Случай Портного - Филип Рот

Она даже поежилась от омерзения.

– Скажи мне, почему ты все время говоришь это слово?

– А что, мальчики в горах не говорят «трахнуть»?

– Нет, – ответила она снисходительно. – Они говорят не так.

– Значит, в них слишком мало желания. И презрения, – добавил я и схватил ее за ногу. Потому что я никогда не могу остановиться. НИКОГДА! Я постоянно нуждаюсь В ОБЛАДАНИИ.

Но в обладании чем?

– Нет! – закричала она, делая попытку улизнуть к выходу.

– Да!

– Нет!

– Тогда, – поспешил предложить я, пока она тащила меня к двери, – дай хоть пизду полизать. У меня это здорово получается.

– Свинья!

И она врезала мне. И я улетел! Вся мощь этой ноги первопроходца пришлась мне прямо под сердце. Удар, на который я нарывался? Кто знает, к чему я стремился? Может быть, я хотел быть ничем. Может быть, это и есть мое подлинное призвание. Может быть, все, что я умею на самом деле, – это упиваться пиздой, рабски обслуживать ртом женские дырки. Лизать! Жить только этим! Может быть, призвание мое – это ползти по жизни на четвереньках, наслаждаясь пиздой, и оставить борьбу с несправедливостью и воспитание детей прямоходящим созданиям! Кому нужна слава, если такое сокровище гуляет по улицам?

Ползи по жизни – если твоя жизнь не осталась позади! Голова у меня кружится, в горле гадкий привкус, и морда разбита. Это в Израиле-то! Там, где другие евреи находят убежище, покой и мир, Портной – в опасности! Там, где другие евреи процветают, я умираю! Притом что все, чего я хотел – это немного удовольствия. Почему, почему я не могу немного порадовать себя без того, чтобы не получить немедленного возмездия? Свинья? Кто, я? То, что случилось однажды, будет повторяться вновь и вновь, я во власти вечного повторения и навсегда прикован к мыслям о том, что было и чего никогда не может быть. Дверь захлопнулась, она ушла – мое спасение! моя сестра! – и я плачу на полу, оставшись наедине с МОИМИ ВОСПОМИНАНИЯМИ! Мое бесконечное детство! От которого я не могу избавиться, как оно не может избавиться от меня. В этом все дело! Помнишь редиску? Редиску, которую я с такой любовью выращивал в своем садике на клочке земли, рядом с дверью в погреб. Это был мой кибуц. Редиска, морковь, петрушка – да, я тоже патриот, но другой земли! (Где я тоже не чувствую себя дома!) А серебряная фольга, которую я собирал, это ты помнишь? Газеты, которые я таскал в школу. Мой альбом военных марок, аккуратно расклеенных рядами. Модели самолетов – мой «пайпер», мой «хокер харри-кейн», мой «спитфайр»! Как могло все это случиться с таким добрым мальчиком, как я, влюбленным в ВВС и «Четыре свободы»[50]Рузвельта! Какие надежды я возлагал на Ялту и Думбартон-Окс[51]! Я возносил молитвы за ООН! И теперь умирать? Почему? Наказание? За что? Импотенция? На каком основании? Это месть Манки! Ну, конечно.

– АЛЕКСАНДР ПОРТНОЙ, ЗА УНИЖЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ДОСТОИНСТВА МЭРИ-ДЖЕЙН РИД В ТЕЧЕНИЕ ДВУХ НОЧЕЙ, ПРОВЕДЕННЫХ ВАМИ В РИМЕ, И ЗА ДРУГИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ, КОТОРЫЕ СЛИШКОМ ДОЛГО ПЕРЕЧИСЛЯТЬ, ВКЛЮЧАЯ ЭКСПЛУАТАЦИЮ ЕЕ ПИЗДЫ, ВЫ ПРИГОВАРИВАЕТЕСЬ К УЖАСНОМУ НАКАЗАНИЮ ИМПОТЕНЦИЕЙ. НАСЛАЖДАЙТЕСЬ СОБОЙ.

– Но, Ваша Честь, она совершеннолетняя и, кроме того, она была согласна.

– ОСТАВЬТЕ СВОЮ ЮРИДИЧЕСКУЮ РИТОРИКУ, ПОРТНОЙ. ВЫ ОТЛИЧНО ЗНАЕТЕ, ЧТО ХОРОШО, А ЧТО ПЛОХО. ВЫ ЗНАЕТЕ, ЧТО ВЫ УНИЖАЛИ ДРУГОГО ЧЕЛОВЕКА. И ЗА ЭТО, ЗА ТО, ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ И КАК ВЫ ЭТО СДЕЛАЛИ, ВЫ СПРАВЕДЛИВО ПРИГОВАРИВАЕТЕСЬ К РАЗМЯГЧЕНИЮ ПЕНИСА. ПОИЩИТЕ ТЕПЕРЬ ДРУГОЙ СПОСОБ УНИЖАТЬ ЛЮДЕЙ.

– Но позвольте мне сказать, Ваша Честь, она уже была испорчена, когда я ее встретил. Я могу рассказать вам кое-что о Лас-Вегасе.

– О, ЗАМЕЧАТЕЛЬНАЯ ЗАЩИТА, ПРОСТО ЗАМЕЧАТЕЛЬНАЯ. ГАРАНТИРУЕТ СМЯГЧЕНИЕ ПРИГОВОРА СУДА. ВОТ КАК МЫ ОБРАЩАЕМСЯ С НЕСЧАСТНЫМИ, ГОСПОДИН ЗАМЕСТИТЕЛЬ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ КОМИССИИ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА? ВОТ КАК МЫ ОБЕСПЕЧИВАЕМ ЛЮДЯМ ИХ НЕОТЪЕМЛЕМЫЕ ПРАВА? СУКИН СЫН!

– Ваша Честь, пожалуйста, позвольте мне обратиться к суду. Я совершил ужасные преступления, но ведь я только хотел… я хотел немного развлечься, вот и все.

– ДА ОН ПРОСТО СУКИН СЫН!

– Ну почему, почему, черт возьми, я не имею права на развлечения! Почему мне строго запрещено делать хоть что-нибудь такое, что может доставить мне удовольствие – в то время как весь мир просто хрюкает от удовольствия, катаясь в грязи! Свинья? Вот бы ей взглянуть на все те жалобы и иски, которые приходят в мой офис каждое утро: она узнала бы, что делают друг с другом люди, сколько в них жадности и злобы! Ради денег! Ради власти! От злости! Просто так! А через что приходится пройти черномазым, если они хотят взять ссуду на дом! Мой отец любил говорить, что человек всегда должен иметь зонтик на случай дождя – посмотрите, как эти свиньи наживаются на этом простом желании. Нет, я знаю настоящих свиней. И с другой стороны, кто, по-вашему, убеждал банки брать на работу негров и пуэрториканцев, кто посылал специальных агентов в Гарлем, раздавать анкеты предполагаемым кандидатам? Кто сделал эту простую вещь? Это был Портной, леди! Если вы хотите взглянуть на свиней, добро пожаловать в мой офис, заглянем в мою корзину для бумаг, я покажу вам настоящих свиней! Вы увидите, что творят другие люди – и остаются безнаказанными! И никогда не вспоминают об этом! Обидеть беззащитного человека им в удовольствие, они улыбаются, это поднимает им настроение! Ложь, интриги, взятки, воровство – они делают все это, доктор, не моргнув глазом. Безразличие! Абсолютное моральное безразличие! И за все их преступления им ничего не бывает, у них даже пищеварение не нарушается! У меня же все не так. Стоило мне рискнуть позволить себе малейшую вольность – и вот, у меня не встает! Я знаю, Господь запретил мне даже отрывать ярлычки от матрасов, на которых написано «Не удалять. Преследуется законом». Но если я все же оторву, что они сделают со мной, посадят на электрический стул? Мне хочется кричать от ничтожности моей вины! Может, так мне и следует поступить? Заставит ли мой крик вздрогнуть тех, кто толпится там, в комнате ожидания? Я буду просто вопить, без всяких слов!

– Говорит полиция. Портной, вы окружены. Советуем вам выйти и заплатить ваш долг обществу.

– Засунь свое общество в жопу, гнусный коп!

– Считаю до трех, выходи с поднятыми руками, Бешеный Пес, в противном случае мы открываем огонь. Раз…

– Стреляй, ублюдок, мне плевать. Я оторвал ярлычок от своего матраса…