Мальчик и пёс - Сэйсю Хасе

С разрешения Маэды, заключившего, что пес полностью поправился, Утимура вывел Тамона на прогулку. С ними, конечно, пошел и Хикару.

Первый раз за долгое время Хикару вышел со двора, поездки в больницу не в счет.

Выйдя из дома на улицу, они повернули налево и минут через десять были за городом, где начинались рисовые поля. Здесь автомобили уже попадались редко.

Тамон, не демонстрируя никакого недовольства ошейником и поводком, шел слева, рядом с Утимурой.

Через некоторое время шедший впереди их процессии Хикару обернулся и протянул к Утимуре правую руку.

— Хочешь повести Тамона? — спросил Утимура.

Ответа не последовало, однако Хикару, не мигая, с ожиданием смотрел на него.

— Ты как, Тамон? Не возражаешь?

Отец перевел взгляд на собаку. Глаза Тамона сверкали так же ярко, как у Хикару.

Утимура присел и заглянул сыну в глаза.

— Ни за что не отпускай поводок. Понял?

С этими словами Утимура вложил поводок в руку Хикару. На лице мальчика отразилось смятение. Радости его не было предела.

— Тамон! — позвал он собаку. Пес подбежал к мальчику и с удвоенной энергией замахал хвостом.

— Тамон!

Хикару пошел дальше, держа в руке поводок. Тамон в том же темпе вышагивал с ним рядом. Создавалось впечатление, будто они давно ходят так вместе.

Чуть приотстав, Утимура смотрел им вслед.

Тамон уже набрал вес, в том, как он шел, чувствовалось внутреннее благородство. В глубине души Утимуры зрела уверенность, что, если что-то случится с сыном, пес бросится его защищать.

Утимура вдохнул полную грудь воздуха.

Над головой простиралось голубое весеннее небо, плывущие по нему облака отражались в водной глади заливных рисовых полей. Доносился шум бежавшего неподалеку горного потока. В Камаиси еще стояла зима, но в Кумамото март радовал хорошей погодой. Было полное ощущение, что весна уже в самом разгаре.

Мир, в котором шли вместе Хикару и Тамон, был наполнен цветом, запахами и звуками весны.

Утимура не думал, что наступит день, когда он увидит такую картину. Он делал для Хикару все, что в его силах, но иногда как-то само собой возникало чувство безысходности. Этого нельзя было отрицать.

Хикару оставалось только рисовать. Сидеть дома, не выходя на улицу, о школе и говорить нечего. А Утимуре и Хисако придется смириться и жить так втроем с Хикару, как-то поддерживая сына.

Вот какие мысли путались у Утимуры в голове.

И вот Хикару шагает по улице под лучами весеннего солнца и улыбается. И обожает идущего с ним рядом Тамона.

«Уж не снится ли мне все это? — думал Утимура. — Не сон ли эта картина, которую я сейчас наблюдаю, само спасение Тамона? Вот открою глаза — и все станет как прежде».

При этой мысли он изо всех сил затряс головой и заставил себя идти дальше.

К Хикару, который пережил столько всего, протянул руку сам господь. Тамон — его посланник. Поэтому надо просто быть благодарным за то, что Хикару играет с Тамоном и смеется.

— Хикару! — позвал Утимура шедшего впереди сына.

Мальчик обернулся. Прежде он никак не реагировал, когда Утимура или Хисако обращались к нему.

— Вот посмотри. Это наше поле, мы на нем работаем.

Их семья арендовала у местного кооператива два тана^[75] земли под выращивание риса. Урожай был чересчур велик для их маленькой семьи, и они посылали остатки риса оставленным в Камаиси знакомым, чему те были весьма рады. Рис они выращивали на принципах натурального земледелия^[76] — все-таки им кормили и ребенка тоже. Большинство полей в их местности использовалось для выращивания риса для личных нужд. Химические удобрения почти не применялись.

Утимура взял Хикару за руку, и они пошли дальше по межевой дорожке. Шли бы они вдоль чужого поля, он бы, конечно, постеснялся, но это были его владения и потому можно было позволить мальчику поиграть на этой меже с собакой. Дальше его поля открывалась низинка, тянувшаяся через нее дорожка была шире, по ней легко мог проехать грузовичок.

Выведя на нее Хикару и Тамона, Утимура спустил собаку с поводка.

— Можешь здесь побегать, Тамон. И Хикару тоже.

Тамон припустил бегом. Через несколько метров остановился и обернулся назад. Будто приглашал Хикару последовать за ним.

Хикару понял, что хотел «сказать» Тамон. Он принял приглашение и побежал за собакой. Тамон вильнул всем телом и затрусил вперед, то и дело оглядываясь на мальчика, чтобы бежать с ним в одном темпе.