Прежде чем ты уйдешь - Клэр Свотмен

На этот раз я избавлю Эда от душевных страданий и, если имеется пусть даже призрачная возможность, попытаюсь что-нибудь изменить, с тем чтобы он остался со мной.

Теперь я знаю, как мне поступить.

Ко времени возвращения Эда все вокруг постепенно окутывается темным покрывалом, наступает вечер и в окнах вдоль улицы один за другим зажигаются огни. Я не нахожу себе места, буквально сгорая от нетерпения в ожидании мужа.

День я все-таки провела с Джейн, нужно было как-то убить время до прихода Эда. Я, естественно, не стала рассказывать о том, что со мной происходит, хотя это было непросто. Я была вынуждена постоянно себя контролировать, чтобы не ляпнуть лишнего. Домой я вернулась задолго до Эда, чтобы успеть подготовиться к встрече.

Я помешиваю томатный соус на плите и неожиданно слышу, как в замке поворачивается ключ. Секундой позже появляется на кухне Эд, вид у него усталый, подавленный, какой-то смурной.

Заметив меня, Эд удивленно морщит лоб:

– Ты вроде говорила, что будешь поздно?

– Вот решила прийти пораньше. Подумала, что неплохо было бы пообедать вместе. – Я поднимаю ложку. – Получилось, конечно, не так вкусно, как у тебя. Хочешь попробовать?

Эд угрюмо качает головой:

– Нет, спасибо.

Я стараюсь не обращать внимания, так как отлично знаю, из-за чего Эд не в духе.

– Ладно, соус скоро будет готов. Как насчет бокала вина до обеда? – Мой голос слегка дрожит и звучит не очень естественно, но Эд слишком ушел в себя, чтобы заметить.

Он тяжело опускается на стул, берет початую бутылку красного вина, наливает в бокал, залпом выпивает:

– Зои, послушай…

– Эд, все нормально. Я знаю, что ты хочешь сказать.

– Сомневаюсь, – хмурится Эд.

Я прикручиваю горелку и присаживаюсь напротив, облокотившись на стол. Эд сидит сгорбившись, плечи напряжены, лицо серое и измученное.

– Но я действительно знаю, – говорю я. – Это насчет ребенка, да? – Лицо Эда вспыхивает, он натянуто кивает, а я тем временем продолжаю: – Похоже, ты постоянно об этом думаешь. И вы с мамой явно обсуждали сегодня этот вопрос, ведь так?

– Да, но… – Он останавливается, проводит рукой по лицу. – Но как, черт возьми, ты догадалась?!

– Чисто интуитивно. – Я пожимаю плечами. – Ты уже давно об этом говоришь, вот я и подумала… Мы женаты почти восемнадцать месяцев, так что самое время подумать о…

Эд согласно кивает:

– Да, самое время. Но если честно, Зо, ты меня удивила. Я уже был морально готов услышать в ответ твое категорическое «нет», «ни за что на свете». И никак не ожидал, что ты первая поднимешь эту тему. Итак, с чего вдруг ты решила сменить гнев на милость?

Набравшись мужества, я делаю свой ход:

– Я много думала. О себе и о тебе. И да, я считаю, что мы полноценная семья, мы вдвоем. И, положа руку на сердце, я не уверена, что сейчас самый подходящий момент, у меня работы по горло и все такое. Но с другой стороны, когда наступит этот самый подходящий момент? Да и вообще неизвестно, удастся ли нам с ходу зачать ребенка… – Я пытаюсь замаскировать кашлем предательскую дрожь в голосе. – Одним словом, я пытаюсь донести до тебя, что, возможно, нам следует попробовать. Я имею в виду, попробовать зачать ребенка.

У Эда глаза лезут на лоб.

– Так, значит, ты хочешь ребенка? Прямо сейчас?

– По крайней мере, можно начать пытаться. – Я страстно сжимаю его руки. – Ну, что скажешь?

– Блин! Прости, Зо, но я в шоке. Вот уж не ожидал услышать от тебя такое! Но я… я так счастлив!

У Эда в глазах блестят слезы, я встаю, неуклюже залезаю к нему на колени и, взяв за подбородок, осторожно целую в губы.

– Я тоже счастлива. Я ужасно тебя люблю и хочу, чтобы мы были счастливы, всегда.

– Я тоже. Спасибо тебе, Зо.

Он сжимает меня обеими руками, несколько секунд мы сидим не шевелясь.

– Хм… Зо, а тебе не кажется, что у нас что-то горит?

– Что? Вот дерьмо! Мой соус.

Из кастрюли идет едкий дым, слышится зловещее шипение, пахнет горелым. Соус почернел и теперь годится только для помойки.

– Черт! – Я показываю кастрюлю Эду. – Как насчет того, чтобы заказать еду навынос?

– Я тебе вот что скажу, – смеется Эд. – Я, пожалуй, схожу за китайской едой, а ты пока убери этот бардак. Договорились?

– Да.

Эд целует меня и, пританцовывая от радости, закрывает за собой дверь. А я, отскребая пригоревший соус от кастрюли, думаю о том что, возможно – да-да, возможно, – это мой лучший поступок за всю жизнь. И сейчас, возможно, мне удалось все изменить.

Уже позже, когда мы, наевшись от пуза, сидим на диване и смотрим телевизор, я осторожно кошусь на Эда. Он улыбается своим мыслям, от уголков глаз лучиками расходятся морщинки. Его кожа сияет в свете экрана, пальцы машинально барабанят по краю дивана, передавая невидимые вибрации моему телу. Вечер выдался теплый, на Эде длинные шорты, я вижу, как напрягаются его мускулистые икры в такт выстукиваемой им мелодии. Эд точно ртуть, он никогда не сидит спокойно, даже если кажется, что это именно так.

Он ловит мой взгляд и поворачивается:

– Зо, все в порядке?

– Мм… – мычу я. – Да. Просто засмотрелась на тебя.

Он наклонятся ко мне и нежно чмокает в нос.

– Я люблю тебя. Впрочем, ты и сама знаешь, – говорит он и, прежде чем я успеваю ответить, снова поворачивается к телевизору.

– Знаю. Я тоже тебя люблю, – давясь слезами, отвечаю я.

Дело близится к ночи, я сгораю от нетерпения получить ответ на вопрос, удалось ли мне подкорректировать прошлое, но ужасно не хочется расставаться с Эдом. Не хочется, чтобы сегодняшний день кончался, не хочется возвращаться в настоящее, где нет Эда.

Но у меня нет выбора. На сегодня моя миссия закончена. Пора двигаться дальше.

– Я иду спать, – поднявшись с дивана, говорю я.

– Как, уже? Ведь сейчас только… – Эд, прищурившись, смотрит на часы. – Десять вечера.

– Да, но я безумно устала. День выдался долгим.

– Ладно, моя красавица. Приятных тебе снов.

Я подхожу, чтобы поцеловать его, он хватает меня за плечо:

– Зо, большое тебе спасибо. За все. Я люблю тебя.

– И я тебя. Ты даже не представляешь как.

А затем я иду в спальню, надеваю пижаму, ложусь в кровать, натягиваю на голову одеяло и проваливаюсь в небытие…