Игры хакеров - Анатолий Сигов

– Как ты думаешь, она нам поможет? – спросил его Максимус, когда американка ушла.

– Не знаю. Иностранцы такие пугливые.

– Если не она, то больше некому.

– Да. Наше будущее туманно.

Они на некоторое время замолчали. Каждый наслаждался свободным днем.

– А как тебе нравятся наши подруги? – начал новую тему Максимус. – Наслаждаются жизнью.

– Но свои проекты к аукциону Элька прислала.

– Да! Но в два раза меньше, чем на предыдущий. Посмотрим, что будет со следующим.

– Что-то меня не торкнуло.

– Тогда давай повторим, – с готовностью предложил Максимус.

Когда они отдышались, Максимус продолжил тему:

– А тебе не кажется, что они там порозовели? Или как там у них, у девочек, называется?

– Да. Олька уже давно облизывалась на Эльку. С самого начала. Одна Элька этого не замечала.

Между собой они называли ее старым именем.

– А кто Ольку привел? Ты?

– Нет. Она Элькина подруга.

– Совсем нет. Элька считала, что я ее притащил.

– Какая разница. Важно другое. Если ты правильно предположил, то скоро нам придется отсюда выкатываться. Олька такая, что гребет все под себя и не терпит конкуренции.

– Что делать будем?

– Решать проблему, когда она возникнет. Главное, чтобы мы сами не поголубели здесь с этой работой. Сколько мы уже одни?

– Неделю. Пора искать компанию. Мы не давали обет безбрачия.

– Не давали. У нас сегодня законный вечер отдыха. Только убери ОМ с глаз долой.

– Резинки у нас есть?

– Откуда? Купим по дороге.

Они никогда не пользовались презервативами со своими подругами.

Через час они вернулись с шампанским и в компании трех девочек чуть постарше их. В комнате они не поместились, так как там все было забито аппаратурой, поэтому прямиком направились в спальню. Шампанское закончилось быстро, и они скрутили косячок и дали девочкам. А Максимус потихонечку сунул в руку Витаса таблетку и сказал:

– Прими. Понадобится.

– Что это?

– «Крокодил Два». Новейшая разработка оборонки.

И добавил по-отечески:

– Не забудь впопыхах резинку!

Девочки безостановочно смеялись, несли полную чушь и устроили коллективный стриптиз. Ушли они только после трех, причем двое норовили остаться до утра.

– Мы еще встретимся, – кокетливо пригрозила одна из них, уходя.

– Конечно, – охотно согласился Максимус, закрывая дверь.

Заснуть они не смогли, несмотря на усталость.

– Нужно курнуть, – предложил Максимус. – Без этого он не отпустит.

– Где ты его взял? Я чувствую, что могу горы свернуть.

– Свернешь, – пообещал Макмимус, раскуривая косячок. – Перед аукционом здорово помогает. И с девушками тоже.

Они стояли на балконе, и где-то зарождался рассвет. Наконец, светлячок окурка полетел вниз, и Витас сказал:

– Все. Сегодняшний день закончился.

Следующий день прошел мимо, потому что они его просто проспали. Но в понедельник Витас сделал то, что давно запланировал, – съездил на могилу деда. Он постоял у новенькой плиты и положил на нее цветы. Полагалось подумать о чем-то хорошем и возвышенном, но в голове был какой-то сумбур из деталей и конструкций зданий, и сосредоточиться не удавалось. Он присел на скамейку у чьей-то могилы и закурил. От сладковатого дыма окружающий мир поплыл, и круговорот мыслей в голове прекратился. Людей было мало, каркали вороны, и все проблемы улетучились. Он сидел, подперев голову руками, и ни о чем не думал. Толпа мрачных людей, бредущих мимо с похорон, привела его в чувство.

– Каникулы закончились. Пора за работу.

На квартире он застал Максимуса, сосредоточенно глядевшего на экран. Он его ни о чем не спросил. Они вошли в ту стадию, когда разговаривали между собой только тогда, когда это требовалось для работы. Если не было настроения разговаривать, то можно было промолчать весь день.