Уходили из дома. Дневник хиппи - Геннадий Авраменко

Утром приехал Фитиль. Вообще-то он приехал еще вчера вечером, просто мы его не видели. По слухам, он привез дринча, сигарет и еды. Выпьем, значит, ура! А то всё трава да ее производные...

Даже не позавтракав, отправились к нему, в Кроватную. Соорудили из бутылки подобие кальяна и через кагор выпыхали косяков пять, не меньше. А потом и «усиленный» кагор выпили. Прекрасная штука.

Фитиль пришел на Мангуп праздновать день рождения своей жены Валерии. Я радушно пригласил всех отмечать это событие к себе. Фитиль тут же согласился — у меня вечерами теплее, места побольше, да и обрыва нет, не свалится никто, по крайней мере.

Из выпивки были кагор и традиционный спирт «Роял», а на закуску — разумеется, из харчей Фитиля — я наварил борща, каши, супа. Ушло все на ура. Чай даже не ставили, ведь сахар мы сожрали ложками еще в Кроватной утром. На мой взгляд, день рождения получился не очень, но всем явно было весело. Мне, впрочем, тоже было прекрасно, от смеси «Рояла» и кагора я чувствовал приятное опьянение и был ему очень рад. А вот когда мы выпили «молока», появилась просто невероятная атмосфера счастья. Скрипа пел свои прекрасные песни, мантры, рассказывал про счастье длиной в бесконечность и уговаривал всех снова стать детьми. Мы радостно соглашались, кто-то всплакнул даже... Скрипа замечательный, талантливый. Эх, записать бы на кассету его мелодии и слушать долгими зимними вечерами, покуривая вырезанную Добровольцем трубочку с мангупским табачком.

Поговорили с Костиком и Андрюхой и решили остаться здесь до октября, а затем поехать в Бердянск к Ромашке. Затем в Днепропетровск, в Харьков, в Киев, наконец. Втроем, не растусовываясь. Так зиму и переживем, в путешествиях.

Пока болтали, большая часть народу уже попадала, и произошла заминка. На моем месте влежку спали человек шесть, и согнать их оттуда не представлялось возможным. Добрый Доброволец любезно пригласил меня переночевать в его двойном спальнике. Предложением я воспользовался, но тут пришел Костик и начал вопить, что я оккупант, гад и занял его место. Посмеялись, конечно, но место я так и не уступил. Заснули под чудесную музыку Скрипы. Он так и остался сидеть с гитарой у костра.

Мне показалось, что прошло совсем немного времени, когда все вдруг проснулись и сползлись к погасшему костру. Дрыхнуть остались только Ромчик и парочка, которую он привел с собой, — Макс из Мелитополя и Ален- ка из Ялты. Я, как обычно, не смог отказать в крове. Не хватает у меня твердости отказывать людям. Они спокойные, не напряжные, но люди! В Рингушнике такое количество народу, что я уже отчаялся побыть один. А когда дело доходит до того, что меня не пускают спать на мое собственное место, — это перебор. Всё, больше никого не пущу. Надо быть решительнее.

Все вновь уселись у костра, что-то выпили еще, покурили. Тут я на свое место и вернулся и никого не пустил. Лег, да так и проспал до рассвета, изредка просыпаясь от воплей не спящих Марика и Костика.