Разбитая ваза - Надежда Майская

— Сочувствую, но вы не по адресу, — ответила Катерина и нажала отбой.

Телефон мобильный, это здорово, но иногда такие звонки бывают, не знаешь, то ли смеяться, то ли плакать.

Через минуту мобильный вновь запел. Опять этот мужик!

— Да!

— Девушка, вы только не отключайтесь! Очень вас прошу! Мне, правда завтра лес надо доставить, — торопливо и просительно заговорил тот же голос.

— Простите, вы и в самом деле ошиблись, набираете не те цифры, я не занимаюсь перевозками! Звоните в какую-нибудь фирму, — рассерженно сказала Катерина.

— Подождите! Подождите! У меня сейчас деньги кончатся, а звонить неоткуда! Я в лесу застрял! Пжлста! (Так и сказал! Время экономит.) Выручите, девушка! Меня Игорь зовут, запишите, машина-лесовоз сломалась, замерзну здесь к черту! Найдите мне помощь, а я вас отблаго…

«Извините, обслуживание абонента временно приостановлено», сообщил равнодушный механический голос.

Катерина уставилась невидящим взглядом в темнеющее окно. Надо помогать.

«Там, в тайге глухой, замерзал ямщик»… Нет, ямщик замерзал в степи, а в тайге — Игорь. И чего это он там замерзнет, лето же? Может это просто розыгрыш? А если правда, то вряд ли там так глухо, на этой трассе, выручат.

А ты спать? Что, трудно сделать звонок?

Она на всякий случай набрала проверку баланса. Денег было достаточно.

— Да! — радостно заорал Игорь, — Это вы, девушка?

— Я, — усмехнулась Катерина, — диктуйте, где вы находитесь, вашей машины номер. Что-нибудь придумаю.

— Вот спасибо вам! Отблагодарю! Чес слово! Трасса Новосибирск-Свердловск, где-то на 1753 км, КРАЗ № 5341. А вы где?

— Далеко. Трубку не разрядите.

— А как вас звать? Меня Игорь Ростовский.

— Катерина меня звать. Ждите.

Вот выйду замуж за этого Игоря и буду полноценной княгиней Лобановой-Ростовской.

Ну и кому и куда звонить в 20:37 московского времени?

Катерина рассеянно походила по комнате, подумала, соображая с чего начать. Справочная 09 отправила ее на 007, а там сообщили и код города Новосибирска. Конечно, все можно найти в интернете, но это надо стучаться к Валерке, а он в депрессии, значит, будет капризничать, а надо быстрее. Катерина так и не приобрела себе компьютер. Без надобности он ей.

Новосибирск (сколько там у них разница во времени?) ответил. И совершенно спокойно ее выслушали. Трубку не бросили. Продиктовали несколько телефонных номеров, только посоветовали звонить через пару часов — разница во времени.

— Игорь, придется вам подождать пару часов, все спят, я позже позвоню. Не замерзайте там.

— Нет, нет, жду. Спасибо вам!

Наконец Катерина улеглась. Помощь была отправлена, ей даже перезвонили, сообщили. Все говорили спокойно, доброжелательно. Катерине даже захотелось побывать там, в глухой тайге.

На самом деле побывать ей много где хотелось, но финансы не позволяли. Вступит в наследство, купит себе тур по городам и весям и будет наслаждаться видами разных стран и континентов. А после, когда вернется с багажом новых знаний, откроет свою маленькую лавочку древностей и станет жить в свое удовольствие и никто не станет ей докучать. Так и состарится и умрет в одиночестве, а весь свой капитал завещает детям Семена. Вот на такой грустной мысли Катерина и уснула.

Тяжелое солнце выползло из-за верхушек деревьев.

— Ну, мужики. Выручили, думал, не успеете. Вроде готовили машину. А тут на тебе, а у меня график.

— А чего один-то? Нельзя одному в такую дорогу.

— Я один с тех пор, как мобильники появились, а вот тут незадача, закрутился. Деньги на счет забыл положить.

— Наука впредь. И все равно, всего не предусмотришь.

— Это верно. Ну, все, стартуй. Счет в твою фирму придет.

— Большой счет-то?

— Да не маленький. Прогон техники туда и обратно, да работа, да срочность.

— Согласен. Спасибо, братцы, рекомендовать буду.

— Спасибо бабе своей скажи, настырная, нашего главного среди ночи подняла.

— А она не моя, — засмеялся Игорь.

— Кто тогда, начальница?

— Нет! В глаза ее не видел. И не знаю!

— Не бреши.

— Вот ей Богу! Вот просто по бумажке номер набирал. Видно в цифрах ошибся, а тут и деньги кончились.

— Найти ее тебе надо, да отблагодарить. Нельзя так оставлять, судьбу гневить.

— Найду. Ну, бывайте. С меня магарыч.

— Не-е-е, лучше деньгами.

Игорь, чтобы не потерялся номер, записал его под именем Катя и, на всякий случай, еще и переписал в записную книжку. Мало ли, телефон куда денется, а так «что написано пером, не вырубишь топором».

— Ну, Мари-ик! Расскажи, кого ты встретил?

— Это не важно, моя проказница.

— Как же не важно? Ты сначала побледнел, потом покраснел. Кто он тебе, мой бегемотик?

— Экая ты, насмешница! Какой же я бегемотик? Я лев! Я тигр! Я носорог!

«Я бабуин!» — язвительно подумала блондинка.

— Да, мой зверь! Расскажи мне, кто это был. Ну, Марик!!!

— Ладно, моя забавница, расскажу. Но не здесь, слишком много ушей. В номере, так и быть, расскажу.

«Марик-очкарик», «марик-фонарик», «марик-сухарик». Эльза могла бесконечно придумывать разные рифмы, прозвища и стишки про очередного своего «папика», который вывозил ее на отдых и содержал. Все они были скучны, все называли девочек, с которыми выезжали, «лапушками», «зайками» и прочими зверьками, чтобы потом не проговориться. А что, удобно. Имена запоминать не надо. Эльза делала то же самое, но имена запоминала. Марик отличался от остальных тем, что называл ее синонимами слова потешница. И за то спасибо.

Марик-очкарик,

проглотил сухарик,

поперхнулся, захлебнулся,

под фонариком очнулся.

Отпуск подходил к концу, осталось три дня пожариться на пляже и домой, в благословенный Питер, с его дождями, прохладой, работой. Работа Эльзе нравилась, она была старшей медсестрой в роддоме. Да что там нравилась, она обожала свою работу. И тихую улочку Грота на Петроградке обожала. И свою малышку «КИА ПИКАНТА». Как можно жить где-то в другом месте мира, она не понимала. Можно только ездить, глазеть, но жить только в Питере. Москву она тоже очень любила, выдавалось время, моталась туда, но, это как к бабушке в гости, побыл денек и домой, домой.

А в отпуск ездила вот с такими. Из зоопарка. И называлась Эльзой. Никому плохо не было. Она не замужем, детей нет. Так что если и нарушала какие-то моральные заповеди, так это пока. Как только замуж выйдет, непременно все прекратит. А пока… Марик — зудит, как комарик.