Потерять и найти - Брук Дэвис

– Простите, пожалуйста, моя дорогая, вы водить умеете? Вы не могли бы переставить машину подальше от бензоколонки? Саймон снова шляется не пойми где. Ключи должны быть внутри. Извините, что утруждаю.

Агата встала и посмотрела в окно. Шесть или семь машин выстроились друг за другом, ожидая своей очереди. Одна из них несколько раз погудела.

Мужчина за прилавком возился с кассовым аппаратом. Агата оглянулась на Карен и сощурилась. Так она чем-то походила на маму Милли.

Как объяснить своему ребенку, что жизнь такова?..

– Надо что-то придумать, – сказала Агата вслух, надевая на плечо сумку.

– Что, простите? – спросила Карен.

Агата тем временем уже шагала к выходу.

– Умею, говорю. Водить.

– О, спасибо, моя дорогая, – Карен улыбнулась. – Сайм, наверное, нашел, на что еще попи́сать.

– Наверное, – согласилась Агата.

Она остановилась у раздвижных дверей и обернулась к Карен.

– Слушайте. – Двери позади разъехались, и в спину Агате пахнуло жаром. – Мне и правда ужасно жаль.

Карен отмахнулась от ее извинений.

– Никаких проблем, моя дорогая. Пирог-то совсем дешевый.

– Нет, – пробормотала Агата, направляясь к машине. – Я не про то.

Агата открыла дверцу и забралась в салон. Ключи были в замке зажигания. Она сжала их в ладони. Ключи зазвенели. Она завела двигатель… И вдруг представила свое лицо на плакате – как на том, с Карлом. «Разыскивается». Она нажала на педаль.

И, вот в чем подвох, – не остановилась.

Агата вспомнила нарисованную от руки машинку возле черной стрелки, которая вела к «Большому австралийскому бару», и не остановилась.

– Ну, – выдохнула она в никуда. – Это уж точно десять из десяти!

12:17. А потом она выехала на шоссе. Она, Агата Панта, выехала на шоссе посреди пустыни! Не превышая, конечно, шестидесяти километров в час, но все же.

– Я еду! – закричала Агата в окно. – Я еду! – заявила она какому-то чиновничку с сигаретой во рту.

– Да неужели, бабуля! – ответил он.

– Я еду! – сообщила она женщине, у которой, судя по всему, сломался автомобиль.

– Да пошли вы! – крикнула та.

– Я еду! – вопила Агата небу и птицам, а в ответ – лишь молчание, лишь ветер в лицо и рев в ушах – рев сильного, сильного ветра.

– Отличная работа, птички! – крикнула она в окно. – Какая ровная дорога! – Она схватилась за руль обеими руками и расплылась в улыбке. – Какой надежный почтовый ящик! Великолепная вывеска! Милые пятнышки, буренки! Красавцы деревья! Вон то облако мне улыбается! Чудесный цвет, небо!

Агата потянулась было поправить очки, но не обнаружила их и мысленным взором увидела, как они лежат на раковине в туалете. Она постаралась не моргать и открыла глаза пошире, впуская в них прохладный воздух.

У обочины Агата разглядела указатель.

– О! – воскликнула она и со скрипом затормозила.

«Большой австралийский бар», – говорил указатель.

Он велел повернуть на прямую и длинную грунтовую дорогу, которая казалась бесконечной.

Агата сверилась с картой. Сглотнула. Нашла поворотник. Включила.

– Миленький звук, поворотник, – прошептала она.

И повернула налево.