Француженки не крадут шоколад - Лора Флоранд

В лаборатории Паскаль, потряхивая большим ситом, точно сельский житель с собранным урожаем зерна, посыпал партию трюфелей крупинками перемолотого карамелизированного миндаля, отчего сам окутался вкусной пыльцой. Достаточно далеко от Паскаля, чтобы избежать загрязнения под пылевым миндальным облаком, стоял подросток, выделявшийся не только своей юностью, но и тем, что единственный в этом помещении обладал темной кожей. Он испытывал одновременно гордость и неловкость, трудясь над порученным ему заданием. Парень перемешивал лопаткой шоколадную массу в огромной кастрюле.

Женщина колдовала с трехзубой вилкой возле еnrobeuse[129]«Золлиха», откуда выезжали брусочки конфет в шоколадной оболочке. С каждым взмахом вилки на конфетах оставался четкий оттиск, который Кэйд мгновенно узнала, вспомнив, что эти конфеты содержат ganache vanille[130]. Другая мастерица, обрызгивая формочки из кулинарного пульверизатора, покрывала каждую заготовку тончайшим слоем шоколада.

Рядом с подростком стоял Сильван, с помощью зубной щетки и большого пальца сбрызгивая гибкий лист пластика похожей на бледно-зеленую краску смесью. Потом он взял другую щетку и окунул ее в более темную зеленую массу, которая оказалась подкрашенным белым шоколадом.

Заметив Кэйд, Сильван посмотрел на нее и улыбнулся. Паскаль Гюйо тоже взглянул на гостью и вернулся к своей работе. Подросток, тот самый стажер, изумленно поднял брови и усмехнулся.

Парень уверенно схватился за огромный котел с расплавленным шоколадом, но потом замер, пораженный его тяжестью. Сильван бросил щетку, ловко перехватил у паренька котел и залил глазировку в машину.

– Et les muscles dans tout ça, Malik?[131]– обратился к парню один из поваров.

Смущенный Малик согнул руку в локте, словно пытаясь убедиться, что его бицепсы будут заметны даже через широкие рукава поварской куртки.

– Теперь у меня не хватает времени на тренировки, – заявил он. – Я же вечно торчу тут у вас!

– Может, нам нужно почаще приставлять тебя к кастрюлям, чтобы ты поддерживал форму, – пошутил тощий очкарик. – На, попробуй-ка удержать хоть эту. – И он вручил Малику металлическую миску размером не больше обычной кухонной чаши для домашнего миксера.

– Или вот эту, если та для тебя тяжеловата, – подхватил атлетического вида здоровяк, поставив перед подростком крошечную кастрюльку.

– Ладно, ладно, – простонал Малик. – Ну, мог бы я донести этот котел. Меня просто застала врасплох его тяжесть.

«Не удивительно, что почти все здесь выглядят худощавыми и сильными, в отличной физической форме», – подумала Кэйд, пытаясь определить вес котла с шоколадом. – Наверное, более пятидесяти фунтов. Может, и все восемьдесят? По сколько же раз в день им приходится перетаскивать такие тяжести?»

Сильван подошел к Кэйд, на губах его играла веселая усмешка. Она почувствовала, словно в нее вдохнули какую-то живительную силу.

– Сегодня ты можешь позаимствовать одну из моих курток, – сказал он. – В куртке Бернара ты утонешь. И спрячь волосы, – добавил Сильван, протягивая ей белую шапочку, которые носили все, кроме него и Паскаля. – Никому пока не удавалось найти хоть волосок в моих конфетах.

Кэйд предположила, что Бернаром зовут плотного здоровяка. Хотя и куртка Сильвана оказалась ей очень велика. Закатывая слишком длинные рукава, она размышляла, почему он не выдал ей одну из женских курток. Может, хотел предложить ей свои личные вещи? После их сексуальных игр, стоя рядом с ним, Кэйд вдруг ощутила собственную хрупкость, странную уязвимость.

– Для чего это? – обратилась она к Сильвану, останавливаясь перед гибким листом, испещренным брызгами двух оттенков зеленого цвета.