Ты не виноват - Дженнифер Нивен

В конце второй недели февраля на город обрушивается подряд целых пять снежных бурь, в результате чего он остается на пару дней без электричества. Самое приятное, что занятия в школе автоматически отменяются, но есть и негативная сторона. Воздух настолько холодный, а снега так много, что на улице невозможно оставаться более пяти минут. Я повторяю себе, что это всего лишь вода, только в другом состоянии, и иду к Вайолет пешком, где мы с ней лепим самого большого снеговика в мире. Мы называем его мистер Блэк и решаем, что он обязательно должен войти в список обязательных достопримечательностей Индианы для других учеников, когда они отправятся в свое очередное путешествие. После этого мы садимся с ее родителями у камина, и я делаю вид, что являюсь также полноправным членом их семейства.

Когда дороги расчищают, мы с Вайолет выбираемся и посещаем раскрашенный Радужный мост, дисплей периодической таблицы, семь столпов, а также то самое место, где линчевали, а потом похоронили братьев Рино, первых грабителей поездов в Америке. Мы забираемся на отвесные стены карьера Империя, где было добыто более восемнадцати тонн камня, который пошел на строительство Эмпайр-стейт-билдинг. Мы отправляемся посмотреть на Лунное дерево. Это гигантский платан, которому более тридцати лет. Он вырос из семени, побывавшего на Луне и вернувшегося на Землю. Это дерево стало природной «рок-звездой» хотя бы потому, что является единственным из полусотни выживших после путешествия. Первоначально их было пятьсот штук.

Мы отправляемся в Кокомо, чтобы послушать, как гудит воздух. Мы паркуем Гаденыша у подножия горы Гравитация и поднимаемся на ее вершину. Это похоже на самые медленные в мире американские горки, но они работают, и через несколько минут мы все же оказываемся на самом верху. После этого я приглашаю ее в День святого Валентина в свой любимый ресторан «Счастливая семья», расположенный в самом конце длинного ряда магазинов километрах в двадцати от дома. Там подают самую лучшую китайскую еду к востоку от Миссисипи.

Первый теплый день приходится на субботу, поэтому мы отправляемся к голубой бездне – большому озеру, находящемуся на территории частного владения. Я подбираю сувениры, которые мы должны будем оставить там – это огрызки от ее карандашей и четыре порванные гитарные струны. Воздух так сильно прогрелся, что куртки не нужны, на нас только свитера. После зимы, которую нам пришлось перенести, погода напоминает тропики.

Я протягиваю ей руку и веду по набережной, затем мы спускаемся по склону к широкой, круглой водной поверхности, окруженной со всех сторон деревьями. Здесь так уютно и тихо, что можно легко представить себе, будто мы с ней – единственная пара людей на всей планете, о чем я действительно мечтаю.

– Ну, хорошо, – говорит она и делает долгий выдох, как будто все это время задерживала дыхание. Очки висят у нее на шее. – Что это за место?

– Это, – поясняю я, – и есть знаменитая голубая бездна. Говорят, что тут нет дна, или есть, но представляет собой нечто трясины. Еще говорят, будто в центре озера имеется некая сила, которая засасывает внутрь все, что туда попадает, переносит в подземную реку, которая уходит непосредственно в Уобаш. Есть мнение, что трясина переносит тебя в другой мир. Еще ходят слухи, будто именно там хранят свои сокровища пираты, а чикагские бутлегеры именно здесь хоронили ненужные им тела и избавлялись от краденых машин. В пятидесятых годах здесь пропала целая группа подростков. Они купались, а потом бесследно исчезли. В тысяча девятьсот шестьдесят девятом году два помощника шерифа отправились исследовать бездну, но не обнаружили тут ни тел, ни машин, ни сокровищ. Правда, дна они тоже так и не нашли. Зато они отыскали то ли водоворот, то ли трясину, куда их чуть не засосало.