Ранние рукописные рассказы - Андрей Ангелов

Иностранец глубоко вздохнул и чихнул. Клюев снова промолчал.

Американец, начиная терять терпение, громко кашлянул. Валерка и на этот раз ничего не сказал. Так они просидели минут десять. Подданный США молча ел суп, а гражданин России молча на него поглядывал. Время от времени они обменивались быстрыми, как молния, взглядами.

Наконец, наш герой обратил внимание на то, как одет иностранец. Внешне он ничем не отличался от обыкновенного российского мужчины. На нем были темный свитер, плисовые брюки, огромные стоптанные ботинки серо-коричневого цвета. На голове красовалась залатанная кепка. Валерку это не смутило. Наконец, набравшись смелости, он спросил:

– Ду ю спик инглиш?

Это была единственная фраза, усвоенная им на школьной скамье за семь лет обучения английскому языку.

Американец, удивленно на него посмотрев, ничего не ответил. Валерка, решив, что американцы тоже люди и ничто человеческое им не чуждо, решительным шагом подошел к стойке и купил бутылку коньяка. Вернувшись к столику, увидел, что американцев уже двое. Ничуть не смущаясь, они громко матерились по-русски, поглядывая на него.

«Ишь ты, – подумал Валерка, – насобачились!».

Но вслух он ничего не сказал и, поставив бутылку на стол, сел рядом. Американцы пили совсем по-русски, высоко прокидывая стаканы и смачно закусывая. Валерий сделал еще одну попытку заговорить – на тот раз удачную. После пяти минут разговора второй иностранец, высокий худой брюнет в кирзовых сапогах, поведал Клюеву, что они коммерсанты, скупающие излишки советского ширпотреба для каких-то своих целей. Каких, Валерка не понял и не пытался понять. После третьей бутылки первый интурист пообещал нашему герою взять его с собой в США не позднее, чем завтра утром, с условием, что Валерка пойдет ночевать к заграничному джентльмену. Первым рейсом он сможет вылететь навстречу богатству и почету. Второй американец ничего не обещал, но многозначительно кивал головой в подтверждение слов первого.

Что было дальше, Клюев помнил смутно. Очнувшись, обнаружил, что лежит на чем-то никак не соответствующем по удобству заграничному ложу. Подняв голову, он чуть не расшиб себе лоб об какую-то крышку. Подняв ее, увидел мокрый асфальт и стоящие неподалеку дома.

Так как от удара головой о крышку канализационного люка Валерий получил небольшое сотрясение, он довольно быстро стал припоминать вчерашний вечер. Например, он вспомнил, что хотел ехать в Голливуд научить Рэмбо стрелять из автомата. Когда он посмотрел на свои ноги, то увидел вместо штиблет, купленных перед отъездом в Москву, – кирзовые сапоги второго американца. Сунул руки в карманы. В них гулял ветер, нашлась только одна сторублевка.

Клюев застонал, вылез на поверхность и пошел без определенного направления. На углу увидел кучку оборванцев. Подошел к ним и спросил:

– Мужики, может, опохмелите?

22-26 июня 1995 г.

4. Рисунки 20-летней давности
К неопубликованным историям!

Рассказ «История одной истории». На рисунке: первая страница текста. Почерк Андрея Ангелова. 20 мая 1995 г.

Иллюстрация к рассказу «Универсальный мешок» (второе название «Гроб-турист»). На рисунке: главный герой на дороге, ведущей в Стокгольм. А по бокам пути, что ведут в др. Европейские столицы. 20–25 мая 1996 г.

Иллюстрация к рассказу «История одной истории». На рисунке: главный герой Иван Дмитриевич Зуев кушает зубную пасту. В ванной комнате. 1995 или 1996 г.

На фото: рассказ «В новую жизнь». На рисунке: первая страница текста. 21–23 июня 1996 г. Почерк Андрея Ангелова.

На фото: рассказ «Записки бомжа». На рисунке: первая страница текста. 28–30 мая 1995 г. Почерк Андрея Ангелова.

Яндекс-кошелек автора 41001616127760