Жена пРезидента - Ева Ланска

– А с женщиной как? Тоже небось не безнаказанно? – озадаченно спросила тетя Оля, задрав брови к самому краю своего «почтового» лица.

– Вот именно! – подтвердила Алла Васильевна. – Я, например, абсолютно уверена, что сексуальная связь старит женщину. Потому что на каждого мужчину ты выделяешь новый кусок энергии. Женщина всегда отдает, а мужчина подпитывается. Не важно, живете вы вместе или просто спите, ты для него являешься определенным источником энергии, на который он подсаживается как на батарейку. Он от него заряжается. Женщина потому и способна быть матерью и давать жизнь, что она постоянно перерабатывает энергию, которую получает из космоса. Мужчина не получает энергию из космоса вообще. Он черпает энергию от женщины – это один из его постоянных источников. Сначала от матери, потом от женщины, с которой живет. На определенного мужчину ты открываешь определенный канал, который для другого мужчины не подходит. И чем больше мужчин появляется в твоей жизни, чем более теплые отношения, тем больше ты отдаешь своей энергии. Вот так. И это не я придумала. Многие прогрессивно мыслящие женщины разделяют эту теорию, что каждый новый контакт, особенно не завязанный на истинных чувствах, приближает старение женщины и омолаживает мужчину.

– Так все-таки «ура» беспорядочным связям? – сделал вывод сын.

– Связь омолаживает мужчину внешне, но внутренне вкладывает в него карму этой женщины, даже если они больше никогда не встречаются. Он записывает на свой энергетический блок, вместе с ее энергией, и все ее проблемы. Мои подруги, постоянно меняющие партнеров, выглядят старше, чем те, которые живут с одним мужчиной или вообще без него. А после каждого нового партнера у женщины появляется дополнительный седой волос или морщина. Это научно установленный факт!

– Поэтому у старушек седая голова? По количеству сексуальных партнеров? – пошутил сын.

Но Алла Васильевна к шуткам была не расположена.

– Нет, вопрос не в этом. Все люди стареют, но женщины, которые часто меняют партнеров, стареют гораздо быстрее. Может, не сразу после нового партнера появится морщинка, но она зародится во время этой связи.

– Ты потрясающе выглядишь, мам, но откуда ты взяла эту теорию? – серьезно спросил Александр.

– Говорю же, читаю я, интересуюсь, сынок. Да и жизнь научила. А ты тоже подумай над этим на досуге…

– Подумать о чем? Я женат. У меня два года одна женщина. Вот она, рядом сидит.

– Подумай, подумай… – повторила Алла Васильевна и, повернувшись к Саше, спросила: – Есть о чем размыслить, правда же, Сашенька?

– Давайте, я помогу убрать? – предложила Саша.

– Да-да, неси все на кухню, милая, – разрешила свекровь.

На кухне тетя Оля заняла Сашу рассказами о безоблачном Санечкином детстве.

– Он хорошенький такой был! Кудряшки белые, глазки голубые, ножки колесиком! В машинки обожал играть и в Анютины куклы, сестры его, Анютки. Ты общаешься с сестрой-то?

– Конечно, – соврала Саша.

– Она обижалась на него, что куклы ее брал. Она их оденет, рассадит по местам, а он раздевает и разбрасывает, она в слезы! Ох, ругались они, когда маленькие были… А вы чего ж мать на свадьбу не позвали? Она обиделась, до сих пор переживает.

– Да не было еще свадьбы, тетя Оль. Мы только расписались, а свадьбу решили потом. Как деньги будут. Сейчас так принято. Все так делают.

– А-а-а, ну это другое дело. Денег-то много нужно… Отнеси, пожалуйста, сахар на стол.

Не доходя до гостиной, Саша остановилась с сахарницей в руках, услыхав приглушенный голос Аллы Васильевны:

– У нее свои волосы-то каштановые или хной подкрашивает?

– Свои, мам, и хватит уже об этом.

– Ну как же хватит, я же переживаю! Ты же мне не чужой. Не пойму, что ты в ней нашел! Тощая, у нее болезнь, наверное, какая-то. Ты обрати внимание, круги под глазами, не дай бог забеременеет, она же ребенка угробит.

– Мам, ты можешь на другую тему говорить? Или мы уедем сейчас.

– Сашенька, сынок, ну кто же тебе, кроме матери, это скажет-то? Такие красотки у тебя были… А это что? Ну, просто смотреть жалко! А где эта твоя мисс Сургут? Алёна, кажется?

– Мисс Сургут в Сургуте, мам. А я уже же-нил-ся. Всё! – по слогам проговорил сын.

– Жена не стена, можно и подвинуть, как в народе говорят… – пробурчала Алла Васильевна, и Саша, сжав сахарницу за белые уши, вошла в гостиную, не дожидаясь конкретных предложений по сносу стены.

– Извините, Алла Васильевна, – сказала она, – у меня что-то голова разболелась. Сегодня у нас с мужем был трудный день. Вы не обидитесь, если мы поедем?

– Да, мам, мы правда устали. Мы здесь еще четыре дня будем, заедем в следующий раз, – поддержал ее муж.

– У тебя со здоровьем-то все нормально, милая? – недоверчиво спросила свекровь.

– Я диспансеризацию только что прошла. Медицинскую карту вот только не захватила с собой, – ответила Саша.

– Мы вместе ее проходили, – добавил, улыбнувшись, Александр.

Сашу наполнило теплое, почти уже забытое чувство единения с мужем. Она тайком улыбнулась ему, чтобы свекровь не видела.

Последний взгляд Аллы Васильевны, брошенный на невестку при расставании, выражал несложную, хорошо оформленную мысль: «Я тебя уничтожу, гадюка! Не будь я Алла Васильевна Добродел!» Возможно, свекровь использовала менее литературную речь, но Саша предпочла мысленно приподнять духовный уровень новой родственницы.

Муж полулежал на кровати гостиничного номера с ноутбуком на животе. Откинутая пола казенного махрового халата обнажала его красивые ноги, покрытые светлыми волосками. Он только что вышел из душа.

В номере «люкс» челябинской гостиницы «Алмаз» имелись гидромассажный душ, беспроводной Интернет, мини-сейф, мини-бар и мини-ощущение домашнего уюта.

Саша устроилась рядом. Она смотрела, как муж гоняет пальцем курсор по монитору, легко трогает кнопки, читает, и почувствовала, что возбуждается.

Она провела рукой по его бедру вверх, глядя ему в лицо, пока он не оторвал глаз от экрана и не посмотрел на нее.

– Что ты делаешь? – спросил он.

– Хочу тебя…

– Давно? – улыбнулся он, откладывая ноутбук.

– Очень…

– Ну, добивайся своего, ты же умеешь, – съязвил он по привычке, но голос его дрогнул.

Она взяла его лицо в ладони, наклонясь к самому уху, прошептала:

– Поцелуй меня. Там… – Кровь бросилась ей в лицо.

Он ничего не ответил, повернул ее на спину, крепко сжав руками бедра. Ее тело содрогнулось от долгожданного ощущения его языка, нежно проминающего себе норку поглубже в бутоне ее губ…

Мини-сейф с мини-баром растворились в тумане наслаждения, заполнившем всю ее целиком. Ей казалось, гостиница «Алмаз» вместе с городом Челябинском остались где-то в другой жизни. Их вообще нет, нет больше ничего, есть только ОН, превращающий ее тело в раскаленную материю…