Рандеву и другие рассказы - Дафна дю Морье

– Да, все сложилось удачно, вот только… совсем недавно… я поняла, что мне так много хочется для тебя сделать. Я хочу быть твоей рабой, хочу всегда быть рядом!

У него неприятно заныло внизу живота. Никак она не уймется! Неужели эта связь будет такой же, как последняя? Опять все сначала?

– Господи, если бы у меня были деньги, – мрачно сказал он и, подняв подбородок, сурово сдвинул брови.

– Деньги? Что значат деньги? – нетерпеливо воскликнула она. – Ненавижу деньги! Я бы все их отдала и уплыла с тобой на первом подвернувшемся старом, закопченном суденышке.

Он улыбнулся вяло, без всякого энтузиазма.

– Когда-нибудь очень скоро мы уплывем, – пообещала она.

У него резко испортилось настроение.

– Конечно, богатством теперь не хвастаются, – небрежно заметил он. – Хотя оно, несомненно, кое-что значит в нашем жестоком мире. Так устаешь все время к чему-то стремиться, с кем-то бороться, иной раз даже думаешь: зачем писать? Зачем продолжать? Ради чего? Быть бедным – сплошное мучение.

– Но ты же знаешь, любимый, что теперь, когда у тебя есть я, ты можешь ни в чем не нуждаться. Все, что у меня есть, – твое, все, что ты ни попросишь.

Он подумал о машине, которую она обещала ему купить. Вдруг забыла?

– Я не могу все время принимать от тебя подарки, – пробормотал он. – Ты не представляешь, как это больно, как ужасно я себя чувствую.

– Глупенький, ты забываешь, что ты и я – это «мы», а не два разных человека. Когда люди любят друг друга, как мы с тобой, такие вещи воспринимаются просто и естественно. Сам посуди: если бы мы поменялись местами, ты ведь сделал бы для меня то же самое. И потом, мне так приятно тебе помогать.

– Правда? Если бы не моя проклятая гордость!

– Но ты же гений! Тебе не пристало думать о деньгах. Ты выше корысти, выше грубой, материальной стороны жизни.

– Гм, пожалуй, ты права.

Нахмурившись, он барабанил пальцами по столу.

«Бедненький, – думала она, – такой талантливый и такой ранимый!»

– Ты разрешишь мне тебе помогать? – умоляюще произнесла она.

Пожав плечами, он отодвинул тарелку.

– Если тебе так хочется, – угрюмо ответил он и решил, что пора сменить тон беседы. – Забудем о деньгах, о работе, обо всем на свете и будем радоваться, что мы вместе, – проговорил он с улыбкой. – Это главное, все остальное – ничто, правда?

– Ничто, – согласилась она.

– Вот бы сейчас все разошлись, и мы оказались одни, как вчера. Помнишь, что было вчера?

– Помню ли? А ты как думаешь?

Она снова пожала под столом его руку.

– Скажи, та женщина, о которой ты говорил, вы с ней до сих пор встречаетесь?

– Боже правый, нет, конечно! Да у нас с ней ничего и не было, совсем ничего. Она всегда оставалась для меня лишь другом. Кажется, уехала за границу вместе с детьми. – Он чиркнул спичкой, наклонился прикурить, потом закрыл глаза и отогнал дым. – Я готов целовать тебя сутки напролет, не переставая.

Какое счастье доставляли ей эти старые как мир, истертые слова!

– Пойдем? – прошептала она.

Когда принесли счет, возникла некоторая неловкость. Она настаивала, что сама все оплатит, он протестовал. Но, стоило ему на секунду отвернуться, как неприятная ситуация тут же удачно разрешилась.

В порядке компенсации он остановил такси, выразительно гремя мелочью в кармане.

– Нет-нет, я провожу тебя до дома, – с укором сказал он, когда на прощанье она протянула ему руку.

Такси лавировало в потоке машин, и их поцелуи, хоть и страстные, не особенно удавались.

– Если бы так было всегда, – солгал он.

Она мечтательно улыбнулась и полезла за пудреницей.

Он откинулся на спинку, положил ноги на сиденье напротив и постучал в пол тростью.

– Кстати, – начал он, – по поводу авто, о котором ты говорила. Я тут подумал…

Прием был невыносимо скучный, и обещанный ему нужный человек так и не появился. Пришла, правда, его дочь, молоденькая простушка, – с красными локтями, в вечернем платье. В профиль даже симпатичная, но слишком уж молоденькая, слишком. И все же он времени зря не терял. Папаша как-никак важная шишка. Никогда не следует упускать подвернувшейся возможности.

Он заговорил с ней в начале вечера и просидел рядом до конца.

– Знаете ли – клянусь, я вам не льщу, – в тот момент, когда я вас увидел, я сказал себе: «Вот кто меня поймет». Что-то было такое в ваших глазах.

Девушка, покраснев, с интересом на него посмотрела.

– Надо же, со мной раньше так никто не разговаривал. Поскольку я дочь своего отца, от меня ждут, что я буду повторять его суждения, и, кажется, никому не приходит в голову, что у меня есть собственные мысли.

Он презрительно рассмеялся:

– Абсурд! Поговорив с вами пять минут, понимаешь, что вы человек отнюдь не ординарный. Признаюсь, я огорчен, что не познакомился сегодня с вашим батюшкой, но вы возместили это упущение – более чем возместили.

– Вам просто необходимо с ним встретиться! – воскликнула она. – Не сомневаюсь, что вы с ним быстро найдете общий язык.

– Как мило, что вы так думаете, дорогая моя. Однако сейчас расскажите мне лучше о себе.

Девушка вцепилась в свой ридикюль горячими липкими пальчиками.

– Да мне нечего рассказывать, совсем нечего.

– Это неправда. Но ничего, я чувствую, что мы станем настоящими друзьями. – С улыбкой он протянул ей портсигар. – Вы не курите? Какое приятное разнообразие! Теперь повсюду встречаешь женщин с сигаретами, это так утомительно.

Взгляд девушки скользнул к хозяйке дома в окружении гостей.

– Она мила. Вы хорошо ее знаете?

– Я бы сказал, наши дороги иногда пересекаются, – небрежно бросил он. – Но меня никогда не привлекала роскошь. Мне по душе простые вещи, книги, одиночество или общение с теми, кто меня понимает.

– Мне тоже.

Они улыбнулись друг другу.

– С вами я могу говорить обо всем, – ласково сказал он, – не только о книгах, но и о предметах, которые действительно что-то значат. Большая редкость, когда можешь обсуждать секс с девушкой вашего возраста и не чувствовать стеснения, не быть все время начеку. К тому же вы такая хорошенькая! Да, подобный разговор – большая редкость, вы необыкновенная девушка. Но вам, наверное, говорили это сотни раз.

– Нет, никогда…

– Просто не верится!

Он придвинулся ближе и прижался ногой к ее колену.

Хозяйка оставила гостей и прямиком направилась к ним. Торопливо извинившись, он поднялся и шагнул ей навстречу.