Гобелен - Фиона Макинтош

Дорога ни на миг не позволяла расслабиться. Дважды спотыкалась кобыла Уинифред, приученная к дамскому седлу, – под свежим снегом скрывался лед, а снег местами доходил глубиной до фута. Уинифред подсказывала: лошадка надежная и храбрая, будет скакать, пока угодно госпоже – или пока не остановится ее преданное сердце.

Как радовалась Джейн, что с раннего детства брала уроки верховой езды; спасибо за это маме. Но сейчас полагаться приходилось на навыки Уинифред. Правда, Джейн тоже случалось ездить в дамском седле, но ее опыта явно было недостаточно. Помнится, она готовилась к ежегодному балу; тренер учил ее держать позвоночник параллельно лошадиному крупу и не допускать перевеса собственного тела ни на правую, ни на левую стороны. Седло, хоть и непривычное для Джейн, оказалось поношенным и на удивление удобным, а воспоминания Уинифред быстро помогли найти оптимальное положение и установить баланс, а заодно и правильно расположить складки юбки.

Часа через два скачки в южном направлении Джейн перестала владеть мимикой. Лицо словно застыло под ледяным ветром, что без перерыва свистел в ушах. Джейн отпустила уздечку, надвинула на рот и нос шерстяной шарф, подоткнула его под воротник. Плащ Сары оказался гораздо плотнее и теплее, чем пунцовый, который она отдала взамен; Джейн мысленно благословляла Сару за удачную идею. И все равно утренний холод проникал сквозь меховую опушку перчаток, жалил щеки, которые никак нельзя было защитить от его жестокости.

Давным-давно Джейн перестала восхищаться пейзажем. А ведь всегда считала, что свежему снегу дано волшебное свойство – самую прозаическую местность, например, ее родной Уэльс, превращать в страну фей. Поля и холмы сверкали восхитительной белизной в тусклом свете занимавшегося дня. В другой реальности эта картина заворожила бы Джейн, но сейчас она только досадовала на снег и ждала от него подвоха. Достаточно ли быстро они едут? Не сгинут ли бесследно на этой опасной дороге? Не станет ли очередной снегопад непреодолимым препятствием? Не падут ли лошади? Не замерзнут ли они с Сесилией насмерть? Утихнет ли когда-нибудь этот надсадный ветер?

По всей видимости, Сесилию терзали те же страхи.

– Может быть, зря мы не поехали прямым путем, милая Уинифред? – спросила она, стараясь перекричать ветер.

Джейн обернулась.

– Бран советовал держаться подальше от Дамфриса и Карлайла. Там кишмя кишат королевские солдаты.

– А сколько до Ньюкасла?

Джейн чихнула и утерла нос платком, прихваченным из мужнина комода.

– Около ста миль.

– В отличие от тебя, дорогая Уинифред, я никогда не была сильна в арифметике, – призналась Сесилия.

– Если будем ехать с такой же скоростью, часов через двенадцать доберемся, – пояснила Джейн.

Повисла пауза, во время которой Джейн с ужасом вникала в смысл собственных слов.

– Тогда нужно прибавить скорости, Уини, – пролепетала Сесилия.

– Передохнем на первом же постоялом дворе, какой попадется после того, как минует самое теплое время дня, – распорядилась Джейн.

Она бросила на подругу Уинифред лукавый взгляд. К счастью для Джейн, глаза Сесилии сверкнули – она еще способна была понимать шутку. Сесилия улыбнулась сквозь шарф – теплого времени день не сулил вовсе.

Хвала Господу, ветер унялся. Ехали теперь в тишине, нарушаемой только храпом коней да кашлем и тяжким дыханием обеих женщин. Увы, отдых от ветра оказался недолгим, ибо Господь весьма изобретателен. Ветер сменился снегопадом. Пухлые снежинки замелькали в воздухе; поначалу редкие и мягкие, за час они превратились в колючий буран. Температура воздуха понизилась. Джейн едва различала дорогу – и то лишь благодаря прутьям живых изгородей, кое-где выглядывавшим из-под снега. Им встретился только один всадник; коснулся шляпы при виде дам и проехал мимо, не проронив ни слова; последнему обстоятельству Джейн очень порадовалась. Для разговоров было слишком холодно. Уж конечно, мороз сделал людей заложниками домов и каминов; мало кто покинул сегодня свое жилище, а кто покинул, того крайняя нужда заставила. Еще примерно через час они поравнялись с телегой, в которой ехало семейство с шестью маленькими детьми, закутанными в тряпье. Джейн и Сесилия рады были, что приближаются к городу – наверняка Ньюкаслу – не одни, а в компании приличных людей.