Поцелуй меня первым - Лотти Могач

Поэтому я вздохнула с облегчением, выйдя из метро на «Олд-стрит» ровно в семь вечера и увидев вокруг прилично одетых людей, причем многие были в костюмах. У меня была распечатка «Гугл-карты», и через пять минут я нашла бар «Дракон», расположенный в пыльном закоулке. Снаружи ничем не примечательный, он уже был забит посетителями, громко обсуждавшими свои дела. Мои опасения не подтвердились: большинство из сидящих за столиками выглядели вполне пристойно, многие сидели в пиджаках; впрочем, я все же заметила девушку, которая зачем-то надела блузку задом наперед, и еще мужчину с обесцвеченными волосами, стоящими торчком. За столиками мест не оказалось, и я села у стойки, заказала апельсиновый сок и, открыв книгу, демонстративно погрузилась в чтение, краем глаза поглядывая на главный вход.

Коннор прибыл в 19:40. Как только он толкнул дверь, у меня тут же подскочил уровень адреналина, как бывает, когда оступаешься, спускаясь по лестнице. На нем был темно-синий деловой костюм, почти неотличимый от прежнего, только полоски казались чуть пошире, и я сочла, что у него – Коннора, то есть – цветущий и счастливый вид. С ним пришли двое мужчин, одного из которых я видела тогда в закусочной, и женщина с гладко уложенными каштановыми волосами, одетая в облегающий черный костюм. Коннор осмотрелся; заметив знакомые лица, он воскликнул: «Ага!», и начал проталкиваться сквозь толпу к компании из семерых человек. Все они были в деловых костюмах, мужчины пили пиво, а женщина держала в руке бокал белого вина. Коннор похлопал одного из коллег по плечу и что-то сказал. Коллега расхохотался. Другой, тот, что был с Коннором в закусочной, подошел к каждому, и, вопросительно подняв брови, что-то спросил, показывая пальцем на полупустые бокалы, после чего направился к барной стойке.

Я не предполагала, что Коннор окажется в такой большой компании, и теперь раздумывала, как к нему подобраться. Протиснувшись сквозь толпу, я остановилась чуть поодаль, но так, чтобы слышать, о чем говорят. Я все еще держала книгу перед глазами, хотя в толчее это выглядело неестественно. Коннор продолжал о чем-то говорить с тем, кого похлопал по плечу. До меня донеслось: «Как всегда, верно?», но я не уловила, к чему это относилось. Его собеседником наверняка был тот самый Джастин Здоровяк: рукава розовой рубашки плотно облегали рельефные, накачанные бицепсы, а шея казалась такой же массивной, что и затылок.

Джастин завел разговор о ком-то из сотрудников (имени я не разобрала), которого Джастин застал на офисной кухне за каким-то неподобающим занятием. Все в компании, похоже, знали эту историю, но продолжали посмеиваться, слегка покачиваясь на носках. Тут другой мужчина заговорил о своей командировке в Латвию. Подробностей я не услышала, и вообще рассказ прошел мимо меня, но я заметила общую тенденцию: каждый ждал своей очереди, чтобы вспомнить забавный случай. Адвокат в очках, очень похожих на те, что носил Уильям, брат Тессы, теперь заканчивал анекдот: «…По крайней мере, так она сказала». На этом месте все дружно рассмеялись.

Коннор тоже смеялся и кивал головой, слушая, о чем говорят другие, но при этом глядел мимо них, как будто выискивал кого-то в толпе. Еще он то и дело посматривал на часы. К нему наклонился коллега и негромко спросил, не хочет ли Коннор сходить в туалет, точь-в-точь как девчонки в школе. «Не, я потом», – ответил Коннор. Мне вспомнились его слова о том, как скучно ему с другими людьми, если рядом нет Тессы. Захотелось подойти, тронуть его за руку и сказать: «Я здесь!»

Когда у всех опустели бокалы, к барной стойке отправился уже другой человек; если они покупали выпивку по очереди, значит, вскоре настанет черед Коннора. Вот и шанс оказаться с ним один на один. Я подобралась к стойке и приготовилась, выжидая, когда естественная физическая близость позволит мне завести с ним разговор.

До тех пор, пока дошла очередь до Коннора, за выпивкой сходили еще трое, так что все это время я наблюдала за ним. Волосы немного прикрывали ему уши, а на стриженом затылке виднелись три прыщика. Он слушает собеседника, слегка наклонив голову вбок. В одной руке он держал стакан, другую засунул в карман брюк; на плече висела большая кожаная сумка. Мне до смерти захотелось узнать, что в ней. Вокруг его глаз пролегли тонкие морщинки, и я украдкой позавидовала всем, кому улыбался Коннор. Ну разве не глупо?

Наконец настал черед Коннора делать заказ. «Ну что, народ, всем повторить?» – сказал он и двинулся к барной стойке.

Вот он, мой шанс. Убедившись, что обложка книги хорошо видна, я протиснулась сквозь толпу и как бы случайно толкнула Коннора.

– Извини, – выпалила я, и затем: – Привет.

– Привет, – проговорил он, глядя на меня сверху вниз. У меня перед глазами оказались его губы и свежевыбритый подбородок. От Коннора пахло пивом. Моя рука все еще оставалась прижата к его правому бедру. Сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди, дыхание сперло, и в какой-то момент я с отчаянием подумала, что не смогу заговорить. Я сглотнула слюну, глубоко вздохнула и заставила себя вспомнить заранее заготовленную реплику для начала беседы.

– Часто здесь бываешь?

По непонятной причине Коннору стало смешно. Запрокинув голову, он издал короткий смешок, больше похожий на отрывистый кашель.

– Надо же, а я-то думал, так уже не говорят, – сказал он. – Прошу прощения. Как это бестактно с моей стороны. Отвечая на твой вполне закономерный вопрос – да, я вообще-то часто сюда прихожу. А ты?

– Я здесь впервые, – ответила я.

Коннор пристально посмотрел на меня.

– Мы раньше не встречались? Ты не из «Клиффорд Чанс»?

Я отрицательно мотнула головой.

Коннор пожал плечами, но вполне вежливо. Он поймал взгляд бармена, сделал знак рукой и, бросив мне короткое «Извини», оперся на стойку и стал диктовать заказ:

– Пять «Стелл», один «Гиннесс», большой бокал белого вина и диетическую колу.

Затем Коннор обратился ко мне:

– Ты как?

Странный и неуместный вопрос. Внутри у меня все переворачивалось, хоть я изо всех сил старалась не подавать виду.

– Ничего.

Повернувшись к ожидающему его бармену, Коннор проговорил: «Это все», и только тогда до меня дошло, что Коннор, должно быть, предлагал заказать что-нибудь и мне. Бармен отошел, и Коннор обернулся:

– И все-таки я уверен, что где-то тебя уже видел.

Только я раскрыла рот, чтобы сказать «нет», как он протянул руку к моему лицу. Я замерла, представив на секунду, что сейчас он проведет рукой по моей щеке. Он дотронулся до флешки на цепочке, висящей у меня на шее. С тех пор, как у меня поселился Джонти, я завела привычку копировать все данные на флешку и всегда брать ее с собой, на случай если он забудет выключить плиту и устроит пожар, пока меня не будет. Цепочка с флешкой висела поверх кофты, и я не почувствовала прикосновения его пальцев, но все равно невольно вздрогнула. Я заметила, какие у него чистые и ровно остриженные ногти. Мама бы одобрила. У меня снова резко подскочил адреналин от мысли, что на этой флешке – вся информация о нем и Тессе. О нем и обо мне.