Музыка души - Даниэла Стил

– Завтра. Четыре дня проведем в твоем прекрасном городе, а потом поедем в Лос-Анджелес. – Была среда. Значит, он собирался прилететь в четверг. – Как долго ты сможешь задержаться в Лос-Анджелесе или насколько мне можно остаться в Сан-Франциско, если вернемся?

– Шарлотта приедет через две недели, а до этого я свободна.

Приют для бездомных подростков вполне мог обойтись и без ее участия.

– Значит, до тех пор и останусь, – заявил Чейз, радуясь ничуть не меньше Стефани.

Такой замечательной новости она не слышала давным-давно. Не могла дождаться встречи и днем поделилась счастьем с доктором Зеллер. Вернувшись домой, Стефани продолжила консультации у психотерапевта. Беседы всегда давали пищу для размышлений.

В этот раз доктор Зеллер спросила, почему миссис Адамс не оставила мужа после измены или даже раньше.

– Судя по рассказам, ваша совместная жизнь не производит впечатления вполне гармоничной. Билл всегда был занят, домой возвращался поздно, а в свободное время предпочитал играть в гольф с клиентами и друзьями, а вовсе не с вами. Не интересовался детьми, так что вам постоянно приходилось восполнять пробелы, действуя и за маму, и за папу. Так что же все-таки он вам давал? В данном случае секс не предстает в качестве основного звена. На чем держался брак?

– На преданности. На ответственности. На любви к детям. Я старалась быть хорошей женой. Не хотела лишать детей отца. Так было после измены.

– Двадцать шесть лет преданности и долга. Честное слово, редко кто способен на такой подвиг. Я под впечатлением. Вы очень любили мужа?

– Да. – Но Стефани знала, что осталась не из-за любви. Доктор Зеллер дала понять, что не очень поверила в изложенную версию, а впечатление на самом деле оказалось не таким уж и сильным.

– А еще какие-то причины могли существовать?

– Предложите свою версию. Что думаете по этому поводу вы?

Психотерапевт сомневалась в словах пациентки и не скрывала скептицизма.

– А как насчет страха?

– Страх перед Биллом? Опасение, что, если уйду, он меня изобьет?

Предположение казалось нелепым. Билл никогда не поднимал руку и даже не угрожал. Он вообще не был агрессивным человеком. Скорее равнодушным и отстраненным.

– Страх перед одиночеством, – спокойно пояснила доктор Зеллер, и Стефани показалось, что ее с силой ударили в солнечное сплетение. Дыхание сбилось. – Страх перед тем, что не удастся встретить другого человека, перед необходимостью выйти в открытый мир. Жизнь с мужем текла в полной безопасности: вы ясно представляли, где находитесь и с кем имеете дело. Страх перед неизвестностью, отсутствие уверенности в себе.

Доктор Зеллер знала, что Стефани стала другой, иначе никогда бы не поехала ни в Лас-Вегас, ни в Большой каньон, ни в Нэшвилл и тем более не решилась бы вернуться через всю страну на машине, да еще в полном одиночестве. Еще полгода назад, до смерти Билла, она не осмелилась бы совершить что-то подобное. И вот сейчас, лишившись оправданий, оказалась лицом к лицу со своими страхами. Долго сидела молча, со слезами на глазах, а потом кивнула и благодарно посмотрела на психотерапевта.

– Думаю, вы правы, – произнесла едва слышно.

– И мне тоже так кажется. – Доктор Зеллер ободряюще улыбнулась. – Вы молодец, Стефани. Нашли силы заглянуть в себя, определить слабое звено и подтянуть. Наслаждайтесь обществом своего знаменитого артиста. Он великолепен.

Доктор Зеллер знала, что Стефани воздержалась от близости: они уже беседовали на эту тему. Стефани сказала, что пока не готова, а психотерапевт лучше всех понимала, что ей одной дано решать, когда придет время интимных отношений. Если не захочет переступить черту в паре с этим мужчиной, то скоро появится другой – в этом доктор Зеллер не сомневалась. Миссис Адамс была красивой женщиной с тонким умом, добрым сердцем и редкой силой характера, о чем, правда, пока сама не подозревала. К тому же она уже начала открывать старые двери, желая выяснить, что за ними кроется.

В тот день беседа продолжалась долго. Из кабинета Стефани вышла озадаченной и в задумчивости поехала домой. Теперь и ей стало ясно, что с Биллом она осталась не из благородных побуждений, как считала прежде, а просто из страха. Да, так оно и было на самом деле. Открытие оказалось очень важным для новой жизни – конечно, если хватит смелости ее начать. Альтернатива существовала всегда – запереться в пустом доме ничего не стоило, но делать этого Стефани не собиралась. Она уже зашла слишком далеко, чтобы струсить и вернуться.