Лучше поздно! - Жиль Легардинье

В Индии Тома привык к перенаселенным городам с запруженными транспортом улицами. Французская столица оказалась совсем иной. При малом количестве велосипедов здесь было множество автомобилей, везущих каждый только одного водителя… И все эти машины словно только что сошли с конвейера, такими они были чистыми! И ни одного перегруженного автомобиля с опасно торчащими во все стороны тюками, ни набитых людьми кабин, ни единого человека на крыше автобуса. Перед трехцветными светофорами машины терпеливо ждали своей очереди. Тротуары были четко отделены от проезжей части. На них почти не было детей и стариков, зато можно было наблюдать толпы блекло одетых людей, не отрывающих взгляда от мобильных телефонов. Они шли вперед, не замечая ничего вокруг, не обращая внимания даже на величественные здания, заслоняющие горизонт и скрывающие солнце.

В итоге Тома заблудился и пришел к ресторану с опозданием. Он спросил у официанта, ждет ли его кто-нибудь. Тот сделал неопределенный жест в сторону столика, стоявшего в глубине. Пересекая зал, Тома отметил про себя, что кухня здесь не отличается особыми ароматами, зато люди просто благоухают парфюмом. Возможно, тем самым, который он видел на рекламных плакатах.

Заметив его приближение, крепкий мужчина поднялся и с улыбкой протянул ему руку.

– Месье Селлак! Наконец-то. Честно говоря, я был уверен, что больше никогда тебя не увижу.

Тома уже отвык слышать свою фамилию. Франк слегка изменился. Они познакомились в Анголе, где его бывший коллега занимался материально-техническим обеспечением гуманитарных миссий.

Сев за столик, мужчины некоторое время разглядывали друг друга, даже не пытаясь этого скрыть. Оба, похоже, считали такой осмотр нормальным делом, ведь прошло столько лет. Взгляд Франка остался таким же, ясным и прямым, а вот все остальное немного расплылось. Красивая рубашка в области живота натянулась. Виски заметно окрасились сединой. Запястье украшали массивные часы.

Контраст между ними был разителен. Рядом с Франком доктор выглядел еще более худым, и его кожа, казавшаяся такой бледной в Индии, здесь выглядела смуглой и обветренной. Тома, наверное, был одет хуже всех в ресторане, – наверняка даже хуже всех в квартале, – и стекло его наручных часов покрывали трещины и царапины.

– Когда мы с тобой в последний раз виделись? – спросил Франк. – Десять лет назад, во время землетрясения на Суматре?

– Почти двенадцать. Поздравляю с повышением. Ты его заслужил. Как жена, дети? Они, наверное, уже совсем взрослые.

– С детьми все в порядке, а вот от семьи остались только алименты.

– Жаль.

– Такова жизнь. Не знаю, как тебе удалось так долго продержаться в Индии. После Африки я решил завязать.

Тома наклонился к Франку и тихо спросил:

– Когда ты вернулся домой, у тебя не было ощущения, что ты попал в чужую страну, возможно даже к психам?

– Еще как было. Они все выглядели дебилами с этими своими распродажами, телевидением и ничтожными проблемами. Еще вчера ты боролся за каплю воды, а сегодня смотришь, как люди устраивают забастовку из-за обеденных талонов… Я чувствовал себя инопланетянином! Попавшим в совершенно другую реальность! Учитывая, как сильно продвинулась наша милая цивилизация с момента моего возвращения, могу себе представить степень твоего шока. Но не волнуйся, это пройдет. Сейчас моя новая жена ищет скидки в магазинах, я смотрю матчи по телику, и у нас куча ничтожных проблем. Что побудило тебя вернуться?

Тома замялся:

– Давно, перед тем как уехать, я любил девушку. Ее звали Селин. Мы отлично ладили, но мне пришлось ее оставить, чтобы отправиться в свою первую командировку.

– И тебе захотелось ее увидеть?

– Не настолько, чтобы вернуться. Но она… родила от меня дочь. Я узнал об этом совсем недавно. И решил вернуться.

– Вот это сюрприз… И сколько лет малышке?

– Она уже не совсем малышка – ей почти двадцать.

– Как она отреагировала на твое появление?

– Я ее еще не видел. Впрочем, она может ничего не знать о моем существовании. В лучшем случае меня для нее просто нет, в худшем – я негодяй, бросивший их с матерью.

Подошел официант, чтобы принять заказ.

– Вы уже что-то выбрали?

Франк ответил без раздумий:

– Тартар, и побольше каперсов, пожалуйста.

Тома даже не стал открывать меню.

– Мне то же самое.

– Что будете пить?

– Бутылку вашего лучшего кагора, – попросил Франк.

– Будет сделано!

Тома засмеялся:

– Я уже лет восемь не ел ни каперсов, ни сырого мяса, тем более запивая это кагором…

Франк слегка улыбнулся и перешел к главной теме их встречи:

– Что до твоей просьбы, то у меня не очень хорошие новости. Можешь мне поверить, я искал, звонил по всем телефонам в своей записной книжке, но таких вакансий очень мало, особенно в медицинской сфере. Почему бы тебе не пойти работать в частную клинику? Твой опыт там высоко оценят. К тому же есть спрос…

– Ты не нашел ничего в моем районе?

– Ничего достойного. И потом, я бы не советовал тебе хоронить себя в такой глуши. Даже если ты вернулся ради дочери, ты должен подумать о своем будущем. Медицина сильно изменилась с момента твоего отъезда. В этой области тоже одержали верх управленцы…

– Понимаю. Скидки, матчи по телику и ничтожные проблемы…

– Я не шучу, дружище.

– Что ты конкретно подразумеваешь под «ничего достойного»?

– Честно говоря, тут даже обсуждать нечего. Давай-ка я лучше устрою тебе встречу с одним своим приятелем из министерства, у него большой круг знакомств.

– Место, на которое ты не советуешь мне устраиваться, хотя бы находится в нужном мне районе?

– Как будто да, но послушай…

– Тогда оно мне подходит.

– Ты даже не знаешь, о чем идет речь!

– Для меня сейчас местоположение важнее самой работы.

– Я даже не стал с собой брать распечатку, настолько это не заслуживает внимания. Кажется, это какой-то дом престарелых, совсем крошечный. Ты сдохнешь от тоски.

– Если он находится там, где мне нужно, меня это устроит.

Франк, продолжая ворчать, достал свой телефон. Через несколько секунд он вывел на экран описание вакансии и показал ее Тома.