Француженки не крадут шоколад - Лора Флоранд

Кэйд словно сквозь землю провалилась. Куда она подевалась? Сильван прошел всю улицу от начала до конца, проверив все ресторанчики и магазины.

– Coucou, me voilà![116]– донесся откуда-то сверху веселый голос.

Сильван вздрогнул, отвлекшись от попыток разглядеть людей за окнами в полутемных недрах бара, находившегося неподалеку от его дома.

Шанталь помахала ему с боковой улочки, стоя перед входом в многоквартирный дом, приблизившись к Сильвану, поцеловала его.

– Выбираешь место для выпивки?

– Я… нет, прости, не сегодня вечером.

Может, ему следовало бы проверить соседние кварталы? Шанталь взяла его под руку, нахмурив тонкие выщипанные бровки.

– Что случилось?

– Ничего.

Ему захотелось высвободиться от Шанталь и продолжить поиски. Кто еще может охотиться за теми ножками прямо сейчас? Он не сомневался, что ее пожелает подцепить сегодня любой праздношатающийся мужчина в этом квартале. Какова вероятность того, что Кэйд не попадется на удочку очаровательно улыбающегося ей озабоченного туриста и не позволит ему угостить ее выпивкой? Она выглядела слишком высокомерной, слишком равнодушной, но с ним повела себя как легкодоступная особа.

Радостная улыбка исчезла с лица Шанталь. Она помрачнела. Потом брови ее игриво изогнулись, и она бросила на него поддразнивающий взгляд.

– Я прочитала о Похитительнице Шоколада. По-моему, это просто возмутительно! Неужели к тебе действительно вломилась Кэйд Кори? Та американская богачка из ресторанчика, где мы на днях ужинали? Она пыталась выкрасть твои рецепты?

– Шанталь, прости, – отрывисто произнес Сильван и, наклонившись, запечатлел на щеках подруги пару легких примирительных поцелуев. – Давай как-нибудь пообедаем на днях. А сейчас мне надо идти.

Она уже смотрела на него серьезно и с сочувствием, словно видела человека, спешившего на похороны. В последний момент, когда Сильван шагнул в сторону, рука Шанталь соскользнула с его локтя и сжала его ладонь.

– Сильван, – сказала она, удерживая его.

Он оглянулся, стараясь быть вежливым и терпеливым со своей давней подругой.

– Не нарывайся на страдания, – небрежно бросила Шанталь. – Ты вечно попадаешь впросак.

Ему так и не удалось отыскать Кэйд. Он обошел ближайшие кварталы, всматриваясь в окна витрин, потом осознал нелепость своих поисков, захотел спать и вернулся домой. Там он рухнул на кровать, не раздеваясь, и проспал до следующего утра. Всякий раз, когда Сильван забывал принять душ перед сном, его одеяло еще несколько дней пахло какао.

На следующее утро он пришел в лабораторию поздно и увидел, что служащие оставили мраморную столешницу в неприкосновенном виде, словно оберегали место преступления. Там лежало очень странное пирожное: два тонких коричневатых печенья, слепленные вместе начинкой из зефира, и «Шоколад Кори». Зефир, похоже, слегка подгорел. Его сердце забилось чаще.

– Что это?

Бернар покачал головой.

– Мы не в курсе. Когда пришли сюда утром, то все так и было.

Значит, она возвращалась. Может, опять в своих кожаных брючках или в кружевных легинсах с высокими сапогами. Увы, он упустил ее.

Сильван взял пирожное и с подозрением оглядел его. Может, Кэйд сыпанула туда отравы? Иначе для чего она оставила для него какую-то подпорченную стряпню?

– Интересно, как она умудрилась получить подгорелый зефир? – удивленно проворчал Сильван себе под нос.

Ни у кого не возникло желания ответить. Никто не выразил удивления и по поводу того, где она умудрилась найти зефир или печенье в его лаборатории. Неужели на сей раз притащила ингредиенты с собой?

Что это могло означать? Сильван думал, что Кэйд Кори отчаянно стремится приобщиться к его миру. Похитительница, оставляющая ущербные подарки, вместо того чтобы похитить нечто более ценное… Что за глупость?

Сильван осторожно попробовал пирожное и поморщился. Печенье раскрошилось, а зефир прилип к губам.

– Приторная гадость, – проворчал он.

Подняв голову, он увидел, что сотрудники собрались вокруг, взирая на это изделие почти как на ядовитую змею.

– Однако тут есть простор для творческой фантазии… – неуверенно произнес Сильван.

Он не смог заставить себя продолжить дегустацию, но и выбросить этот «шедевр» не решился. Забрав его к себе в кабинет и положив на письменный стол, Сильван вышел из лаборатории, направился через улицу к знакомой парадной и поднялся наверх к ее квартире.

На звонок никто не отозвался.

Кэйд в это время находилась в квартире Кристофа, и он учил ее готовить шоколадный торт, который – по его заявлению – собирался назвать в ее честь. «Ля Кэйд». Она улыбнулась. Парень смешил ее. Его энтузиазм был крайне беззастенчивым и заразительным.

Кэйд провела у него утро, чувствуя себя играющим ребенком, и даже разрешила Кристофу снять для своего блога десятисекундный видеоклип о том, как она, улыбаясь, пробует его новый торт. Потом Кэйд отправилась в Брюссель на скоростном фирменном поезде. Отец захотел, чтобы она выяснила – пока неофициально – мнение братьев Фирензе об участии в покупке акций «Девон канди».

«Девон канди». Один из их сладких батончиков выпускался в ярко-розовой обертке. Даже мысль о нем вызывала у нее уныние.

Прочитав вечером новости блога «Гурман», Сильван разозлился. Кристоф провел целое утро, готовя вместе с Кэйд? Даже назвал в ее честь какое-то шоколадное пирожное? Эта роль предназначалась Сильвану. И он сыграл бы ее гораздо лучше. В их видеоклипе, который Сильван просмотрел раз десять, Кэйд искрилась радостью. Он реально мог бы прикончить этого парня, окажись тот поблизости!