Домашний очаг Амелии Грей - Эбби Клементс

Салли прошла через кафе к нашему столику и придвинула себе стул.

– Ты надолго приехала, Мирабель? – спросила она.

– На неделю. Моя сестра заставит меня заниматься физическим трудом в коттедже.

– Ничего страшного. Будет красить стены и клеить обои, – уточнила я.

– А, великий ремонт коттеджа! – улыбнулась Салли. – Если у тебя выдастся свободная минутка, Мирабель, ты должна заглянуть на ферму моих родителей. У них есть лошади и альпака, и они любят гостей.

– Звучит заманчиво, – ответила Мирабель. – Я очень люблю лошадей.

Я встретилась взглядом с Салли и одобрительно улыбнулась:

– Мы с удовольствием.

Когда мы вернулись домой в тот день, я наткнулась на Спенсера, стоявшего в холле. Обычно я болтала с Кэллумом, а Спенсера видела здесь чуть ли не в первый раз. Я заметила, что он смущенно улыбается.

– Привет, – сказала я. – Все в порядке?

– Да, – поспешно ответил он. – Мы почти закончили полы в столовой и все подготовили в гостиной.

– Чудесно. Но сначала нам нужно заменить там оконные рамы. Наверно, будет уютно. Спасибо за вашу помощь, я так благодарна, что вы смогли остаться.

– Не за что, – ответил Спенсер. – Мы получили от этого удовольствие.

Он неловко мялся в дверях, не произнося ни слова, просто переминался с ноги на ногу.

– Вы хотите поговорить со мной еще о чем-нибудь? – спросила я.

– Вообще-то да. – Взгляд его блестящих голубых глаз встретился с моим.

– В таком случае, я слушаю.

– Это насчет вашей сестры.

– Мирабель? А что именно?

– В деревне сегодня вечером будет играть оркестр. А поскольку у нее нет здесь друзей, я подумал, что ей, возможно, захочется пойти.

– О, конечно. Если она надумает, я не возражаю, – сказала я. – Ей будет интересно посмотреть на деревенскую жизнь.

– Отлично. – Спенсер расслабился и принял более непринужденную позу.

– Я позову ее.

Я нашла Мирабель в ее комнате. Она растянулась на кровати, читая журнал. На ней были джинсы и один из моих любимых топиков – ярко-красный, с черной отделкой. Волосы свисали мокрыми прядями, оставляя темные пятна на простынях и на моем топике.

– Ты пришла сказать, что Wi-Fi снова в порядке? – с надеждой спросила она.

– Увы, пока что нет. Не знаю, что такое сегодня случилось. Но если тебе скучно, у меня хорошие новости. Спенсер только что спросил меня, не хочешь ли ты прогуляться в деревню. Сегодня вечером там играет оркестр и будет весело. Он сейчас внизу. Я сказала, что не возражаю.

– Спенсер, – повторила она с заинтересованным видом. – Это тот, который ничего?

– Смотря что ты имеешь в виду, – ответила я, чувствуя себя неловко. – Это тот, который моложе, с более светлыми волосами.

– Нет, это не тот, – сказала Мирабель, возвращаясь к своему журналу.

– Не будь невежливой, – сказала я. – Спенсер очень славный парень. И он же не просит твоей руки.

– Хорошо, я с ним поговорю.

Мирабель поднялась с кровати. Она была выше меня. Я заметила, что под топиком, который она взяла без спросу, нет бюстгальтера.

Через несколько минут до меня донесся смех Мирабель и звук голосов из кухни.

– Я согласилась, – сообщила Мирабель, появившись в дверях моей спальни. – Мы уходим через полчаса. Я могу пойти в этом, ладно? – спросила она, указывая на топик.

– Можешь. Но в следующий раз спрашивай у меня, хорошо?

– Ладно. – Надувшись, она собралась выйти из комнаты.

– Мирабель!

Она снова повернулась ко мне.

– Может быть, не стоит говорить об этом папе и Кэтлин. Я не хочу, чтобы они подумали, будто я даю тебе полную волю.

– Ты действительно думаешь, что я рассказываю папе о своей жизни? – удивилась Мирабель. – Он бы тогда ничего мне не разрешал.

А вот мне бы хотелось, чтобы папа больше интересовался моими делами, когда я была тинейджером. Не то чтобы я что-то от него утаивала – просто мы виделись всего несколько раз в году, когда он приезжал в Англию. Обычно вместе с Кэтлин, когда она появилась на сцене.

– Ты бы не могла одолжить мне двадцать фунтов? – попросила Мирабель. – Просто на тот случай, если придется взять такси.

– Хорошо. – Я вынула из кошелька хрустящую банкноту. – Возвращайся не позже полуночи, о’кей?

– Я чувствую себя Золушкой, – пошутила Мирабель, с нахальной улыбкой взяв деньги. – Спасибо.

В эту минуту я увидела в моей маленькой сестричке своего отца. То же обаяние, перед которым я не могла устоять.

– Ты будешь хорошо себя вести, не так ли?

– Вы уверены, что не хотите к нам присоединиться? – спросил Спенсер, когда я спустилась в холл. – Кэллум тоже идет с нами, и мы что-нибудь выпьем. – Мирабель стояла рядом с ним, надевая свое черное пальто с фальшивым мехом.

– Вы должны с нами поехать, Амелия, – тепло сказал Кэллум слегка охрипшим голосом. Он был в своих рабочих джинсах и темно-синем свитере. – Будет весело. У них классный оркестр.

Его зеленовато-серые глаза смотрели прямо в мои, и я почувствовала, что краснею. Почему бы мне действительно не выбраться из дома?

– О, она не пойдет, – вмешалась Мирабель. – Она сейчас хандрит без Джека.

Таким образом, момент был упущен.

– Желаю хорошо провести время. Мирабель права, сегодня вечером мне хочется побыть дома.

– Понимаю, – сказал Кэллум. – Хорошего вам вечера.

– Спасибо. Так не забудь: не позже полуночи! – крикнула я вслед Мирабель, когда она растворилась в темноте.

Я закрыла за ними дверь и с минуту постояла в пустом холле. Зашла в туалет, вымыла руки и посмотрела на себя в зеркало. У меня был усталый вид, и я чувствовала себя старой.

Что сейчас делает Джек? Он с друзьями или один, как я? Развлекается, не думая о пропасти, выросшей между нами, или размышляет, как ее преодолеть? А эта женщина, с которой он работает, Сэди? У нее рвение выпускницы колледжа, короткая стрижка и модные кроссовки. Может быть, не только я подумываю о том, что свет клином не сошелся…

Я увидела на краю раковины медальон, который нашла в стоке и собиралась отдать Кэллуму, чтобы он вернул своей бабушке. Открыв его, я снова заглянула внутрь: красивый мужчина с темными волосами и задумчивыми темными глазами. Ее муж? Я вспомнила свадебную фотографию из альбома на чердаке: Элинор, невеста, рядом со своим женихом, белокурым, в очках.

Мужчина в медальоне был совсем другим.