Раздели мою печаль - Светлана Талан

— Династия врачей?

— Так он хотел. Старший брат оправдал его надежды. Сейчас у него за границей своя клиника. Правда, я не знаю, где и какая. Я не общаюсь с братом. Наши отношения прервались уже давно. Как и с сестрой.

Тарас замолчал, и Милана не лезла с расспросами.

«Если сочтет нужным, сам расскажет», — решила она.

— Со старшим братом мы общались последний раз, когда он был еще студентом. О том, что у него своя клиника, я узнал позже, случайно, а сестру отец выгнал из дома, когда она вышла из-под его контроля и забеременела. Марта тогда устроила скандал и больше не вернулась. А я ушел, хлопнув дверью, когда сообщил, что мы с Галей решили пожениться. Вот так и распалась наша семья. Когда заболела Галина, я не стал обращаться за помощью к отцу. До сих пор так ничего и не знаю о его судьбе.

— Так твою сестру зовут Марта?

Только теперь Милана поняла, почему при первой встрече с Тарасом ей показались знакомыми его глаза. Марта! У нее такие же глаза! Милана разволновалась.

— Да. А почему ты спросила?

— Редкое имя Марта. А ты хотел бы встретиться с сестрой? С отцом? С братом?

— Больше всего я хотел бы увидеть сестру, — сознался он. — Она была такая веселая, жизнерадостная и добрая. Марта очень похожа на нашу мать.

— А с отцом?

— Пока не готов сказать. Может, пойдем домой? Здесь сыро и холодно.

— Это повеяло холодом воспоминаний, — сказала Милана. — Нам действительно пора. Ты завтра сможешь присмотреть за детьми? Мне надо уехать по делам.

— Нет проблем!

Тарас обнял Милану за плечи и подарил ей нежный, как бутон цветка, поцелуй.

— Я люблю тебя, Милана, — сказал он негромко.

Она ответила робким, но теплым поцелуем. Над их головами простиралось небо, густо усеянное яркими звездами…

Рано утром Милана села в синий «опель» и уехала из поселка.

Она нашла место, где пять лет назад ночевала с бездомными среди развалин. Кирпичи у костра, лохмотья в углу, использованные пластиковые бутылки, одноразовые стаканчики — все было на месте, как прежде, только из бездомных никого не было. Она обошла территорию в надежде отыскать хотя бы Белку, которая своим теплом спасала ее детей от холода, но не нашла. Никто не пришел и после обеда, и Милана начала волноваться.

«Неужели впустую проделала такой путь?»

Чтобы скоротать время, она прошлась по улицам, где когда-то бродила с детьми, — усталая, голодная, никому не нужная в чужом городе. Тогда ее спасла бомжиха, дворняга и ее щенок. Уже не было сильной боли в душе — все переболело, перетлело, но здесь воспоминания ожили вновь. Милана зашла в кафе, выпила кофе с круассаном и посмотрела на часы. Приближался вечер, пора было возвращаться к развалинам.

Милана присела на кирпичи у «кровати», когда услышала лай собаки. Белка узнала ее и радостно заскулила, виляя хвостом. Потом Милана услышала голос Марты, которая возмущалась, что кто-то поставил «опель» невдалеке от ее места жительства.

— И здесь мне покоя нет, — бурчала она. — Наверное, заглох, теперь всю ночь будет ремонтироваться и дыркать.

Потом Марта увидела Милану, и на ее лице промелькнуло недовольство.

— Дамочка, вы случайно не ошиблись номером отеля? — поинтересовалась она.

— Нет, Марта, не ошиблась. Я обещала вернуться, вот и приехала за тобой.

— Убей меня гром! — воскликнула Марта. — Милана?!

Когда «опель» глубокой ночью притормозил возле дома, навстречу им вышел Тарас. Он подбежал к Милане, заключил ее в объятия и крепко прижал к себе.

— Миланка! Господи, если бы ты знала, как я переживал! Где ты была, родная?

— Из-за чего переживал? Я же не в первый раз уехала по делам.

— После того разговора о матери… Я не знаю, что мне в голову стукнуло… Мне стало так страшно! Я испугался, что история повторится… Господи, да что я за чушь несу! Ты здесь, ты рядом, и я так рад! — взволнованно говорил Тарас, покрывая ее лицо поцелуями.

— Подойди к машине, посмотри, кто приехал. Ты еще не так обрадуешься, — ответила Милана и загадочно улыбнулась.

* * *

Чтобы навсегда порвать узы, связывающие Милану с прошлой жизнью, ей оставалось сделать несколько шагов. Рано утром она взяла с собой детей и поехала на родину.

Милана оставила «опель» у городского кладбища. В киоске купила четыре букета роз, нашла три могилы с деревянными крестами.

— Здесь похоронен ваш дедушка, — объяснила она детям, — а рядом бабушка.

— Это та, к которой мы когда-то приезжали? — спросила Иринка.

— Да, Ириша, она. А я думала, что вы все забыли, ведь были тогда маленькими.

— А это чья могилка? — спросил Богданчик.

— Здесь похоронен ваш дядя. Помните, он однажды приезжал к нам?

— Конечно помним, — ответил Богдан. — А почему мы к ним никогда не ездили в гости?

Дети прежде не затрагивали эту тему, и Милана удивилась:

«А они быстро взрослеют».

После побега от мужа она боялась, что дети начнут скучать по отцу, дедушке и бабушке, но они, словно сговорившись, никогда о них не вспоминали, словно этих людей и не было в их жизни. Она не могла догадаться, что принудило их забыть прошлое, но позже осознала, что дети хорошо чувствовали и понимали ее настроение, — они рано начали взрослеть, разобравшись в сложившейся ситуации. Они не могли забыть всего, что с ними произошло, — дети просто избегали любого напоминания о той жизни. Она смогла дать им новую жизнь и сама ее начала. И случилось это не благодаря им, а ради них.

— Мама, я тебя спросил, а ты молчишь, — напомнил сын.

— Сейчас не время говорить об этом, — ответила Милана. — Как-нибудь я вам расскажу, почему мы не ездили к дедушке и бабушке, а сейчас запомните это место, чтобы потом навещать его, ухаживать за могилками. Люди имеют свойство ошибаться… Почему вы стоите? Богданчик, положи цветы на могилку дедушки, а ты, Ира, бабушки. А я положу на могилку брата.

— А еще один букетик кому? — поинтересовалась Ира.

— Сейчас узнаете.

Дети отошли в сторону, а Милана задержалась.

— Прощай, Игорь, — сказала она тихо. — Прощайте, мама и папа.

Она хотела уже уйти, но на миг задержалась у могилы матери.

— Эх, мама… — вздохнула Милана, вытирая слезы.

Она нашла могилу Женьки. С мраморной плиты на нее смотрел веселый, жизнерадостный парень. Казалось, смерть его обошла и он снова рядом, живой, улыбчивый, в любимой клетчатой рубашке.

— Это мой друг Женя, — объяснила детям Милана. — Он прожил короткую, но такую яркую жизнь. Он был настоящим! Я буду рассказывать вам о нем, и не раз, — пообещала она. — Женька, спасибо, что ты был в моей жизни, — прошептала Милана, укладывая на могилу цветы.