Записки сахалинского таёжника - Валерий Маслов

— Допустим, я ещё ни разу не видел медведя, а с Бахуры много икры перетаскал.

— Олег, какие твои годы! — Увидишь, я тебе обещаю. Здесь зверь непуганый.

— Спасибо, но лучше не надо!..

— А куда ты денешься?! Сашка, а ты видел медведя?

— Мы на Мураяме весной с Кольком видели.

— Да что там видели! — Косолапый на лабазе крутился. Мы его и не рассмотрели, не успели. С нами Китаец был, а у него ружьё! Он в воздух дуплетом как лупанул, медведя сдуло, как будто и не было.

— Ну что, надо сочок делать? Вы, надеюсь, присобачите черенок?

— А ты куда собрался?

— На танцы! Пойду, вниз по речке схожу, яму присмотрю. А там, где рыба кишит, яма размерами больше этой, глубина тем более.

— Да, здесь глубина только у валуна. Можно здесь попробовать.

— Саша, здесь рыбы — кот наплакал. Что, боишься отходить далеко от костра?

— Почему сразу боюсь?

— А по кочану! Не ссы, рыбак-профессионал. Я — так уж и быть — разрешу тебе разводить костры на каждой яме, где будем рыбачить. Но если загорится тайга, тебе, Саша, лучше самому прыгать в объятья медведя — смерть будет быстрая и не такая ужасная. Правда, захочет ли тебя мишка обнять? Думаю, что нет.

— Смерть ужасная? — Да от огня можно убежать!

— Не спорю: можно от огня убежать, но от меня ты не убежишь! Огонь здесь не при чём. Ты усек суть? Вот так-то! И это не шутка.

— Тимоха, в том году на Бахуре Серёжу избил за то, что тот чуть было лес не поджег.

— Не стал бы я его, Колек, трогать! Но я ему выговариваю, а он на меня буром прёт. Избил! Да если бы избил, ему пришлось бы выползать из тайги, а он вышел всего лишь с одним синяком под глазом.

— Синяк — ерунда, у него грудина месяца два болела: ты же ему ещё ногой въехал. А у тебя ноги — что копыта у доброго коня!

— Понял, Саша, что Колёк говорит? Так что будь на чеку! — Лягну, и коньки откинешь или отбросишь!

— Тимоха, что я тебе сделал, что ты все время на меня наезжаешь?

— А потому что ты умничаешь! Зачем? Хочешь показать, что ты недалёк умом? — Не надо, хватит, я уже это давно понял!.. Ладно, пойду, прогуляюсь, да посмотрю что к чему…

Пошёл вниз по воде, за вторым кривуном увидел отличную яму для рыбалки сочком. В этом месте ширина реки всего метров шесть. Правый берег пологий, песчаная коса шириной метра за четыре. Дальше метровый обрыв, — сопка начинается круто, очень круто! Лес чистый, внизу хвоя, здесь должно быть много грибов-лисичек. Но в данное время не до грибов…

У обрыва стоит огромный светло-серый валун, метра в три высотой. Вешние воды с западной стороны монумента вымыли песок, — получилась яма, но она сухая. Левый берег — полутораметровый обрыв. Отличная яма, и рыба здесь кишит, одна на другой! Вылез на левый берег, ельником дошёл до тропы, и — на бивуак.

— Ну, что? — Яму надыбал! Рядышком, на два кривуна спустимся. По тропе пойдём.

— Котелки куда, с собой? — спросил Колёк.

— Да, возьмём с собой. Да, Тимоха? Там ухи сварим!

— Здесь будем уху варить, там порыбачим, немногим выше ещё яма неплохая. А затем вернёмся на эту яму. Кинь, Колек, посуду — вон, в папоротник. Пошли.

Добрались до нужной ямы, перешли на правый берег. Скинули рюкзаки.

— Да, здесь рыбы больше, вот это хорошая ямка! Я, Тимоха, на сочок встану, а вы снизу гоните рыбу.

— Разумеется, ты, Олег, на сочке будешь — ты у нас самый здоровый.

— Нашёл здорового, леща кидаешь! Кто уж здесь здоров, так это ты!

— Олег, я лёгкий, забьётся полный сочок рыбы — не успеете подбежать на помощь, и меня рыба утащит в пучину. На дне покажет, почём фунт горбушовой икры!

Приступили к рыбалке. Олег завел сочок на начале ямы, повел снасть вниз. Все остальные устроили обстрел ямы камнями. Бросились на помощь к Олегу: он уже повернул к берегу, пытается вытащить сачок. Всем колхозом вытащили снасть на берег — мешок мантии сочка почти полный! Быстренько успокоили рыбу палками, горбылей сразу выбросили в ямку возле валуна.

Тимоха с Кольком принялись пороть рыбу, Олег с Сашей снова завели сочок. Перебили рыбу палками и подбросили старшим ещё работки. Старшие работают быстро, рыбу с первого замёта почти всю выпотрошили. Разобрались и с этой рыбой.

Олег вытащил сочок, а в нем всего десяток горбушин.

— Не понял, дырка, что ли?

Проверили мантию, и точно — дырка.

— Странно, горбуша ещё без зубов, а уже грызёт!

— У тебя, Тимоха, иглица с собой?

— Естественно, я человек предусмотрительный.

— Тимоха, что придумать? — Комары достали!

— Нас комары не кусают.

— Саша, и нас комары не кусают. А вот яйца скоро отгрызут! Постой-ка раком ближе к лесу! И ведь не почешешь: руки в рыбе.

С этой проблемой справились быстро: нанесли мази на штаны между ног. Парниша заштопал дырку на сочке.

Продолжили прерванную работу. Рыба стала пуганой, обстрел ямы камнями принёс жидкий результат. Стали работать по-другому: два родных брата на сочке, Тимоха с Сашей на загоне. Молодой ближе к левому берегу, а парниша гонит рыбу наверх под правым берегом, где глубина по пояс, а он в болотных сапогах. Таким манёвром черпанули рыбы больше, чем при первом замёте!

— Олег, ты двадцать пять литров упрёшь?

— Да, упру, ведь не на перевал лезть — идти всего пару часов.

— Нет, идти минимум два с половиной час. Корче, у меня вот такой план. Сейчас делаем полсотни литров икры. Я и Олег грузимся и на базу, естественно, после обеда, как покушаем. А вы будете ловить до вечера.

— А кто будет шугать рыбу?

— Саша, ты уже достал своими глупыми вопросами! Ты, бл…, будешь шугать, а Колёк ловить! Не бойся, не заблудишься, — Колёк тебя приведёт на стан. Ну, и как мой план?

— Да, по-моему, лучше не придумаешь!

Тимоха потащил Олега рюкзак к первому броду. Не надо держать икру рядом с местом, где рыбачишь! Бережёного бог бережёт. Но лучше на бога не надейся, главное — сам не плошай, надеется надо только на себя. А вдруг появятся доблестные охранники биоресурсов — бывшего народного добра? Когда икра в паре километрах от места рыбалки — на душе спокойней…

Двадцать пять литров икры — тяжелый, однако, вес: это чистых тридцать килограмм! Отнёс икру, вернулся на яму. Там тишина, и уже муть осела, в яме рыба снова скапливается. Рыбаки поднялись на кривун выше. Здесь жидкая ямка, взяли всего пятнадцать литров икры, пришли на любимую яму.

Парниша сразу занялся костром, принялся кашеварить, при этом помогая Кольку пороть рыбу. Кашеварит огонь: брюшки отваривает. Сразу нарезал килограмма три брюшков на стан. Кстати, вместе с горбушей в сочке остаётся довольно крупная мальма: ячея на мантии небольшая — пятнадцать миллиметров, — мальма бы проскочила, но в суматохе часть рыбки не успевает убежать с ловушки.