Дороги, которым нет конца - Чарльз Мартин

Сэм считал, что на запись уйдет целая неделя, но нам понадобилось меньше одного дня. Это было еще одним доказательством алхимии, происходившей между мною и Делией. Она предоставила свою гитару и свой голос, я — себя, а Сэм сидел за монтажным пультом и перемещал ползунки вверх и вниз. Он был, как волшебник из страны Оз, дергавший рычаги и улыбавшийся нам с другой стороны стекла.

Мне не нравился Сэм, и я не доверял ему, но у него был настоящий талант в работе со звуком. Когда я прослушал запись, то стало ясно, что он уловил внутреннюю сущность Делии.

Его первый сингл попал на радиостанции уже на следующей неделе и благодаря ажиотажу после выступления в «Раймане» моментально занял первое место. И остался там.

Не сказав мне ни слова, Делия отрекомендовала меня как автора песни. Она объяснила Сэму, что хотя я подарил ей песню для исполнения, текст все равно принадлежит мне. Со своего первого чека от авторских поступлений я купил у Риггса гитару D-28, на которой стоял ценник в 22 000 долларов. Он продал ее мне за четырнадцать тысяч.

Вместе с гитарой я послал отцу чек на 50 000 долларов. Я хотел объяснить ему, что случилось. Хотел рассказать ему о Джимми. Рассказать о Делии. Но я не смог этого сделать. Некоторые вещи нужно говорить прямо в лицо. Я просто написал: «Мне очень жаль, папа». Я проследил за доставкой посылки и получил подтверждение, что она была выдана адресату через два дня, и что отец расписался в получении. Мысль об этом доставила мне некоторое утешение.

Концертное турне Делии «Положа руку на сердце» началось через месяц. Мы путешествовали целый год. Одно шоу следовало за другим. Очень скоро у нас появилась целая армия фанатов. Мы выступили больше чем в сорока штатах, в нескольких странах и почти в каждом вечернем ток-шоу. Мы даже помогали опускать «хрустальный шар» на Таймс-сквер. В это время мне исполнилось двадцать четыре года, но я не помню, где именно меня застал день рождения. Жизнь стала как одно сплошное размытое пятно.

Еще в Нэшвилле Делия получила премии «Лучшая эстрадная артистка» и «Лучший женский голос года», и, — чудо из чудес, — мы стали обладателями награды «Песня года». Трудно было спорить с тем, что песня, пять раз завоевавшая платиновый статус, добавила блеска в доме Сэма. Ведущий назвал нас дуэтом, рожденным на небесах. «Если вы хотите услышать, как поют ангелы, просто послушайте их». Потом, к моему изумлению, меня объявили «Лучшим композитором-песенником года».

Я стоял на сцене с призами в руках, смотрел на всех этих прекрасных людей, которые смотрели на меня, и ощущал глубокую и неотступную печаль. Я двигался вперед. Мы с Делией двигались вперед. У меня было все, чего я мог пожелать.

Кроме того, что было для меня самым важным.

Я подошел к микрофону и вспомнил пустой зал «Раймана», ночь за ночью повторявший эхо моего голоса.

— Я хочу посвятить эту песню моему отцу… — Я с трудом сглотнул.

Делия видела, как мне трудно. Она знала правду, поэтому она вышла на сцену и сказала за меня:

— Сегодня его нет с нами.

Я собрался с духом.

— Папа, я сделал то, что ты сказал. Я… — Слеза скатилась по моей щеке. — Я выпустил это.

Все дружно встали и зааплодировали.

После представления Делия ушла на ужин со своей группой, а я незаметно ретировался по Бродвею, вошел в «Райман» через заднюю дверь и после полуночи играл перед пустым залом. Где-то посередине очередной песни я сломался и не смог закончить ее. Я лег ничком на сцену и зарыдал в голос.

Потом я почувствовал прикосновение руки к моей спине. Это была Делия. Она молчала. Просто села на сцену и дала мне выплакаться у себя на плече. Я слишком долго держал в себе эту горечь.

— Мне нужно домой, Делия, — сказал я, когда пришел в себя. — Там есть вещи… вещи, которые остались недосказанными. — Я посмотрел на нее: — Мне нужно разобраться с той кашей, которую я заварил.

Она откинула волосы с моего лица и поцеловала меня в нос.

— Можно мне поехать с тобой?

Тогда я понял, что должен сделать.

На следующий день я отправился в ювелирный магазин во Франклине, рекомендованный Риггсом, и сказал, что я пришел от него. Когда они узнали, чем я занимаюсь и для кого я собираюсь сделать покупку, то расстелили передом мной красную ковровую дорожку и вдове снизили суммы, указанные на ценниках. Как вы можете догадаться, я ничего не знал об алмазах, но мне нравилось думать, что когда я протянул им кредитную карту и приобрел кольцо за 9946 долларов, то заключил хорошую сделку. Продавец подробно рассказал мне о качестве, весе и бриллиантовой огранке, так что когда я ушел, то, наверное, мог бы написать эссе об отражающих свойствах света, проходящего через алмазы. Но я купил его по другой причине. Я купил его, потому что оно было похоже на Делию.

Сэм проводил нас к себе домой и сообщил, что пришла пора выпустить альбом.