Спи, Алиса - Алекс Джун

Молчаливый и задумчивый, Хакон ехал во главе отряда воинов. Заметив с Ньеном Сив, он лишь нахмурился, но ничего не сказал. Когда другие мужчины принялись засыпать Ньена вопросами о том, зачем с ним потащилась на Кровавую Жатву жена, молодой Хин довольно резко пресек все разговоры:

– Сив едет с нами в качестве лекаря. Я так решил. А если кто против, может самостоятельно зашивать себе раны после битвы, не обращаясь к ее услугам. Дело ваше.

Сив слегка удивилась такому повороту событий: она-то думала, что ей придется уговаривать Хакона, а он, выходит, вовсе и не против. Ньена уломать и то оказалось сложнее. Сив покосилась на последнего. Советник восседал на лошади, поджав губы с кислым видом. Видимо, надеялся, что Хакон с позором отошлет Сив обратно в дом, и остался крайне недоволен поступком Хина. Улучив подходящий момент, Сив поравнялась с Хаконом и вполголоса спросила:

– Почему лекарь? Я не умею лечить.

– Нужно было сказать, что ты едешь с нами в качестве Кровавой Ведьмы-заклинательницы? – вскинул бровь Хакон.

– Ты что-то видел во сне? – Сив исподтишка покосилась на мужа, державшегося чуть поодаль. Она могла поклясться, что он всеми силами пытался подслушать их разговор, и будь у Ньена уши, как у охотничьей собаки, он бы навострил их и направил в сторону Сив и ее спутника.

– Я видел, что ты в любом случае последовала бы за мной. Тайком или с моего согласия. Последний вариант был для тебя безопаснее.

– А что еще?

– Будем биться завтра у красных песков. К нам присоединятся воины из горных поселений, которые тоже не прочь ослабить кочевников. Сыны Грома еще не успели собрать достаточно союзников. Они разбили стоянку вот здесь. – Хакон вытащил из-за пазухи небольшую карту и покрутил ей перед носом Сив. – Промедли мы еще неделю, и к ним бы подоспели на помощь племена Белых Глаз с Востока и Хенты с Запада. Тогда было бы сложнее. Но завтра мы одержим победу, – уверенно сказал Хакон, пряча карту. – Потом двинемся навстречу Хентам. Белоглазые убегут сами, когда поймут, что остались в меньшинстве.

– А что будет с женщинами и детьми Сынов Грома в случае нашей победы? – с опаской спросила Сив, вспомнив Ману.

– Я пообещал отдать их воинам с гор. Как плату за союз.

– И что они с ними сделают? – не скрывая ужаса, воскликнула Сив.

– Это не моя забота, – отрезал Хакон. – Я должен в первую очередь думать о Чернолесье.

Не дожидаясь ответа Сив, он пришпорил лошадь и рванул вперед.

– Это моя вина, – горько прошептала Сив. – Все должно быть иначе.

Как только Сив осталась одна, Ньен сократил расстояние между ними.

– Воины гор не жестокие люди. – Ему, видно, удалось подслушать часть их разговора. – Скорее всего, их просто отправят работать на рудники.

– Значит, превратят в рабов, – помрачнела Сив.

– Без мужчин они все равно не выживут в диких землях, – пожал плечами Ньен. – Хакон велел уничтожить всех Сынов Грома, кроме детей, женщин и стариков.

– Он жесток.

– В нашем мире нет места для слабости. Будь их воля, Сыны Грома поступили бы точно так же, если не хуже. – Ньен протянул руку и потрепал Сив по голове, опасно накренившись в седле и чудом не свалившись с коня.

Сив судорожно стиснула руками поводья. Близилось кровавое сражение. Успеет ли она встретиться с Алисой? Предстоящий бой до ужаса пугал Сив. Она переживала за себя, за Хакона и этого неуклюжего Ньена. Все ли вернутся в Чернолесье целыми и невредимыми?

Поздней ночью воины устроили небольшой привал неподалеку от места предполагаемой битвы. Хакон в одиночестве, скрестив ноги, сидел на земле и курил трубку, медленно выпуская изо рта струйки белого густого дыма, который устремлялся в чернеющее небо – туда, где загадочно мигали звезды и тускло светила бледная луна.

– Хин велел его не беспокоить. – Сив преградил дорогу какой-то малосимпатичный воин.

– Тебя забыла спросить, – процедила девушка и проскользнула у него под носом, ловко отведя мужчине глаза. На ее счастье, с подобными простаками можно было с легкостью справиться при помощи самой примитивной магии.

– Уходи, Сив. – Хакон прикрыл веки и затянулся.

– Мне не дает покоя судьба…

– Хватит, – грубо оборвал ее Хакон. – Ты ничего не изменишь. Я просмотрел сотни вариантов. И выбрал наилучший.

– Ты всегда избегал этого разговора, но мне нужно знать: ты сам видишь пути? – Сив присела возле Хина, придвинувшись к нему практически вплотную. – Или видишь человека, который тебе говорит?

– Какого еще человека? – Хакон уставился на нее, подозрительно прищурившись. – Я вижу все сам. Просто… Это странно, но ты должна понимать, это ведь ты наделила меня в детстве даром. Я словно вовсе не я. Все как в тумане. Какой-то остров, норы, пути, дерево. Во сне я задаю себе вопросы, а через какое-то время вижу ответы. Правильные ходы.

– А девушка? Ты помнишь ее? Шу?

Хакон мотнул головой, а после отвернулся и достал нож, которым принялся вычерчивать на земле круги.

– Почему я должен помнить какую-то Шу? – поинтересовался он, старательно выводя узоры.

«Мне кажется, это твое следующее воплощение», – пронеслось в голове у Сив, но она не решилась озвучить подобное Хакону.

– Ты как-то шептал это имя во сне, вот я и запомнила, – соврала Сив. – Всегда хотела спросить.

По выражению лица Хакона она поняла, что он не очень-то поверил словам, но расспрашивать дальше не стал, вместо этого горячо выпалил фразу, заставившую Сив потерять дар речи:

– Ты меня прокляла? Скажи честно? Что ты со мной сделала?

Девушка воззрилась на него в немом изумлении.

– Я не могу выкинуть тебя из головы, – продолжал он, яростно втыкая нож в землю. – Еще девчонкой ты привлекла мое внимание, все время мне хотелось бегать за тобой следом. Твои игры пугали, но и манили меня. Я был бы рад держаться от тебя на расстоянии, правда, но я не могу. Постоянно размышляю, стоит ли снова выбирать тебя, когда придет пора Ньену возвращать жену в круг.