Говорит и показывает Россия - Аркадий Островский

Один “новый русский” показывает другому “новому русскому” свой галстук и говорит: “Я за него сто баксов заплатил”. А тот фыркает и отвечает: “Тебя надули! Я точно такой же за тысячу купил”.

Одной из причин таких насмешек было поведение “новых русских”. Еще одна причина заключалась в том, что этот образ не вписывался в национальную традицию, где дух коммерции и предпринимательства чаще всего рассматривался не как добродетель, а как что-то отталкивающее и сомнительное. “Коммерсантъ” решил искоренить эти стереотипы.

Он завел регулярную колонку под смелой рубрикой “Что хорошего”. “Ничего плохого не случилось. И не могло случиться”, – гласил один заголовок. “Все нормально”, – уверял другой. Ксения Махненко, жена Владимира Яковлева и редактор “Коммерсанта”, писала: “Мы считаем, что все происходящее вокруг нас закономерно, а значит правильно… Если это называется «смотреть на мир сквозь розовые очки», то мы не возражаем. Почему бы и нет? Они ничем не хуже очков черных… Жизнь свободного человека отличается от жизни несвободного прежде всего тем, что все последствия своих поступков он создает сам. Сам и отвечает. Именно поэтому такая жизнь считается естественной, то есть – нормальной, то есть, собственно, счастливой”^[208]. Предполагалось, что этот оптимизм передастся не только “новым русским”, но и “старым”. Преимущества рыночной экономики по сравнению с плановой казались столь очевидными, что было почти невозможно представить себе, что кто-то может думать иначе.

В начале 1990-х на российских телеэкранах появился новый персонаж, который сразу же завладел вниманием миллионов. Его звали Леня Голубков, и он работал трактористом. Он ходил в мешковатом костюме и не отличался ни умом, ни образованностью. И тем не менее дела у него и вправду шли хорошо. Он справил жене новые кожаные сапоги и шубу, а через несколько месяцев собирался купить машину на деньги, накопленные благодаря “МММ” – инвестиционной компании, предлагавшей 1000 % прибыли.

Во всей этой истории было только одно “но” – “МММ” была финансовой пирамидой, а Голубков – вымышленным персонажем. Это был, наверное, самый успешный телевизионный проект 1990-х, оставивший позади даже латиноамериканские сериалы. Русским Понци оказался пирамидостроитель Сергей Мавроди – математик, сделавшийся аферистом. Он придумал схему самофинансирования, выпуская акции компаний-пустышек и выплачивая дивиденды инвесторам, вложившим деньги раньше, деньгами новых вкладчиков. Цену на акции “МММ”, которая в начале 1990-х опутала своими сетями всю страну, Мавроди назначал сам. К моменту крушения пирамиды “МММ” в нее оказались втянутыми около 15 миллионов человек.