Рыжий - Джеймс Патрик Данливи

— Что заставило вас приехать в Дублин?

— Я хотела работать медсестрой.

— И издеваться над горемыками.

— Но я бросила эту работу.

— Почему?

— Мне не очень-то нравилось, и я не ладила с другими девушками. И платили мало.

— А потом?

— Я стала работать в Дублинской Страховой Компании. Но и там мне не понравилось. Тогда я уехала в Англию. Но в конторе, где я устроилась, оказался человек, которого я невзлюбила. Мы не могли найти с ним общий язык.

— Почему?

— Он был слишком высокого мнения о себе. И, кроме того, был моим начальником.

— Понимаю.

— Я не собиралась доставлять ему удовольствие.

— И поступили правильно. А теперь скажите, мисс Фрост, сколько вам лет?

— О, мистер Дэнджерфилд, я не могу вам сказать.

— Ну, пожалуйста, мисс Фрост.

— Нет, нет, просто не могу.

— Мисс Фрост, я ваш друг. Помните это. Друг. Вы можете говорить со мной совершенно откровенно. И уж конечно, о том, что касается вашего возраста. И так, сколько вам лет?

Себастьян протянул руку и прикрыл ручку мисс Фрост, лежавшую на ее колене, своей ладонью. Утешение в огорчении.

— О мистер Дэнджерфилд, мне уже тридцать четыре.

— Отличный возраст, самый лучший.

— Откуда вам это известно?

— Мисс Фрост, иногда я чувствую себя на пятьдесят три года. Иногда, правда, очень редко, я ощущаю себя двадцатилетним. Как, например, в последнее время. Вам никогда вторник не казался субботой? А как вам понравилась бы неделя из одних пятниц? Недавно мне было семьдесят. Но я припоминаю, что тридцать четыре года — это очень хороший возраст. Вы не будете возражать, если я пропущу еще стаканчик?

— Вовсе нет, пожалуйста.

— А теперь, мисс Фрост, перейдем к самому главному. Чего вы хотите? Чего вы хотите от жизни?

— О Господи, что за вопрос?

— Ответьте мне, пожалуйста. Только правду, мисс Фрост.

— Этот вопрос предполагает весьма пространный ответ. От жизни я хочу очень многого. И, разумеется, как я уже говорила, мне нужен собственный магазин.

— Значит вам нужны деньги, мисс Фрост. Вы стремитесь к деньгам.

— Я бы так не сказала.

— Но вам они нужны, не правда ли?

— Но ведь люди трудятся и для спасения своей души, мистер Дэнджерфилд.

— Люди втираются в доверие к Господу. Думают, он чем-то может им помочь. Ладно, мисс Фрост, а теперь скажите мне, о чем вы думаете, когда только встаете с постели?

Мисс Фрост вращает в руках бокал и рассматривает его.

— Я просто собираюсь на работу.

Мисс Фрост хихикнула и сказала, что ей пора, потому что завтра утром рано вставать. Себастьян купил бутылку «Бэби Паверз». Затолкал ее себе в карман. Постучал в дверцу, чтобы бармен налил ему на посошок. Обняв мисс Фрост за плечи, он направил ее, милый корабль, к двери. Держи штурвал по курсу, милочка.

Снова в доме.

— Мистер Дэнджерфилд, если хотите, я приготовлю кофе. Я сегодня купила немножко.

— Знаете, мисс Фрост, вы станете кому-то замечательной женой.

— О мистер Дэнджерфилд.

— Обязательно.

— Хи-хи-хи.

Мисс Фрост хозяйничает на кухне. Себастьян развалился в кресле, откидывает спинку назад и наливает себе стаканчик. Жесткость — это не то слово, Мэрион. Я приложил все зависящие от меня усилия, чтобы сохранить нашу семью. Разумеется, обстоятельства не были идеальными, но я старался обратить их нам на пользу. Но ведь нужно бывать и на людях. Я человек. Но мисс Фрост очень добра ко мне. И как она суетится возле плиты. И контуры ее седалища отнюдь не дурны, к тому же у нее славные, крепкие ножки в коричневых ботинках. Руки, конечно, тяжеловаты, но это ничего. Тяжелые руки навевают грусть. Нет, сложена мисс Фрост неплохо. Ласковая и моложавая. Только посмотреть на все ее изгибы, выпуклости, вогнутости и пальчики. Скорей бы на все это поглазеть, приласкать, да и тебе будет хорошо. Мне нужен покой и хороший отдых, чтобы кое-как перебиться те несколько недель, оставшихся до того момента, когда я невероятно разбогатею.

— Мисс Фрост, позвольте налить вам несколько капель.

— Только совсем чуть-чуть.

— Мне очень приятно находиться в вашем обществе, мисс Фрост.

Лицо ее покраснело. Мисс Фрост отвернулась.

— Я действительно так думаю, мисс Фрост.

— Мне здесь нравится.

— Я должен принести свои извинения за то беспокойство, которое мы вам доставили.

— Ничего страшного.

— Я действительно не хотел вас огорчать.

— Я всем довольна. В самом деле, мистер Дэнджерфилд. Это самый приятный дом из тех, в которых мне доводилось жить. Здесь так мило и свободно.

— Это и в самом деле так, мисс Фрост.

— Мне нравится, когда все легко и просто.

— Я согласен. Так и должно быть. Свободно и легко. Легко и свободно. И мне тоже так нравится. Не люблю ничего, что меня связывает.

— И я так думаю.

Мисс Фрост принесла кофейник и блюдце с печеньем. Они улыбались друг другу через стол.

— Все время происходят какие-нибудь неприятности, не правда ли? Но мы еще увидим лучшие дни. Как известно, у каждой медали — две стороны. Вы мне нравитесь, мисс Фрост.

— И вы мне тоже нравитесь.

Передает печенье Себастьяну. Он взял четыре штуки. Мисс Фрост размешивает сахар. Они стараются не смотреть друг другу в глаза. Ох уж эти глаза!

Да, глаза.

Нет, глаза.

И что они

Видят?

Некоторые, говорят, счастье,

Другие — беду.

О, глаза.

Ох, глаза.

Глаза.

— Мисс Фрост?

— Да?

— Я хочу вам что-то откровенно сказать, но только, пожалуйста, поймите меня правильно.

— Я вас слушаю, мистер Дэнджерфилд.

— Позвольте мне провести ночь в вашей спальне.

Наступила тишина. Мисс Фрост чуть-чуть покраснела. И опустила глаза, словно рассматривала чашку с кофе. Себастьян продолжал говорить в дружеском и в то же время деловом тоне.

— Поймите меня правильно, мисс Фрост. Я постелю на пол матрац. Со мной происходит что-то странное. Я так переволновался, что вряд ли смогу заснуть в одиночестве. Вы же не будете против? Я понимаю, что это немного странно, но, черт побери, я не хочу от вас ничего скрывать.