Потерянный среди домов - Дэвид Гилмор

– Он смылся.

– Когда?

– Посреди ночи.

В конце концов они дойдут до ушей дьякона. Будучи ответственным козлом, он встанет со своего места, вытрет рот и очень солидно обратится к главному столу. К этому моменту все уже будут знать и будут смотреть во все глаза. Дьякон подойдет к главному столу, повернется спиной, пройдет дальше, пока не приблизится к Психо Шиллеру. Он наклонится и прошепчет ему на ухо. Психо, понимая, что на него смотрят, не поднимет взгляда. Просто сделает маленькую заметку в блокноте и вернется к завтраку. Выждав необходимое количество времени, скажем, минуту или две, не больше, он поднимется и, по-прежнему ни на кого не глядя, выйдет из столовой. Вскоре после этого придется попотеть Е.К., директор школы в своем красивом пиджаке и Психо знают, как это сделать, Е.К. будет плакать, все лицо красное, и твердить: «Он отправился в Техас, он отправился в Техас».

А я, вместо того чтобы во весь опор мчаться на юг (я был в пятидесяти ярдах от абсолютной свободы), я, обсосанный, вернусь обратно. На перемене буду сидеть на заднем сиденье полицейской машины рядом с главным зданием, черт побери, на потеху всей школе. Придется вернуть одиннадцать долларов. Меня исключат. Я буду одним из тех парней, которые идут по квадратному двору: никто со мной не разговаривает, все жалеют меня, словно я прокаженный или что-то вроде этого. Я даже не смог сделать из этого траханое приключение.

Мы ехали, начало светать. Это было самое поганое утро, серое небо, немного дождит, все вокруг так безотрадно, грустные маленькие домишки то и дело мелькают за окном. Проносятся телеграфные столбы. Я вытираю запотевшее окно рукавом куртки. Еще несколько дерьмовых маленьких домишек как шлепок посреди ничего. Я сидел в задней части автобуса и дремал, слов – но старый простофиля. Наверное, мой мозг искал спасения во сне.

Автобус свернул с шоссе и двинулся по мрачной деревенской дороге. Я огляделся. Какой – то парень впереди готовился сойти. Я посмотрел на часы. Еще даже не было шести, но было до хренового светло. Мы въехали в маленький городок, очень симпатичный, с яркими цветными магазинчиками, бегущими вдоль реки. Автобус со скрипом остановился у крошечной станции. Окна запотели. Ничего не было видно. Парень, сидевший впереди, встал. Двери со свистом открылись. Я слышал, как он выходит. На мгновение все повисло, словно тарелка, вот-вот готовая упасть со стола. Двери начали закрываться. Я встал с кресла и заторопился к выходу.

– Где мы? – спросил я.

– Ниагарский водопад, – ответил водитель.

Я посмотрел на него. Он, глядя вперед, ждал.

– Могу я здесь выйти? – спросил я.

Он повернулся, посмотрел на меня. Он выглядел в точности как Дэнни Аэнг, парень, из-за которого меня бросила Дафни.

– Вы здесь живете? – спросил он.

– Да.

– Тогда выходите, – сказал он.

Двери снова открылись. Я вышел. Он вышел за мной, открыл багажное отделение внизу автобуса. Вытащил мой чемодан.

– Что у тебя там? Труп? – спросил он.

Мгновение спустя я стоял один на берегу реки и смотрел, как автобус сворачивает за угол к шоссе. Я перешагнул через чемодан. Поднял его на перила и сбросил. Он с брызгами упал в зеленую воду. Секунду продержался на поверхности, со всем моим барахлом, куртками, мокасинами, школьными галстуками, запонками, даже медалью за прыжки с шестом, полученное в восьмом классе, а потом очень медленно начал вращаться и направился в середину потока. Мой коричневый чемодан, полный моего барахла, медленно повернулся и двинулся к югу.

Я пошел вдоль реки. Минут через десять я наткнулся на знак, указывающий в сторону Соединенных Штатов. Такая большая стрелка. Я ощупал бумажник в заднем кармане. Он был все еще там. Я дошел до узкого деревянного моста и начал переходить по нему. Он был только для пешеходов. Роса на дереве. Очень скользко. Я перешел через реку. Посмотрел туда, куда отправился чемодан, теперь внизу мчалась только зеленая вода. Я не остановился. Но думал, что, может быть, кто-нибудь смотрит на меня. Я начинал замерзать. В конце моста, ярдах в тридцати, стояла маленькая будочка. Я подошел к ней, кишки завернулись внутрь. Подошел к окну. Мужчина в такой же форме, как парень прошлой ночью, открыл окошко. Он чем-то походил на капитана Кенгуру. Словно ночью немножко выпил и чувствовал себя не слишком хорошо, но достаточно бодро, чтобы это скрывать.

– Доброе утро, – сказал он.

– Доброе утро.

– Переходите границу?

– Да, сэр.

– Надолго?

– Только на один день.

– Есть удостоверение личности?

– Конечно.

Он посмотрел мое свидетельство о рождении.

– О, и еще это, – сказал я и вручил ему ученический билет.

– А почему сегодня не в школе? – спросил он.

Это был мощный вопрос, мозги заработали со скоростью сотен миль в час.

– Школьные каникулы.

– Что?

– Сейчас школьные каникулы, – сказал я отчетливей, глядя ему прямо в глаза и улыбаясь так, как, мне казалось, должен улыбаться человек с по-настоящему хорошими отметками.

– Ну хорошо, – сказал он и вернул мне мои вещи.

Я медленно перебрался по сходням и вышел на улицу. Я не оглядывался. Сунул руки в карманы, огляделся, словно счастливый турист, и направился к дороге. Она слегка изгибалась, и через несколько минут я бросил взгляд через плечо. Потом побежал. Сзади раздался гудок автомобиля. Это был желтый «кадиллак». Я поднял большой палец. Автомобиль затормозил рядом со мной. Оконное стекло опустилось. Внутри гремела музыка. Это была песня с танцев прошлым летом в Хидден-Велли «Она еще покажет себя».

– Куда направляешься, парень? – спросил водитель.

– Во Флориду, – сказал я.

– Что ж, садись. Помогу тебе начать.

Мы проехали через город.

– Ты делаешь великое дело, парень, – сказал он. – Я сам всегда хотел его сделать. Просто послать все подальше, ты знаешь. Бац! И с концами!

Он провез меня несколько миль по главной магистрали и остановился у громадного моста.

– Просто стой здесь, парень, держись этого маршрута. – Он кивнул в сторону моста, громадного серого монстра с поднимающимися тросами, автомобили со свистом пролетали мимо нас. – Пятнадцать сотен миль по этой дороге, и ты во Флориде.

Я вышел. Он погудел мне и, прибавив скорости, двинулся к городку. Я отправился через мост. Ветер завывал. Мои волосы поднялись дыбом. Я мог опереться на ветер, такой он был сильный. Я шагал, и меня охватывал восторг. Остановившись на середине пути, я посмотрел вниз. Вода ревела внизу, так далеко, так далеко от меня.

Я сделал это, думал я, я это сделал!

До свидания, мама, до свидания, папа, до свидания, Верхняя Канада, до свидания, Скарлет, до свидания, Форест-Хилл, до свидания, Е.К., до свидания, общага, до свидания, Психо, до свидания, все. Никаких тяжелых чувств. До свидания. До свидания. Арривидерчи, Рома.