Куриный бульон для души. 101 история о женщинах - Дженнифер Рид Хоуторн

Сигнал в трубке был странным, и я решила, что телефон сломан. «Слишком поздно, – мелькнула в голове мысль. – Это ее телефон, но она уже умерла». Я позвонила в службу поддержки, где мне вежливо ответили, что у интересующего меня лица есть другой номер, но это уже конфиденциальная информация.

– Послушайте, – сказала я. – Я понимаю, все это звучит странно, но мне кажется, что это телефонный номер моей настоящей матери, которую я никогда не видела. Можно как-то выяснить этот вопрос?»

Оператор согласилась позвонить по другому номеру и навести справки. Через некоторое время она сообщила мне, что мисс Грей никогда не была замужем, и это, вероятно, просто ошибка. Я сама удивилась своей настойчивости, когда произнесла: «Вы можете позвонить еще раз и сказать, что я ищу женщину, которая родилась 9 июля 1914 г. в Шотландии в городе Греноч?»

Так я нашла Бетти, подругу Маргарет МакИнтайер Грей. Она рассказала мне, что мисс Грей плохо чувствовала себя все лето и недавно переехала в дом престарелых. Бетти уже три недели не навещала подругу, но именно сегодня во второй половине дня собирается это сделать.

Она позвонила мне на следующий день.

– Вам повезло, – сказала Бетти. – Я рассказала о вас Мегги, и она все подтвердила. Но, увы, она не хочет вас видеть.

Я ужасно расстроилась.

На следующий день я должна была получить визу и в ближайшее воскресение улететь назад в Штаты. Я надеялась, что в США смогу обо всем этом позабыть. Но в консульстве заявили, что по каким-то бюрократическим причинам мне выдадут визу только через три недели. Я была в отчаянии – провести три недели в городе, где живет моя мать, и не увидеть ее! Что может быть ужаснее?

Через несколько дней раздался телефонный звонок. Это была Бетти. Возбужденным голосом она сказала: «Твоя мать ждет тебя в воскресенье в три часа дня!» От радости у меня закружилась голова.

В воскресенье утром от нервного возбуждения я ничего не смогла съесть за завтраком. К месту встречи я пришла слишком рано, и мне пришлось долго ждать. А потом я увидела свою мать…

Это была миниатюрная женщина с волосами золотыми, как мед, в зеленом халате. «Привет, дорогая», – сказала она с сильным шотландским акцентом, обняла меня за плечи, поцеловала в щеку, и мы впервые за 46 лет посмотрели друг на друга.

В комнате она стала показывать мне свои фотоальбомы. Я пыталась понять, что во мне есть от нее, – нос, руки или что-то еще. Но на самом деле я унаследовала от матери ее дух. Эта женщина мне очень нравилась.

За три недели, пока я ждала визу, мы с матерью виделись практически каждый день. Когда я пришла попрощаться, она сказала: «Ты знаешь, дорогая, я не хотела тебя оставлять, но боялась, что не справлюсь». Я заверила ее, что все в порядке. «Помни, что я тебя люблю», – сказала мне мать. Около двери я повернулась и помахала ей на прощание. Она в ответ подняла руку.

Через три недели после этого моя мать попала в реанимацию из-за осложнений от воспаления легких. Я прилетела в Торонто. Когда я вошла в ее палату, то первое, что я увидела, был клочок бумаги, лежавший у нее на груди – моя записка с благодарностью за то, что она подарила мне жизнь. Она умерла на следующий день.