Амбулаторный роман - Надежда Никольская

– Ладно. – Марк не очень-то ей поверил, но растерялся, не нашел что возразить.

Наталье не хотелось никого видеть. Она сняла халат и вышла из поликлиники. Сдерживаясь, чтобы не заплакать на улице, добралась до дома, где наконец дала волю чувствам. Вдоволь нарыдавшись, снова обрела возможность рассуждать спокойно. Изменить ситуацию она не может, грузить ею окружающих смысла нет. Она должна справиться. В конце концов, работа – это всего лишь работа. Если что, пойдет к маме. Директором салона красоты.

Придя к такому выводу, Наталья не стала сообщать Сергею и Кате, что уже написала заявление. Только накануне своего последнего рабочего дня за ужином призналась:

– Знаете, ребята, а я завтра последний раз в поликлинике работаю.

– Знаем. Две недели как знаем, – кивнул Сергей.

– Как? – растерялась Наташка. – И молчали?

– Мир не без добрых людей, мне сразу доложили, что ты заявление написала. И кстати, ты тоже молчала. Наташа, изменения – это необязательно плохо. Ты не знаешь, может, все к лучшему.

– Куда уж лучше. – Наталья почувствовала, что сейчас заплачет. – Выгнали, как идиотку. Девчонки со мной общаться боятся. И работы нет.

– Работу найдем. А девчонки эти… Забудь. У тебя мы есть, правда, Катерина?

– Правда, дядя Сережа! – немедленно откликнулась Катерина.

– Наташа, ты не одна. Все наладится. И вообще. Это же как в сказке.

– Чем дальше, тем страшнее? – всхлипнула Наташка.

– Нет, все изменилось по мановению волшебной палочки!

И вот Наталья последний раз прошлась по коридорам поликлиники. Она не стала прощаться с Антониной Алексеевной и с Марком. Потому что вечером они с Мариной напросились к ним в гости. Дома и поговорят.

Наталья вышла на улицу, свернула к дому, но потом решила прогуляться по району, по участку, по парку. Парк весной был чудесен: светло, тепло, поют птицы, никаких луж, даже алкоголиков не видно.

Дома ждали Катя и Сергей. И не было никаких оснований думать, что проблем и неприятностей в завтрашнем дне будет больше, чем радости.