Разбитая ваза - Надежда Майская

— Прощай, Марк. Я простил тебя.

Стас вышел. Марк закрыл лицо ладонями и застонал. Он опять почувствовал себя тем же Марком, который прибежал тогда к маме и все ей рассказал.

— Отмените прием, меня срочно вызывают.

Марк поехал домой. Мать вышла на пенсию, но была деятельна, участвовала в каких-то комитетах и по-прежнему не давала сыну спуска.

— И что ты разнюнился? — гневно спросила она, когда Марк рассказал о встрече со Стасом. — Хватит пить! Ненавижу твоего дружка! Это он тебя таскал по игровым залам и спаивал! Жаль, что его не добили! Посмотри на себя! Сидишь в кабинете, отращиваешь зад! Не продвинулся ни на шаг в карьере! Даже внука мне родить не можете! А твой дружок уже вторую клинику открыл, подтянут, красив, денег и девок немеряно! Вы с ним одного возраста, у него уже все есть, а у тебя? Только благодаря мне! Когда же ты, наконец, станешь мужиком?

— Хватит! Прекрати! Это ты мне подсказала, как из долгов выбраться! Могла бы и дать денег, у тебя всегда их было не счесть! Отец заработал не на одно поколение, а ты все копишь, все тебе мало. У меня был единственный друг. Это ты его отвадила! И, чтобы ты знала, это не Стас меня везде за собой таскал! Это я! Он меня наоборот, вытаскивал!

— Не смей на меня повышать голос и прекрати пьяную истерику. Я все прекрасно знала! Ненавижу их семейку! И хорошо, что эта стерва, его мамаша, сдохла! И сынок туда же отправится!

— Мама, что ты такое говоришь? — поразился Марк.

— То и говорю! Это она отбила у меня Агапова! Недолго прожила. Я, когда тебя увидела с ее сыночком, чуть не прибила его тут же. А он как заговоренный, ни взрыв его не задел, ни пуля! Ненавижу его!

— Так это ты все организовала?

— Что, сдавать побежишь?

— Мама! Как мне теперь с этим жить?

— Ты не живешь, ты прозябаешь!

Ольга Александровна вышла, хлопнув дверью.

Сноха мелькнула в кухне. Дал же Бог сыночка! И жену себе такую же подобрал, каждого шороха пугается. Голосок тихий, сама как мышка. И работа у нее такая же. В детском саду, воспитательница! Ее саму еще воспитывать надо.

После того покушения Агапов уехал к отцу. Жаль, что его не добили, но ни одна ниточка к ней не приведет. Она уже успокоилась. И думать забыла, решила, что и так большой вред нанесла ненавистному семейству. А тут он опять, как черт из табакерки вылез! И снова к Марку полез. Неймется ему. Что же, Бог, он троицу любит.

Марк слабовольно думал о том, что делать теперь. Быт налажен, ничего менять не хочется. Куда уходить? Квартира в центре, Юле до работы один квартал. И даже если он решится уйти, квартиру снимут, к примеру, что это даст?

Юля робко постучала.

— Марк, пойдем ужинать. Я приготовила. Зови Ольгу Александровну.

— Иду, Юленька. Мать не станет сегодня с нами ужинать.

Лиза позвонила через пару дней.

— Катя! Ты готова сегодня оторваться? Я за тобой заеду, отвезу тебя домой, переоденешься и в бой!

В бой Катерине не хотелось, но было любопытно, а то так и просдишь вечера у окошка, дожидаясь принца.

— Приезжай, — засмеялась она. Только бы без боя обошлось!

— Не трусь, прорвемся!

Лиза подкатила к клинике. Катерина стояла на крыльце и разговаривала с каким-то здоровым мужиком высокого роста.

— Ничего у тебя парниша. Шкаф славянский!

— Это Семен, женат на моей подруге Вере, ребенка ждут. Он отговаривал меня, просил, чтобы не ходила, беспокоится.

— Да нормально все пройдет, я не первый день в клубах зависаю. Наняла ГБР, группа быстрого реагирования называется. Ребята проверенные. Берут конечно дорого, но безопасность дороже.

— А что они делают?

— Маячат на заднем плане. Вроде бы не со мной. Если какие-то борзые ребята не понимают, что девушка пришла только отдыхать, приключений не ищет, им объясняют. Так что танцуем, пьем коктейли и ничего не боимся.

— Ты меня успокоила. А куда идем?

— Едем. Такси вызвала на десять к твоему дому, пока боевой раскрас наводим.

Лиза командовала Катериной, заставила перемерять все наряды, что у нее были и забраковала.

— Я так и думала, что у тебя ничего подходящего нет. Надевай вот этот топик. О, а что за рана? Бандитская пуля? Тогда не пойдет. Верх будет закрыт, низ открыт. Так что за рана у тебя?

— Это так, на железку напоролась. Юбка очень короткая. Я такие не ношу.

— Так и надо! Ноги у тебя загляденье, была бы мужиком, запала бы сразу. Супер! Теперь красимся. Скоро таксо приедет.

Так и сказала «таксо»!

Лиза была в коротком синем платье в обтяжку, прямые волосы, огромный кулон на шее и длинные, выше колен сапоги ботфорты.

Катерина в черном бодлоне, закрывающем горло, но без рукавов и белой обтягивающей короткой юбке.

— У тебя водка есть?

— Только вино красное, сухое.

— Тащи, начинаем вечеринку. Ты кальян пробовала?

— Нет.

— Попробуем. Катя, тебе надо красить глаза всегда, а то ходишь, как деревенщина, серая, неприметная. Надо себя уметь подать. Мы тебе быстро мужа найдем!

Катерина засмеялась.

— А себе что не нашла до сих пор?

— Я же рассказывала. Что нашла, только вы с Соней не верите. Что у меня что-то получится. Я знаешь, какая упорная!

— Лиза, ты кем работаешь?

— Я повитуха. Или по — нынешнему, акушерка.

— Роды принимаешь?

— Ага. Знаешь какой кайф. Когда мамочка мучается, а потом такое чудо выдает на свет! Обожаю свою работу. Как-нибудь расскажу всякие случаи.

— Очень интересно! Так в какой клуб едем?

— Недалеко, на Московском проспекте. По пятницам в клубе шоу — танцы барменов на барной стойке, это если дождемся и раньше не свинтим. Да, и инструкция — с чужими не пить! Могут чего-нибудь добавить в пойло. Свой стакан тоже нигде не оставлять. Без меня не уезжать ни с кем. Словом, быть рядом и тебя не обидят. Танцевать можно не со мной, — засмеялась Лиза.

— Мне уже страшно, — призналась Катерина.

Клуб их встретил оглушительной музыкой, народ смеялся, пил, танцевал.

На мягких диванах расположились компании, курили кальян, хохотали.

Катерина шла следом за Лизой, та направилась сразу к барной стойке.

Их парочку провожали глазами и молодые люди и девушки, но это было в порядке вещей, все смотрели на всех, музыка гремела, что-то из популярных зарубежных мелодий.

Лиза вручила Катерине бокал: «Начнем с «Мохито», пойдем за столик, у нас ближе к танцполу. Наслаждайся! Кстати, я Эльза, ты Кэт».