Книга запретных наслаждений - Федерико Андахази

Иоганн Фуст умер в 1466 году, Петрус Шёффер — в 1502-м.

Иоганн Гутенберг впал в нищету и всю жизнь страдал от своих кредиторов. Какое-то время он получал кров и призрение у монахов обители Сен-Виктор. После долгих усилий, благодаря бескорыстной помощи чиновника из Майнца, ему удалось открыть печатню для мелких заказов. Наверное, одной из лучших работ Гутенберга стала книжица с названием «Католикон», на колофоне которой стояла надпись: «С помощью Всевышнего эту славную книгу удалось напечатать без дерева, камня либо пера, но по чудесному согласию в пропорции и гармонии ударов и литер, в году от Рождества нашего Господа 1460, в славном городе Майнце». Во время вторжения 1462 года Гутенбергу снова пришлось покинуть родной город. Как и в первый раз, он переселился в семейную усадьбу в Эльтвилле. Там он помогал устроить печатню братьев Бехтермюнце, знаменитую прекрасным изданием «Vocabularius». Признание пришло к нему позже, когда архиепископ Адольф Нассауский в 1465 году даровал ему титул придворного рыцаря. Помимо почестей, Гутенберг получил небольшую денежную сумму и большую корзину со злаками, сухими фруктами и вином. И это было много в сравнении с нищетой. И это было ничто в сравнении с доходами, которые получали Фуст и Шёффер.

Иоганн Гутенберг умер третьего февраля 1467 года.

Преемницы Ульвы продолжают вершить свое древнее благородное ремесло вплоть до наших дней. Они до сих пор узнают друг дружку по лопатке с изображением восьмиконечной звезды.

В Буэнос-Айресе, где я столкнулся с первым упоминанием о секте, которое и привело меня к написанию романа, у этих женщин имелось свое святилище в подвалах малоизвестной дискотеки — рядом со старой скотобойней — с красноречивым названием «Вавилон». В Мадриде их храм располагался на задворках лавочки экзотической одежды на улице Зеленщиков. В Берлине они собирались на верхнем этаже ночного клуба на Постдамерплац. В Мехико дань древней традиции воздавали в женском монастыре со строгим уставом. В Москве они практиковали свои мудрые искусства в том же доме, где располагалось знаменитое издательство. В Лондоне их владением являлся старинный особняк, куда имели доступ только высшие правительственные и королевские чиновники. В Копенгагене их святилище находилось в служебном помещении книжного магазина на улице Строгет. Во время моего последнего путешествия в столицу Дании я заинтересовался древними книгами на латыни, которые обнаружил на одной из полок магазина. Ко мне подошла продавщица, красивая стройная женщина зрелых лет:

— Вы ищете что-то конкретное?

— «Книгу запретных наслаждений», — ответил я полушутя, но повинуясь при этом какому-то неосознанному порыву.

— Сейчас этой книги у меня нет, но с вашей помощью я могла бы раздобыть один экземпляр на пергаменте, в кожаном переплете.

Я так и застыл с дурацкой улыбкой, а потом заметил восьмиконечную звезду на спине у женщины: ее лучи тянулись ко мне из-под открытой блузки.

— Благодарю, но я предпочел бы оставаться в неведении, — сказал я и поспешил выйти в датский вечер.

Женщина посмотрела мне вслед с недоброй улыбкой. Мне стало не по себе.