Письмо - Кэтрин Хьюз

У Уильяма ушло некоторое время, чтобы вспомнить, где он находится. Внутренние часы сбились, и он проспал дольше, чем собирался. Откинув толстое стеганое одеяло, он побрел в ванную. Испугавшись собственного отражения в зеркале, он мгновенно проснулся: веки припухли, под глазами появились темные круги, а взъерошенные волосы выглядели так, словно никогда не встречались с расческой. Он плеснул в лицо холодной воды и подошел к окну. Перед ним пестрели цветные фасады Типперэри, и, если верить путеводителю, за каждым из них ждал радушный прием. Что ж, за всех он ручаться не мог, но в гостевом доме, где он остановился, хозяйка действительно встретила его очень гостеприимно. Мама бы оценила.

Он обвел глазами спальню и кивнул в знак одобрения. Ремонт был совсем свежий, и в воздухе все еще витал запах краски, несмотря на огромную банку душистых цветов, которую миссис Флэнаган поставила на туалетный столик. В дверь постучали, и Уильям вздрогнул от неожиданности. Он схватил полотенце и, обернув его вокруг бедер, осторожно приоткрыл дверь.

— Извините, что беспокою, мистер Лейн, хотела узнать, не желаете ли вы завтрак? Обычно завтрак до десяти, но я понимаю, вы, должно быть, утомились после долгого путешествия.

Ее размеренный голос с мягким ирландским акцентом был полон доброты.

— Миссис Флэнаган! Простите, ради бога. Да, я с удовольствием позавтракаю. А сколько времени?

— Так, сейчас посмотрим.

Она задрала рукав кофты и покосилась на часы.

— Уже без четверти.

— Десять?

— Без четверти одиннадцать.

— Черт, так поздно! Надеюсь, я не причиню вам излишних хлопот. Я действительно страшно проголодался!

Румяное лицо миссис Флэнаган расплылось в широкой улыбке.

— Вот и прекрасно. Ваш завтрак будет на столе через пятнадцать минут.

Столовая была маленькая, но в ней было по-домашнему уютно. На полу лежал ковер с цветочным орнаментом, а вдоль стен стояла мебель из красного дерева. На окнах висел тюль, закрывая, к большому сожалению Уильяма, живописный вид на город. Он отхлебнул кофе и развернул карту. На кухне появилась миссис Флэнаган и принялась деловито расставлять завтрак.

— Запасетесь силами на целый день.

У Уильяма тотчас начали капать слюнки. На столе появились сочные румяные сосиски, печеные помидоры, кровяные колбаски, яичница и пара домашних картофельных лепешек.

— Настоящее пиршество, миссис Флэнаган, спасибо.

— Ешьте-ешьте, на здоровье.

Радостно сияя, она вышла из кухни, оставив Уильяма один на один с завтраком.

Через десять минут она вернулась обратно и поинтересовалась, не желает ли он добавки. Уильям откинулся на спинку стула и поглаживал живот.

— Миссис Флэнаган, это было божественно, но больше в меня не влезет ни кусочка.

— Раз вы наелись, то хорошо. Мои гости не должны уходить голодными, особенно если они проделали такой долгий путь, чтобы к нам приехать.

— Думаю, сегодня я вообще больше есть не буду.

Миссис Флэнаган рассмеялась и начала убирать со стола.

— Вы первый раз в Ирландии?

Уильям секунду помялся, прежде чем ответить. Он не был готов обсуждать детали своего прошлого, тем более с едва знакомым человеком. Миссис Флэнаган нависла над ним в ожидании ответа. Она и не предполагала, что банальный вопрос окажется столь трудным.

— Э-э… ну, раз вы спросили. Вообще я всю жизнь прожил в Америке с приемными родителями, но родился здесь.

— Что вы говорите! Неужели? Родились в Типперэри?

— Неподалеку отсюда, в монастыре.

Улыбка тут же сошла с лица миссис Флэнаган, и она поспешно убрала со стола оставшуюся посуду, избегая его взгляда.

— Что ж, по вашему акценту совсем не скажешь.

Уильям решил попытать удачу.

— В монастыре Святой Бригитты. Вы знаете, где это?

Миссис Флэнаган посмотрела на него, прищурив глаза.

— Конечно, знаю, как не знать. Моя знакомая, хозяйка отеля “Крестовый ключ” отправляет туда грязное белье — простыни, скатерти, всякое такое.

Уильям нахмурился.

— Ваша знакомая отправляет грязное белье в монастырь?

Миссис Флэнаган расставила посуду и присела за стол напротив Уильяма.

— Много вы знаете о вашей родной матери?

Уильям пожал плечами.

— Совсем немного. Только имя.

— И вы, видимо, собираетесь пойти в монастырь?

— Конечно, я ради этого и приехал.

Миссис Флэнаган неловко поерзала на стуле.

— Многого не ждите. Знаете, вашу мать ведь не просто так отправили в Святую Бригитту.

— Почему вы думаете, что ее туда отправили?

Миссис Флэнаган усмехнулась:

— Поверьте мне, мистер Лейн, ни одна девушка в здравом уме не отправится туда добровольно.

Помедлив немного, она продолжила, и с каждым словом Уильям хмурился все сильней.

— Как бы вам объяснить… Туда попадают девушки, которые навлекли на свою семью позор. Зачать вне брака — страшный грех, но монахини помогают девушкам очистить душу и через тяжелый труд смыть пятно позора. Когда родные семьи отрекаются от них, как от выродков, здесь им дают кров над головой, а взамен девушки стирают белье, выращивают овощи и делают четки.

— Но они же могут уйти, когда захотят, так?

Миссис Флэнаган пожала плечами.

— Наверное. Я, честно говоря, не очень знаю, как у них там заведено. Я лишь хотела сказать — благо, что такое место есть. Иначе этим девушкам совсем некуда было бы податься, когда от них отреклась даже собственная родня.

Уильям потер подбородок.

— Постойте, вы хотите сказать, от моей матери отказалась семья?

Миссис Флэнаган поднялась на ноги.

— Я ничего не хочу сказать. Просто рассказываю вам, что к чему. У каждой девушки своя история. Просто не рассчитывайте, что сестры так и выложат вам все как на духу. Там у них, знаете ли, закрытая лавочка.

Уильям встал и сложил карту.

— Не могли бы показать, где это находится? Я хоть взгляну на это место собственными глазами.

— Конечно, без проблем, — кивнула она, доставая из кармана передника ручку. — Могу написать на обратной стороне карты, если хотите.

Поездка на автобусе заняла полчаса, и к тому моменту, как Уильяму нужно было выходить, он остался единственным пассажиром. Водитель махнул рукой вверх по дороге.

— Я дальше не еду. Вам надо пройти километра два с половиной, он будет по левую руку. Не ошибетесь.