Самый лучший папа - Мейв Бинчи

— Конечно — не стоит воспринимать меня как ужасного монстра. Я здесь для того, чтобы обеспечить нормальную жизнь Фрэнки. Просто вчера у нас с Ноэлем состоялся откровенный и неприятный обмен мнениями, поэтому, когда я увидела вас здесь, я решила, что вы… что Ноэль мог… Ну, в общем, что случилось что-то плохое.

— Ну теперь вы успокоились? — вкрадчиво спросил Малахия.

— Скоро вернется Фрэнки. Нам нужно приготовить для нее вещи. Или вы еще что-то хотели узнать? — вежливо спросил Ноэль.

Мойра удалилась.

Малахия повернулся к Ноэлю.

— Ну и зануда, — воскликнул он, и впервые за целый день Ноэль улыбнулся.

Все занимались приготовлениями рождественской вечеринки для Фрэнки и Джонни. Шли бурные и длинные обсуждения, какие шарики и бумажные гирлянды нужно развешивать и где. Праздновать собирались на Честнат-Корт: там была большая общественная комната, которую сдавали для различных торжественных случаев. Лиза и Ноэль зарезервировали ее заранее. Они долго спорили, устраивать вечеринку или нет. Ведь Ноэль был еще слишком слаб.

— Давай не будем отказываться, — просила Лиза. — Иначе, когда она вырастет и станет смотреть свой детский фотоальбом, она спросит, почему мы не праздновали ее первое Рождество.

— Она не будет смотреть альбом вместе с нами, — хмуро сказал Ноэль.

— Что ты хочешь сказать?

— Ее заберут у меня. И поделом. Разве можно оставлять ребенка со мной?

— Ну спасибо тебе от всех нас — от всех людей, которые из кожи вон лезут, чтобы она чувствовала себя как в полноценной семье, — с укором произнесла Лиза. — Мы не собираемся так просто сдаваться. Сажай ее в коляску, Ноэль, и давай посмотрим на эту комнату.

В этот момент в дверь позвонили.

— Ноэль, это Деклан. Ты не мог бы посидеть часок-полтора с Джонни? Нам очень нужно решить кое-какие дела.

Впервые после того, как Ноэль напился, Фиона и Деклан решились оставить Джонни у Ноэля. Это было прощение и предложение мира, а также демонстрация доверия. Ноэль выпрямил спину и приосанился.

— Конечно, Деклан, мы возьмем его с собой. Мы собираемся посмотреть комнату, в которой будет проходить его первое Рождество, — сказал Ноэль.

Он понял, что Деклан обрадовался тому, что они все-таки решили устраивать рождественскую вечеринку.

Рождественская вечеринка состоялась за три дня до Рождества. Прекрасная возможность для общения семьями. Как правило, в этот день все спокойно сидят за столами, доедая свою порцию индейки и перещелкивая каналы телевизора. Но в этот раз появился хороший повод собраться вместе, надеть бумажные шляпы и делать вид, что все это веселье — исключительно ради детей.

Двое малышей все равно проспят всю вечеринку.

Лиза занялась украшением комнаты, она выбрала алые и серебристые тона. Эмили помогла ей повесить тяжелые пурпурные шторы, которые они позаимствовали из актового зала церкви. Динго Дугган привез целый фургон остролиста — по его словам, он раздобыл его где-то за городом. Айдан и Синьора украсили елку. Они собирались привести своего внука, Джозефа Эдварда, а также внука Матти — Томаса Матенса Фэзэра, который согласился прийти только с условием, что его не станут заставлять смотреть за детьми и сидеть за детским столом.

Джози и Чарльз предложили разместить где-то изображение святого Иарлафа, Лиза дипломатично приняла их предложение и нашла место на стене, где он не слишком привлекал внимание.

Саймон и Мод были заняты обслуживанием какой-то вечеринки, поэтому не смогли прийти. Поэтому организацией праздничного ужина пришлось заняться Эмили. Она попросила всех женщин принести какое-то мясное или овощное блюдо, а мужчин — вино, пиво или другие легкие напитки и десерты. Естественно, десерты получились все одинаковые — шоколадные тортики и рулеты, купленные в супермаркете. Их красиво разложили по бумажным тарелкам на отдельном сервировочном столике, который привезут в комнату после основных блюд.

Ноэль показал Фрэнки все рождественские украшения. Девочка радостно взвизгнула, посасывая пальцы, и Ноэль с обожанием улыбнулся ей в ответ.

На крошке был красный комбинезон и красный чепчик. Взрослые нежно передавали девочку и Джонни из рук в руки, фотографируя малышей со всеми присутствующими. Даже Томаса уговорили присоединиться к позированию перед фотокамерой рядом с тремя другими подростками, державшими в руках пирожки.

Отец Флинн привел трех чешских музыкантов. Им было одиноко в Дублине, они скучали по родине, поэтому отец Флинн привлек их. Они были вполне довольны, поскольку могли хорошо поесть, заработать денег на карманные расходы и порадовать аудиторию своим выступлением.

Они исполняли рождественские песни на чешском и английском языках. Наконец они запели:

В яслях спал на свежем сене

Тихий крошечный Христос

Месяц, вынырнув из тени,

Гладил лен Его волос…

Все притихли и стали смотреть на двух спящих малышей. Потом вполголоса подхватили следующие слова:

Бык дохнул в лицо Младенца

И, соломою шурша,

На упругое коленце

Засмотрелся, чуть дыша.

И все присутствующие, верующие и неверующие, прониклись духом Рождества.

— Спасибо, что ты согласился подвезти Матти, — сказала Лиззи, когда Деклан заглянул в дом Скарлеттов холодным серым январским утром. — Он терпеть не может ходить в банк. Он там себя чувствует не в своей тарелке. Он уже оделся как на парад. Все утро ведет себя, словно тигр в клетке.

— Не беспокойся, Лиззи. Мне по пути — я тоже туда еду, так что мне будет веселей с компанией.

Деклан догадался, что Матти и словом не обмолвился с Лиззи о визите к врачу. Он посмотрел на Матти — тот, по-видимому, надел свой лучший костюм и галстук. Деклан заметил, как сильно Матти сдал и похудел за последнее время. Странно, что Лиззи не замечает этого.

Они ехали в тишине. Матти нервно барабанил пальцами по ноге. Деклан подбирал слова, которые скажет, когда мистер Харрис сообщит диагноз, о котором Деклан догадывался по рентгеновским снимкам, томографии и анализам.

Сначала они заехали в банк, где Деклан обналичил чек, чтобы доказать, что у него тоже был повод туда заскочить. Матти снял со счета пятьсот евро.

— Даже скряге Харрису этого должно хватить с лихвой, — бормотал он, нервно засовывая деньги в кошелек.

Матти Скарлетту не очень хотелось носить при себе такую большую сумму, но еще больше ему не хотелось отдавать эти деньги какому-то скупердяю.

Однако мистер Харрис оказался милым, обходительным человеком. Он с радостью пригласил Деклана присутствовать на приеме.

— Если я начну сыпать медицинскими терминами, доктор Кэрролл сможет перевести мои слова на обычный язык, — с улыбкой сказал он.

— Деклан — первый человек на нашей улице, который стал настоящим профессионалом, — гордо заявил Матти.