Золотая кость, или Приключения янки в стране новых русских - Роланд Харингтон

— Дантон-гандон съел мой носовой платок, — пропищала мелкая ябеда и лягнула братика. Тот пнул Демулена в живот, и драка возобновилась, на сей раз при участии кулаков и каблуков.

Мальчики кровавые в глазах все больше меня раздражали, но я терпеливо ждал, пока родители разнимут израненных микробойцов.

— Ну-ка дети, ведите себя прилично, а то что подумает наш гость? — сказала Водолейка.

— На фиг он сюда приплелся, — пискнул Дантон. — Мы хотим мультики смотреть, а не с вами сидеть на вашей вонючей кухне!

— Дантоша, как тебе не стыдно! А ну сейчас же проси у профессора Харингтона прощения.

— Сама проси, раз ты в него влюбилась. Тили-тили-тесто, жених и невеста!

Водолейка покраснела. Водолей побледнел.

Я покрыл густым баритоном какофонию детских визгов.

— Гасхол Торезович! В мой прошлый визит ваша супруга совершила квартирный полет. Не могли бы вы сегодня продемонстрировать что-нибудь телекинетическое из своего репертуара?

В кухне наступила тишина. Даже Водольята на минуту забыли бесноваться и выжидательно сгрудились у ног родителей.

— Пап, покажи фокус! — завопил Дантон.

Дети в унисон запрыгали, сотрясая посуду и окна.

— Фокус-покус, как в цирке.

— Разрежь маму на половину.

— На три части.

— На четыре.

— А потом склей ее задом наперед!

Дантон выхватил финку, крикнул «Ужь я ножичком полосну, полосну!» и бросился на мать («Мы с ним сейчас читаем Блока», — шепнул мне Водолей). Но Демулен толкнул брата в спину, и тот лягушкой распластался на полу, не успев совершить противоестественное убийство.

Видавшая виды Водолейка быстро пришла в себя и принялась набивать детские рты тортом — взяткой за хорошее поведение. Тем временем ее муж потушил верхний свет, снял очки и вытащил из кармана пинпонговый шарик. После чего лег плашмя на стол и вперился в белую сферку.

Шарик вздрогнул, замер, потом снова вздрогнул.

Я вежливо ахнул.

Кухня продолжала наполняться клубами пара, исходившими от моих спортвещей, что придавало ситуации дополнительную загадочность.

Телекинетик перевернулся на спину, вынул спичку, приблизил гиперболоидный нос к красной головке и стал со свистом на нее дышать. В воздухе запахло серой. Спичка воспламенилась.

Я тут же прикурил от нее, вызвав восторг Водольят.

— Дяденька, дай сигарету! — крикнул Дантон.

— А что скажут родители?

— Они сами курят.

— Ну ладно, только не затягивайся!

Порочный мальчик откусил фильтр, выплюнул его в коробку с тортом и с наслаждением задымил. Демулен и Гильотина вырвали у меня пачку «Capri» и тоже запыхтели.

Хозяйка умильно посмотрела на меня.

— Как легко вы нашли с нашими малышами общий язык, — сказала она грудным материнским голосом.

— Детки, девки и домашние зверьки всегда льнут ко мне.

Я взял Дантона за шею и подержал его на весу. Дичок вырвался и демонстративно стряхнул пепел на папу.

— Ваши отпрыщи любят бесноваться.

— Да, иногда с ними просто беда.

— Раз ребенок озорник — головой его в нужник!

Супруги нерешительно вздрогнули.

— Хорошо ли это?

— Послушайте опытного папана! Карательные визиты в ватерклозет дадут детям больше, чем кнут и пряник. Забудьте доктора Спока. Воспитывайте потомство на фарфоре!

Водолей кротко посмотрел на меня сквозь очки.

— А вы, Роланд, оказывается, страшный человек.

— Какое вы слово сказали…

Меж тем Водольята, устрашенные перспективой стать пай-отпрыщами, убежали к себе в комнату. Оттуда начали доноситься гогот и грохот: звуки детского погрома.

Без чад на кухне стало как-то уютней. Водолейка рухнула на колени и принялась собирать с пола осколки посуды, а затем подмела его веником. Водолей задумчиво наблюдал, как супруга исполняет вековечный долг домашней хозяйки, и ел кусок торта. Я спокойно курил и ждал, когда высохнут мои вещи.

После того как колдунья кончила убираться, Водолей помог ей поставить веник в угол и что-то ей прошептал. До меня донеслись слова «Роланд», «помощь», «ночь». Водолейка ответила на шепот шепотом, кивнула, взяла мусорное ведро и вышла вон. Хлопнула входная дверь. Я все также курил и ждал.

Хозяин тем временем начал выказывать признаки беспокойства. Он крутил глазами, дергал кадыком, двигал бровями и ушами. Ему явно хотелось что-то у меня спросить.

Я положил мускулистую руку на его сантиметровое плечо.

— О’кей, Водолей.

Некромант накренился под тяжестью моей длани и учтиво испустил дух.

— У нас тут с женой возникла проблема… — Хозяин смешался и повесил нос на спинку стула.

Я ободряюще нахмурился.

— Коллега, вы видимо намекаете, что где брак, вы не мастак. Но не следует унывать! Рекомендую сочинение Алекса Комфорта «The Joy of Sex»,[178]снабженное изумительными иллюстрациями. Хитрая система половой акробатики поможет вам перестать хромать на третью ногу.

— Нет, речь идет о другом. — Водолей смущенно взглянул на Водолейку, которая к этому времени вернулась на кухню и стояла перед нами в позе «не верю своим ушам». — Сегодня вечером мы с женой идем на астральный космодром. Это на Воробьевых горах, рядом с трамплином. Там будет проводиться попытка массового вылета на Альфу Центавра. Экспериментом руководят ведущие махатмы.

— Мы проложим человечеству путь к звездам! — пояснила Водолейка.

Кудесник умоляюще посмотрел на меня сквозь очки.

— Обыкновенно мы оставляем детей под надзором Дантоши, но он мальчик увлекающийся. Бывает, что квартира терпит материальный ущерб, а его братик и сестричка получают травмы. Мы тут посоветовались и решили обратиться к вам. Не согласились бы вы сегодня ночью посидеть с нашими малышами?

— У вас мощная аура, она должна действовать на Дантошу успокаивающе, — добавила хозяйка.

Некромант нервно сглотнул.

— Диван в гостиной очень удобный. Роксана вам там постелит. А завтра утром, как только начнет ходить метро, мы будем дома.

— До утренней звезды, — подтвердила Водолейка.

— Но что если вы разобьетесь в лепешку на какой-нибудь далекой планете, и я останусь с вашими отпрыщами на руках?

— Уверяю вас, успех экспедиции гарантирован. Еще госпожа Блаватская доказала, что астральные перемещения в пространстве-времени не несут в себе никакого риска.