Тубплиер - Давид Маркиш

Разлепив веки, опухшие от укусов, Влад огляделся. Не было ни тропы, ни арчи над пропастью, а Путник в предрассветной темени казался навершием камня, на котором сидел.

– А это правда, что перед смертью человек видит картины из прошедшей жизни? – спросил Влад.

Путник молчал.

– Так люди говорят… – пояснил Влад.

– Ты занялся не своим делом и ошибся в расчетах, – сказал Путник. – Ночь прошла, светает. Хочешь есть?

– Очень, – подумав, признался Влад.

– Вставай и иди вниз, – приказал Путник.

Первый луч солнца выстрелил из-за горы и осветил берег озера. Человека на камне не было, и не было камня. Вслед за первым лучом тысячи светлых стрел прилетели, и наступил день.

В санатории «Самшитовая роща» наступил послеобеденный тихий час. Дорожки парка были безлюдны. Время цикад еще не пришло.

Регистраторша Регина уставилась на Влада Гордина, на его раздувшееся лицо сочувственно.

– А вас выписали, – сообщила Регина. – За нарушение санаторного режима. Вещички ваши возьмите в камере хранения, там сейчас открыто. И на рентген сходите – вам снимочек обязательно нужен для диспансера.

В рентгеновском отделении было пусто. Старик рентгенолог в мятом халате с любопытством оглядел Влада, спросил:

– Где это тебя так отделали? Подрался, что ли? И грязный весь! Сними рубашку, встань вот сюда и не двигайся.

Экран приятно холодил грудь. Влад стоял, задержав дыхание.

– Тебя тут обыскались, – щелкая какими-то рычагами за спиной Влада, сказал рентгенолог. – Думали, домой уехал без выписки… Готово, дыши! Одевайся и подожди снаружи.

Влад вышел из кабинета и сел на деревянную лавку у двери. Зачем ему этот снимочек, зачем выписка? Но он не испытывал неприязни к рентгенологу.

– Зайди-ка, Гордин! – услышал он голос из кабинета и поднялся с лавки. – Там перед тобой никого не было? А? Ты уверен?

– Уверен, – с безразличием пожал плечами Влад Гордин. – Никого не было.

– Странно, странно… – повторял рентгенолог, подозрительно глядя то на Влада, то – на просвет – на мокрый рентгеноснимок. – Становись снова, сделаем повторный.

Стоя у экрана, лицом к стене, Влад усмехнулся в темноте кабинета: ну что ж, хватанем еще дозу рентгена, хуже все равно не будет.

– Не дыши! – сказал рентгенолог. – Готово… Посиди снаружи.

Сидя на белой врачебной лавке, Влад Гордин испытывал порывом ветра налетевшую тревогу. Что он там такое нашел на рентгене, этот старик? Он даже подумал, что снимок – чужой, что он кого-то другого просвечивал, не Влада. Может, туберкулома уже взорвалась и от легкого осталась одна сморщенная серая тряпка?

– Заходи! – услышал Влад Гордин.

Старик рентгенолог сидел за столом, держа лоснящийся темный снимок над стеклянной, подсвеченной снизу столешницей. Вид у него был торжественно-озадаченный.

– Твоя туберкулома рассасывается, – сказал старик. – Случай уникальный! Ты, можно сказать, родился под счастливой звездой. Теперь пойдешь на поправку.