Всего лишь 13. Подлинная история Лон - Дерек Кент

Прожив несколько дней без секса из-за ссоры со мной, Энди приказал мне спать в другой комнате, где нет ни матраца, ни одеяла. У меня была только подушка и полотенце, которым я укрывалась. Я так жила несколько дней. Все это время он мне запрещал пользоваться его телевизором, магнитофоном и другими вещами в доме. Я не собиралась оставаться с человеком, который отказал мне в простом одеяле. Это было последней каплей.

Звонок Дейву

5 октября 2004 г

После ссоры Энди дал мне 250 фунтов, чтобы я переехала и снимала свою собственную квартиру: я тут же изменила свое решение по поводу жилья. Я хотела приберечь деньги на черный день и, как и раньше, оставаться в его доме. Более того, я хотела, чтобы он оплачивал все счета. Если бы я уехала из его дома, я бы осталась без жилья и средств к существованию. Двухсот пятидесяти фунтов было недостаточно, чтобы снять квартиру, оплатить страховку и питание. Я собиралась жить в «нашем» доме, пока это было возможным для меня. Хотя, если у меня будет только лапша дважды в день, в скором времени мне придется искать другое жилище.

Энди написал Дейву о проблемах в наших отношениях. Он думал, что Дейв заставит меня сдержать свое слово. Что Энди, что я, мы вместе списывались с Дейвом, когда приехали в Англию. С момента моего приезда сюда, наши отношения стали ухудшаться. К счастью, Тони был в Лондоне и он приглашал меня не раз к себе.

Переезд

Работая только по утрам, у меня было в запасе несколько часов до начала занятий в английской школе. Мне нужно было с пользой проводить это время, поэтому я начала подыскивать себе квартиру. Я нашла студенческое общежитие и комнату за 40 фунтов в неделю. У каждого жителя была своя комната, поэтому я очень обрадовалась, что наконец-то я смогу жить одна. Я никогда не позволю Энди появиться в моем доме.

Я давно не принимала лекарств и чувствовала, что мне становится хуже. Мне казалось, что я слышу друга Энди по радио, который рассказывает о тайской девушке, покинувшей своего мужа, тем самым нарушив свои визовые обязательства. Я боялась, что Энди начнет подсылать кого-нибудь, чтоб нанести мне вред. Я послала смску Дейву, и он попросил меня возобновить прием лекарств. Он напомнил мне, что у меня нет радио. Он очень волновался за меня. У меня были неясные мысли в голове и мне многое чудилось. Он сказал, что у меня вновь начинаются галлюцинации.

Энди названивал мне целыми днями; он искал меня, приходил ко мне. Я говорила ему, что не собираюсь переезжать к нему. Мне проще было вернуться в нищету Таиланда, чем еще хоть одну минуту провести с ним.

Я всегда думала, что мужчины, с которыми я знакомилась в барах — плохие. Те, кто пользуется услугами агентства знакомств — еще хуже. Цели у них такие же, как у мужчин в барах, но они притворяются, что они другие. Швейцарцы, немцы, испанцы, англичане, которых я встречала, будучи в Европе, ничего общего не имеют с теми, кто приезжает в секс-тур в Паттайю-бич. Паттайя привлекает самых низких западных мужчин, которых я когда-либо встречала. У тайских барных девушек складывается ложное впечатление об иностранцах, как и у иностранцев — ложное представление о тайках. Мы думаем, что все они — старые, толстые, выпившие, нечесаные, умственно и физически уродливые. Мы знаем, что это не самые лучшие мужчины на планете. Характеристика «средний» будет для них комплиментом. Некоторые из них настолько физически ослаблены, что даже не могут заботиться о себе, поэтому ищут себе невесту — тайку-медсестру. Что касается эмоциональной слабости, Энди может стать хорошим примером.

День за днем я жила в страхе от того, что иммиграционные власти постучатся ко мне в дверь и предъявят, что я не выполняю обязательства по визе. Я очень беспокоилась по этому поводу, в некоторые дни даже больше, чем, когда я жила с Энди. Еще в Таиланде друзья предупреждали меня, что я делаю ошибочный выбор, но мне было его очень жалко. Все-таки только с ним у меня была надежда получить британскую визу. Он знал, что мне очень хотелось уехать в Европу и что я сделаю все возможное для этого. Мои друзья говорили мне, что это ненормально, когда мужчина платил только за себя, например, в кафе, но я отнекивалась тем, что у него просто плохие манеры. Я не могла так сильно ошибаться.

8 ноября 2004 г

Три недели в больнице Харпландс

Я работала уборщицей уже три месяца в Сток-он-Трент Колледже. За это время я не приняла ни одного медикамента. Через несколько недель у меня начались галлюцинации, а, если я начинала психовать, они усугублялись. Моя коллега по работе вскоре позвонила в больницу и меня тут же госпитализировали. Я была готова к этому.

15 ноября 2004 г

В больнице я пробыла примерно неделю. Энди позвонил мне, он хотел поговорить; у него были проблемы. Он попросил Дейва запросить у шведских властей историю моей болезни, чтобы английские доктора могли мне помочь. Дейв с готовностью выступил в роли посредника, но зная Энди, не стал ему доверять мои персональные медицинские данные. Энди посылал три или четыре сообщения Дейву: он жаловался ему на возникшие проблемы. Вчера я сказала Энди, что хочу вернуться с ним домой, но когда он приехал в больницу навестить меня, я ударила его в очередной раз и сказала, что не хочу больше жить с ним.

Энди сказал, что у меня будет государственный адвокат на суде. Цель слушания — определить, могу я или нет выйти из больницы в понедельник. Основываясь на моих показаниях, адвокат будет заявлять, что Энди оскорблял меня. Только я не сказала доверенному лицу, какие ужасные ситуации я создавала, чтобы вывести Энди из себя. Я была невыносима, когда не принимала свои медикаменты. Даже, когда я их принимала, я была несносной. Психиатры прописали мне только снотворное; никаких антипсихотиков.

18 ноября 2004 г

Через неделю пребывания в больнице, один из социальных работников позвонил Энди, чтобы узнать его финансовый статус и есть ли у него имущество в Таиланде. Чтобы показать себя выше, чем он есть на самом деле, он сказал, что у него есть владения за границей. Позже он осознал, что эта информация может дойти до больницы и больница потребует оплатить счета. На тот момент я еще недостаточно долго жила в Англии, чтобы иметь полную медицинскую страховку.

22 ноября 2004 г

В больнице должны были вынести решение обо мне и о нас с Энди. Психиатры больницы и социальные работники разговаривали с нами по отдельности. Государственный адвокат спросил Энди, способен ли он дальше поддерживать меня в финансовом плане. Энди ответил отрицательно, хотя он был готов вернуться со мной домой и жить, как раньше, оставляя за мной плату за еду, а за ним счета и аренду.

Энди рассказал докторам о Дейве. Дейв мне был, как отец. Энди сказал, что в прошлом Дейв постоянно мне помогал и что у меня есть счет в тайском банке. Государственный адвокат спросил у Энди, начал ли он бракоразводный процесс. Энди еще не начинал, так как ждал моего окончательного решения по поводу наших отношений. Он ждал решения психиатров, которые еще не сказали, оставят они меня в больнице или нет. Энди думал, что я рою себе яму. Он также беспокоился, что он будет один оплачивать мое лечение.