Счастье по ошибке - Наталья Симонова

– Ларочка! – игриво приветствовал он медсестру своим красивым, звучным голосом. – Вы точно фея в моей берлоге.

Лариса покосилась на его «берлогу» – это была ухоженная и богатая квартира с дорогим ремонтом и стильной мебелью.

– Я тут как в темной норе без вас, – продолжал мужчина, – а вы впорхнете – и сразу словно солнце включаете.

– Ой-ой, – покачала головой Лариса, переобуваясь в специально для нее приготовленные тапочки. – Какой вы умелый обольститель, Анатолий Сергеевич! Женщины, наверное, от вас просто тают.

– А зачем мне подтаявшие женщины? – улыбался хозяин, следуя за Ларой в комнату. – Зачем эта слякоть, Ларочка? Вот вы никогда не растаете, у вас, должно быть, иммунитет к мужскому вниманию. Уж конечно, прохода не дают, где мне привлечь такую красавицу! А то бы я уж… уж я бы, Ларисочка…

– Ну какой же вы кокет, Анатолий Сергеевич, – посмеивалась она, открывая чемоданчик и раскладывая на блюдце ампулы, шприц, пилку, вату, доставая пузырек со спиртом. – Это же просто бесчеловечно, так играть женскими сердцами, – улыбалась, сверкая ямочками на щеках.

– Лучше просто Анатолий, – уговаривал он. – Сто раз уж вас просил, мое сокровище! Даже этой малости мне не уступаете, Ларочка. И меня же называете бесчеловечным.

Она улыбалась и ловко вводила иглу в ягодицу пациента.

– Не больно? – спрашивала.

– Господи! Когда у вас больно-то было? Это сердцу больно, что вы меня совсем не замечаете.

– Уж вас не заметишь, Анатолий Сергеевич, пожалуй! Представляю, скольких женщин вы с пути сбили своими подходцами! Ох и ловелас! – Лара качала головой. – Вы и сейчас красавец, а в молодости – представляю себе…

– А я ведь молод, Ларочка, вот поверьте мне, молод и душой и телом.

– Да что вы говорите, – смеялась она.

– Не верите? – усмехался он. – А вы проверьте.

– Ха-ха-ха!

Она уходила очень довольная визитом, пряча в сумочку щедрое вознаграждение. Он оставался и из дверного проема посылал ей, ожидающей лифта, воздушные поцелуи, и вздохи, и затуманенный влюбленностью взгляд.

Поздно вечером Лариса оказалась наконец дома. Навстречу вышла зареванная дочь.

– Что случилось? – так и осела в коридоре усталая мама.

Дочь зарыдала.

– Ну хватит плакать, – приказала мать, – давай соберись и расскажи, что произошло.

Оксана попыталась успокоиться и сквозь всхлипывания объяснила:

– Нас с Виталькой кинули. А мы под это дело деньги взяли. Большие. А теперь нас на счетчик поставят, если через неделю им пол-лимона не забашляем…

– Оксан, – со вздохом перебила Лариса, – брось эту феню. Я и так сейчас мало что понимаю, вымотанная как тряпка. Давай нормально и по порядку: что там у вас с Виталькой приключилось?

С Виталькой дочь вместе училась в институте, он числился ее другом и, как подозревала мать, был заодно ее любовником.

– Ну понимаешь, Виталька сказал, что мы нормально заработаем, нужно только денег добыть. И сказал мне, чтобы у ребят попросила. Ну я и попросила. А потом те ребята, ну которые другие, с нашими деньгами исчезли. А эти, которые мне денег дали, говорят, не наши проблемы, гони пол-лимона, это заем плюс комиссионные, – и в расчете. А где я возьму-то?

Лариса всегда знала, что дочка ее, несмотря на хорошую успеваемость в школе и успешное поступление в институт, несмотря на исключительно практичные взгляды на жизнь, – совершенная дурочка.

– Оксана, – сказала она со вздохом, – я опять почти ничего не поняла. Почему платить должна именно ты?

– Да потому что я деньги занимала! А Витальку они даже и не знают. А Виталька же нищий! Ему тоже взять неоткуда.

– А кому ты должна? Кто эти люди?

– Это серьезные люди. Блатные. Ну не блатные – а так, приблатненные. Но если я не отдам – то мало мне не будет, – скривившись, зарыдала опять Оксана.

– Да зачем ты брала-то?! – закричала, не выдержав, Лариса. – О чем ты думала?

– Ну говорю же, Виталька сказал, заработаем! – тоже заорала дочь.

– Так пусть Виталька твой теперь и крутится!

– Он сказал, подумает! Но я же знаю, что ничего он не придумает, чертов нищеброд! – зло выкрикивала Оксана, глотая слезы. – А неделя пройдет быстро! Меня поуродуют, если не убьют, а ему что!

– Стоп! – рявкнула Лариса. – Давай успокойся и ложись спать. А то институт проспишь. И у меня сил нет, думала, отдохну, а тут… – Лариса тоже заплакала. – Ладно… Завтра будем соображать, что делать.

– А ты у Леши попроси, а? – жалобно пропищала дочь.

– У Леши! Полмиллиона! Откуда?! Господи, ну что ж ты у меня дурында такая, а? Да еще жадная!

– Ага, жадная! – взвизгнула Оксана. – Что я – хуже всех? Хожу как лохушка последняя, ничего у меня не-ет!! – завыла она.

Лариса всхлипнула и вытерла лицо рукой.

– Даже и аппетит пропал, – вздохнула обреченно. – Хоть одна хорошая новость. Ладно, давай спать.

Завтрашний вечер был заранее запланирован как семейный. После работы пришел жених. Лариса едва успела приготовить ужин – так, не ужин, название одно. Но это она считала, что «не ужин», как всегда предъявляя к себе повышенные требования. Алеша же ел и похваливал. Он вообще всегда был благодушным и непритязательным.

– Золото ты у меня, – вздохнула Лариса, печалясь, что не может до конца наслаждаться своим счастьем: дурочка дочурка на сей раз попала в действительно серьезный переплет. – И за что ты мне такой достался, – сказала она, нежно обвивая рукой Алешину шею.

– Ты сама у меня золото, – улыбнулся жених, тоже обняв свою невесту. – Уж кто тут счастливчик – так это я! – Не разжимая рук, он всмотрелся в лицо Ларисы. – Что-то ты, Ларка, невеселая. И если учесть, что тебе досталось такое сокровище, как я, это довольно странно.

– Проблема у меня, – снова вздохнула Лара, принимаясь от волнения бестолково передвигать предметы на столе. – Вернее, не у меня, а у Оксанки. Но от этого, как ты понимаешь, не легче.

– Так, – кивнул он. – Рассказывай. Что наша девушка опять натворила?

– Да даже язык не поворачивается…

– Давай, давай, выкладывай. Вместе как-нибудь подумаем.

– Ну… в общем… Виталька, мальчик Оксанкин, подбил ее деньги занять… Ну, чтобы вложить потом куда-то якобы очень выгодно… – Лариса говорила с трудом – ей было тяжело и неловко за дочь. – И Оксана, в общем, заняла у каких-то знакомых. А эти знакомые… ну я толком не поняла, то ли урки какие-то… Она говорит, приблатненные… Ну, в общем, короче, там, где они заработать собирались, ничего не вышло, и деньги улетели. А Оксанке теперь нужно долг отдавать в течение недели… Полмиллиона.

Леша только присвистнул, не веря ушам своим.