Самое время для новой жизни - Джонатан Троппер

– А теперь сделай монтаж – переместись на десять лет спустя, – сказал я. – И посмотри, чем обернулись все наши большие планы.

– Ну да, – вздохнула Элисон. – И я больше всего на свете хочу именно того, чему сопротивлялась.

– Все равно не понимаю, при чем тут Джек, – не унималась Линдси.

Элисон смущенно улыбнулась:

– Знай ты мужей моих сестер, поняла бы. Они практически клоны: выпускники университетов Лиги Плюща, топ-менеджеры, спортом по выходным занимаются. Даже покупают вместе годовой абонемент на матчи “Нью-Йорк Никс”. По правде говоря, отличные ребята. Хорошие отцы, любящие мужья. Но тогда моим глазам, казалось, открылся целый новый мир, я твердо решила сломать шаблон, найти что-то совсем другое. Джек – полная противоположность мужчине, которого я должна была бы ввести в родительский дом, понимаете? Неудержимый, даже опасный, откровенно страстный и не такой утонченный. Я встретила его и подумала: вот все, чего я искала, к тому же упакованное в красивую, сексуальную обертку. – Элисон глубоко вздохнула. – Я открылась ему полностью, от всего отказалась ради возможности быть с ним. И столько лет спустя по-прежнему цепляюсь за эту возможность. Будто хочу доказать, что та девочка-студентка не ошиблась, не напрасно ждала десять лет и наша история закончится счастливо.

– А если нет? – спросила Линдси.

– Тогда, наверное, придется посмотреть правде в глаза и признать, что я уже не та наивная девочка. Что я… повзрослела.

– Ты любишь его?

Элисон глядела себе в кружку.

– Люблю, – прошептала она. – Очень сильно. В том-то все и дело.

– Надо же, Элисон, – сказал я после некоторого молчания. – Кто бы мог подумать, что ты в таком раздрае?

– Ага, – она улыбнулась. – Я это умело скрывала. И даже к психологу ходила какое-то время.

Мы с Линдси изумленно подняли брови.

– Да ну? – не поверил я.

– Несколько лет назад. Родители настояли. Мне лет двадцать семь было. В этом возрасте у сестер уже родились первенцы. А я отстала от расписания, родители волновались.

– И как все прошло? – поинтересовался я.

– Он пригласил меня на свидание.

– Не может быть! – взвизгнула Линдси.

– Говорю вам, – улыбнулась Элисон.

– Пригласил на свидание, зная, что ты безнадежно влюблена в Джека? Да, этот парень не ищет легких путей.

– Точно. Так я ему и сказала, когда мы расставались.

– Расставались? То есть ты таки с ним встречалась? – недоверчиво осведомился я, а Линдси захихикала.

– Конечно, – Элисон и сама смеялась. – Симпатичный был парень, к тому же умел слушать…

Линдси теперь хохотала в голос:

– Ушам своим не верю! Встречалась с психологом! Уж кто-кто, но ты!

– И как долго? – спросил я.

– Месяца два. Но весьма насыщенных.

– Не сомневаюсь, – кивнула Линдси. – А почему расстались-то?

– Однажды мы занимались любовью у него в кабинете, прямо на кожаной кушетке. Было горячо, доложу я вам. Но потом, когда я уходила, секретарша выдала мне счет, и…

– Боже мой, – теперь уже и я смеялся.

– Очень странное чувство, – ухмыльнулась Элисон. – Что же я, за секс заплатила? То есть совсем дошла до ручки? Тогда я, наверное, и решила: хватит. После посещения психолога чувствовать себя еще более жалкой – это не дело.

– А счет ты оплатила? – поинтересовался я.

– Хуже. Его оплатили мои родители.

Линдси едва не упала с дивана от смеха, у нее была настоящая истерика.

– Родители оплатили ей секс! – Линдси едва могла говорить. – Нет, это прелесть! Почему ты никогда мне не рассказывала?

– Тут особенно нечем гордиться, – Элисон напустила на себя серьезность. – На самом-то деле жаль. Правда хороший был парень.

– Вы чего тут веселитесь? Я что-то пропустил? – поинтересовался Чак, появившись на лестнице.

– Просто рассказываю, как спала со своим психологом.

– А кто не спал? – Чак плюхнулся в кресло. – Подожди-ка. Тобой, что, психолог занимался?

– Занимался, – кивнула Элисон.

– Еще как занимался, – вставил я, вызвав очередной всеобщий приступ смеха.

– Ты тоже с психологом спал? – спросила Элисон Чака.

– Разумеется. Не знаю, правда, считается ли это, потому что своего психолога я встретил в больнице, захотел с ней переспать и назначил свидание.

– Мнение судей? – Линдси театрально взмахнула рукой.

– По-моему, здесь имеет место служебное несоответствие, – заявил я.

– А по-моему, распространенный синдром, – возразил Чак.

– Если пациент западает на психолога? – уточнил я.

– Нет. Психолог на пациента. Я с несколькими психологами спал.

– Не самый дешевый способ встречаться с женщиной, – заметила Линдси.

– Не намного дороже, чем ходить на свидания, если ты об этом, – сказал Чак. – К тому же можно сколько угодно говорить о себе, ведь именно этого от тебя и ждут. А если захочешь порвать, всегда есть неотразимый довод. Просто говоришь: “Нет, это неправильно. Ты же мой психолог, в конце концов!” Он или она почувствует себя глубоко виноватым и мучить тебя не станет.

– Тебе бы книжку написать, Чак, – предложила Линдси.

– Он сейчас серьезно? – обратилась ко мне Элисон. – Никогда не могу понять.

– Я слишком давно его знаю, поэтому не исключаю такой возможности.

– А теперь действительно о серьезном, – Чак сел прямо. – Я сегодня еду домой. Не буду указывать вам, что делать, но, если кто хочет присоединиться, у меня в машине места предостаточно.

Слова Чака были встречены глубокомысленным молчанием, каждый размышлял, что делать. Я избегал мысли об отъезде с тех самых пор, как Чак заговорил об этом после побега Джека. Мы прожили в Кармелине меньше недели, но Манхэттен казался уже другой планетой, и перспектива возвращения вселяла в меня тихий ужас. Я мог вообразить свою квартиру и клетушку в редакции “Эсквайра”, но себя там не обнаруживал. Будто разглядывал старый альбом с газетными вырезками – знакомыми, но больше не имеющими отношения к жизни. Я гадал, скоро ли после возвращения пустота снова завладеет мной. Думал о Линдси, о том, как это будет выглядеть технически – я приеду в свою квартиру в Верхнем Ист-Сайде, она, соответственно, в свою, в Сохо. После перенесенного вместе за последние дни жить отдельно вроде бы не имело смысла, но съезжаться по прошествии всего лишь недели тоже неблагоразумно. Все, что в горах складывалось само собой, казалось, не выдержит тщательного анализа после возвращения в город. Однако рано или поздно вернуться придется.

От этих мыслей веселость моя померкла, но решить я ничего не успел, поскольку, бросив взгляд в окно, увидел на подъездной аллее полицейский автомобиль.