался повальный мор скота. Йозеф исколесил всю Богемию и выяснил, что свиней губит вирус, поражающий желудочно-кишечный тракт в самом начале откорма и пагубно влияющий на нервную систему. Он диагностировал эндемичную разновидность болезни Тешена и определил, что поражена бóльшая часть поголовья. К счастью, вирус не всегда был патогенным, и за два года Йозеф создал вакцину, хотя залогом здоровья хрюшек считал поддержание чистоты в хлеву.

* * *

Между Павлом и Терезой все сладилось быстро. Они нашли друг друга, «совпали», если можно так выразиться, подобное взаимопроникновение случается раз или два в жизни (у самых везучих!). оба пребывали в сладкой эйфории, страна неуклонно менялась. «Наша жизнь будет чертовски интересной и по-настоящему счастливой!»

Терезе было так уютно у Павла, что она все чаще оставалась ночевать, к себе домой ходила только переодеваться и через три недели после знакомства переехала окончательно. Вначале всем пришлось непросто, кухня стала напоминать поле боя, возникли разногласия касательно трактовки и применения марксистского принципа разделения труда. Павел совершил ошибку, попросив Кристину взять на себя некоторые дела по хозяйству: ему необходимо сконцентрироваться, чтобы закончить книгу, а она только тем и занимается, что учит слова и пытается разобраться в мудреной грамматике чешского языка. Кристина действительно часами делала упражнения в школьных тетрадках, которые ей давала Тереза, и терпеливо постигала бесчисленные тонкости склонений, родов и существительных.

– Ты это серьезно, Павел?

– Вполне. У тебя много свободного времени, так поработай на пользу общества.

– Ты хорошо меня разглядел?

– В социалистической республике женщины и мужчины будут равны во всем, в том числе в работе.

– Вот и помой посуду.

Когда в соседнем доме освободилась квартира, Йозеф и Кристина сразу переехали, и бытовые трудности исчезли, осталась только дружба. Теперь они встречались сугубо ради удовольствия.

Йозеф хотел получить оставленные в Шамони вещи, но, узнав, сколько будет стоить пересылка, решил, что они заберут их сами, когда поедут в горы, так что пришлось покупать новую одежду.

* * *

Три месяца спустя Павел и Тереза пригласили Йозефа и Кристину на ужин. Они впервые собрались вчетвером, а не большой компанией: Павел с Терезой хотели сообщить друзьям важную новость и для начала немножко поинтриговали, предложив угадать.

– Неужели ты наконец закончил книгу? – спросил Йозеф.

– Это ты маханул, братец, мне понадобится год, чтобы все перепечатать и выправить.

Кристина предположила, что Тереза надумала продолжить учебу.

– Нет, поздно, вряд ли я сумею себя заставить.

– Тебя назначили послом? – сделал следующую попытку Йозеф.

– Когда-нибудь назначат, не сомневайся.

– Ты беременна? – предположила Кристина.

– Не так скоро.

– Всё, версии иссякли, сдаемся!

– Мы собираемся пожениться!

– С ума сойти!

– Хотите быть нашими свидетелями?

Они распили еще одну бутылку рислинга из Валахии, малой родины Павла. Это белое вино с легкими фруктовыми нотками пилось как вода и веселило душу.

– Я поднимаю этот бокал за нашу прекрасную страну и всеобщее счастье.

Они чокнулись, и Павел вдруг замер, как будто его осенило.

– Что с тобой? – встревожилась Тереза.

– Друзья мои, у меня появилась идея – блестящая, как обычно. Давайте сыграем две свадьбы в один день. Получится… феерично. Будем праздновать три дня и три ночи.